- Понимаю логику, хотя вы не правы. Можно наказать без крайностей, - отметил Руслан.

   - Анна, значит, вы всерьез планировали убить родственника одного из ваших сабов за это? - явно растеряно спросил Александр. - Даже не сказав? Просто убить?

   - И что? - холодно уточнила Аня. - Я должна взять и забыть?

   - А теперь придется так и сделать, - усмехнулся Руслан.

   Аня невесело улыбнулась в ответ:

   - На самом деле, все проще: я либо прощаю, либо могу отомстить, но в этом случае мне придется стать комнатной Доминой. По щелчку пальцев хозяина прибегать как собачка, но приносить стек вместо тапочек.

   Она позволила горечи окрасить речь.

   - Весьма категорично, - отозвался Руслан.

   - Вы по-прежнему видите все только в таком цвете, - задумчиво сказал Александр.

   - Я вижу реальность. Вижу знакомых Домин, выбравших этот пусть. Тетя. Инна. Аля. Формально - только Инка замужем, остальные - любовницы. Но суть неизменна: щелчок и вперед с улыбкой, - грустно отозвалась Аня.

   - Вы уверены, что все так плохо? - уточнил Александр.

   - Тетя хочет, точнее, мечтает уйти уже больше пяти лет. Но остается. Ей сразу объяснили, что Я ее уход не переживу и умирать буду долго. Как иначе можно к этому отнестись?

   - Как к преувеличению? - предположил Руслан. - Ваша смерть вызовет множество вопросов.

   - Но мне будет уже все равно.

   - Если вы, уже столько лет практикуя, считаете это все извращенством, то, наверное, да, - сказал Александр. - Простите за беспокойство.

   - Мне было приятно пообщаться, - снова улыбнулась Аня.

   - То, что не убивает - делает нас сильнее, - уже в дверях заметил Руслан.

   - Или ломает. Я сломалась.

   Гости вышли, а Аня подошла к окну и стала молча смотреть на медленно падающий снег. Последний привет зимы. Она снова плакала.

   Руслан провожал друга до машины. Они оба молчали. Неожиданно Александр произнес:

   - Она не была такой - сломанной. Она была настоящей, интересной, живой. С ней было приятно находиться рядом.

   - Но, как видишь, она изменилась. Сама сказала, что сломалась.

   - Или обиделась на весь мир, не находишь?

   - Вероятно.

   Вопреки опасениям Ани, последние два дня в санатории прошли спокойно. Руслан больше не появлялся, Александр, вероятно, уехал. На попытку главврача уговорить продолжить лечение девушка ответила категоричным отказом, просто пояснив, что у нее нет на это денег. Как, впрочем, и на обратный трансфер. Единственное, что она оплатила - это доставку до ближайшего городка, откуда поехала домой поездом.

   Дорога с пересадкой в Москве заняла семнадцать часов и вымотала до невозможности. С трудом выйдя из такси, Аня медленно похромала до дома, потом с остановками поднялась в квартиру. И тут позволила себе сесть и заплакать. Как же она устала. Как все болело. И как злила собственная слабость и беспомощность.

   Сиди - не сиди, никто за нее ничего не сделает. От мысли, что завтра придется идти в магазин, Ане уже становилось плохо. Но куда деваться. Жить как-то надо. Медленно раздевшись и кое-как ополоснувшись, Аня выползла в коридор, где, чуть не споткнувшись о чемодан, выругалась. До спальни добиралась вечность. Но она справилась. Застелить кровать - все, наконец-то сон.

   Утро началось с непонятного звука. Через пару секунд Аня сообразила, что это дверной звонок. "Интересно, кто пришел? Хотя... Нет, не интересно. У тети свои ключи, значит- ничего хорошего".

   За дверью обнаружились Гера и Пашка. Какая неожиданность.

   - Вам чего?

   - Ань, ты где пропадала? - возмутился Пашка.

   Девушка медленно отошла от двери и облокотилась на стену.

   - Лечилась.

   - Что с тобой? - с легким беспокойством спросил Гера. - Ты не могла позвонить и рассказать о случившемся? Что за дурацкую СМСку послала.

   - Давайте без криков? Чего вы от меня хотите?

   - Почему не позвонила? - заорал Гера.

   - Потому что это не наше дело, верно Ань? - зло спросил Пашка.

   - Хорошо. Простите, была не права, - покаялась Аня. - Разобрались?

   - Что случилось?

   - На меня напали.

   - Это мы слышали, а на самом деле - что? - настаивал Гера.

   - Теперь не важно.

   - Ты в норме? - обеспокоенно спросил Пашка.

   - Нет. И вряд ли когда приду. Еще раз извиняюсь за беспокойство, больше такого не повторится.

   - Естественно, ты будешь сразу говорить обо всем, - отмахнулся Гера. - Так?

   - Нет. Я просто не буду больше практиковать. Я ушла из Темы.

   - ЧТО?! - хором.

   - Как с вами сложно.

   Аня медленно побрела в спальню. Ей хотелось свернуться калачиком и забыть обо всем. Вместо этого она просто села и укрылась пледом. Гости вломились следом и застыли у двери.

   - Ань, объясни, - устало попросил Гера. - Я ничего не понимаю.

   - Просто моих слов не хватит?

   - Нет.

   - На меня напали, потому что я шлюха, которая уводит из семьи мужчину, - зло улыбнулась Аня. - Единственное, о чем прошу - держите от меня ваших милых тварей подальше, хорошо? Больше я не практикую и никому ничем не угрожаю.

   - Ань, но, - Пашка опешил. - Это бред.

   - Паш, я не хочу, чтобы в следующий раз меня убили. Да, я не смогу отомстить так, как хочется, у меня просто нет денег, все сожрало лечение, поэтому просто оставьте меня в покое, договорились?

   - Ты не права, - возмутился Гера, но вяло и вполсилы.

   - Аргументов больше нет? Вы вполне допускаете, что такое возможно, верно? Я не хочу ругаться и скандалить, давайте просто разойдемся по-хорошему.

   - А других вариантов нет? - уточнил Пашка.

   - Нет.

   - Как знаешь, если передумаешь - звони, - и он ушел.

   Гера, постояв немного в дверях, сказал:

   - Ты просто так хочешь все бросить?

   - Знаешь, как страшно - умирать на улице? Смотреть и понимать, что ничего не можешь сделать? У меня была тупая мечта - родить ребенка, но теперь понимаю, что не смогу поступить так жестоко. Поэтому - прости, что так вышло, полагаю, замену найти будет несложно.

   - Ты все сводишь к сессиям? И это все, чем я был? Удачи, Ань. Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь.

   - Понимаю. Всего хорошего, - улыбнулась она.

   Гера ушел. Все. Порвала все связи с прошлым.

   Решение перебраться в Москву Аня приняла уже в санатории. Пора что-то менять в жизни. И первым шагом станет полная смена обстановки. Тетя Оля не обрадовалась такому повороту событий, но и не сильно возражала, понимая, что этот вариант, возможно, самый удачный.

   Уйти с работы было несложно: больничный закрыли и помахали рукой. Оказывается, за время отсутствия Ани на ее место взяли невесту Олега. Грустно и неприятно, но все к лучшему. Институт тоже прекрасно обошелся без пропавшего преподавателя. Как-то естественно сложилось, что все ниточки, держащие на месте - оборвались.

   Поиск жилья не занял много времени. Точнее - вообще нисколько не занял. Геннадий Львович, любовник тети и по совместительству саб, предложил свою квартиру. Причем на усмотрение Ани - или постоянно или временно, как девушке будет удобно. У него было еще жилье, и квартира стояла пустая.

   Рассылка резюме. Сборы. Снятие гипса. Аня понимала, что торопится и что надо бы дать себе еще немного времени здесь, но очень хотелось пойти дальше. К тому же через полторы недели тетя во время своего очередного визита обрадовала:

   - Нашли заказчиков нападения на тебя.

   - И? - поинтересовалась Аня. - Кто именно?

   - Все трое.

   - Не поняла?

   - Олег нашел невесту, она как раз на твоем месте работает. И так удачно сложилось, что ты попала на больничный и надолго.

   - Ради работы? - поразилась Аня. - Вся эта хрень ради работы?

   - Не только. Девочка что-то слышала, до чего-то додумалась и решила, что ты представляешь для нее опасность. Вышла на жен Геры и Пашки и предложила скооперироваться. Все трое тебя недолюбливали, а вдруг мужа уведешь...

   Аня, опершись руками о стол, начала медно сжимать и разжимать пальцы. Такого она не ожидала и никак не могла понять, почему возникло ощущение предательства. Кто эти дуры?! Она с ними даже не знакома, кроме Марины. Но откуда тогда чувство, будто толкнули в спину? Она верила сабам, принимала их семьи как должное, просто хотела жить и жила, не мешая другим. Да, если бы захотела, могла бы влезть, но ведь не лезла. Никогда, никуда не лезла! За что?!

   - Да уж. И как отреагировали их мужья?

   - Ну, - тетя посмотрела в окно. - Ты правильно предположила, что никто ничего серьезного устраивать не будет. Семья. Жена. Дети. Человеческие ценности.

   - Хм, - Аня невесело усмехнулась. - Я была права, но осознание этого почему-то не радует.

   - Оно и не может радовать, - тетя вдруг подалась вперед и с легкой иронией в голосе сказала. - Им это еще аукнется, серьезно аукнется. Жизнь... она проста: как ты - так и к тебе.

   - Мифическая справедливость?

   - Нет, железобетонная реальность. Твои сабы привыкли к тебе, к определенному уровню и стилю. Найти равноценную замену само по себе сложно. Не ухмыляйся, сама видишь - щелкни пальцем и народ слетится. А тут у них такая неприятность: жена, способная убить, приревновав. Ты знаешь, что мир Темы не так велик, как хотелось бы. И кто-то уже на собственном опыте убедился в верности этой мысли.

   - Уже?

   - Конечно. Никто из наших не соглашается проводить сессии.

   - Ты рассказала? - вдруг поняла Аня.

   - Я предостерегла, приведя тебя, как пример.

   - Тебе не угрожали?

   - Было такое, но Гена быстро всех успокоил. К тому же мне проще: мы с Аллой в прекрасных отношениях.

   - Да ты что? - съязвила Аня.

   - Серьезно. Ты сразу не выставляй колючки, но твой взгляд несколько убог.

   - Ух ты, как интересно!

   - Я серьезно. Ты не видишь реальности. Гена предложил пожениться еще лет пять назад, но я не хочу публичности и связанных с этим обязанностей. Зато Алле это нужно как воздух. Анют, ты никак не можешь повзрослеть и посмотреть на мир без розовых очков. Брак - не всегда гарантия счастья.

   - Я знаю, - отмахнулась Аня.

   - Нет. Ты не хочешь этого понять. Тебя же звали замуж - тот же Пашка, да еще кто-то из нижних, верно?

   - Я не представляю такой брак и комнатной Доминой быть не хочу!

   - Опять двадцать пять. Причем тут комнатность? У меня есть Гена и, не поверишь, мне его одного хватает. Когда хочу разнообразия, провожу сессию в клубе с кем-то другим - и все. Скажи на милость, каким ты видишь союз с мужчиной не этого круга: "Дорогой, у меня сессия. Нет, что ты, никакого секса не будет, я просто выпорю и свяжу человека. Нет, посмотреть нельзя, ты не поймешь". Ань, даже если супруг согласится на твои сессии и, допустим, не будет возражать, хотя это уже бред, он подспудно будет думать, что раз тебе нравится причинять боль другим, значит здесь что-то не то! Понимаешь?

   - Понимаю. Поэтому и завязала.

   - Анют, можно завязать с наркотой, но нельзя отказаться от еды и не помереть.

   - Можно придерживаться здоровой диеты.

   - И через десяток лет уйти в мир иной от нервного расстройства, - парировала тетя. - Я тебя очень люблю, ты стала мне дочерью, но неужели ты не хочешь пусть не семью, но ребенка? Своего малыша? Ты - не я, у тебя все может быть, - грустно закончила Оля.

   Аня поморщилась. Она не любила об этом говорить, зная, как тяжело тетя перенесла весть о своем бесплодии - результат нескольких непрофессиональных абортов. Геннадий Львович даже был готов использовать суррогатную мать или взять чужого ребенка, но тетя отказалась. Теперь она жалела, но говорила, что поезд ушел. Через три года ей исполнится пятьдесят - совершенно не поздно для детей, с точки зрения Ани, особенно, если так о них мечтаешь. Именно поэтому девушка молчала о своем нежелании рожать, ссылаясь на отсутствие кандидата в отцы.

   - Прямо сейчас - не хочу, - честно призналась Аня. - Но я помню об этом. Как раз, может, повезет - найду подходящего человека.

   - Ты неправильно ищешь, предъявляешь не те требования, которые на самом деле необходимы, - грустно заметила тетя.

   - Может быть, но все меняется постепенно, авось через полгода меня осенит, какая же я дура, но пока работаем с тем, что есть. Еще чаю?

   - Нет, спасибо, мне пора. Уверена, что хочешь поехать поездом, а не на машине? Давай лучше отвезут?

   - Нет, спасибо. Я решила насладиться покорением столицы по полной, как и миллионы других: поезд - метро - магазин, - рассмеялась Аня.

   - Ну, как знаешь. Звони, любительница приключений!

   Дорога вымотала. Уже в метро Аня честно призналась себе, что дура. Зачем с ногой, толком не разработанной, устраивать такой экстрим! Но с рукой было проще, и девушка самонадеянно решила, что все обойдется. Не угадала. Нога принялась ныть и напоминала о себе всю дорогу. Поэтому, ввалившись в свой новый дом, Аня порадовалась остаткам логики: все остальные вещи привезли раньше.

   Пару дней ушло на то, чтобы обжиться и освоиться, а заодно потренировать конечность. Потом начались собеседования. И вот - странное дело: Аня, точно зная свой профессиональный уровень, никак не соглашалась работать за копейки, выполняя бессмысленные поручения.

   На интересные должности были невероятные отборы. Но тут выяснился другой минус: незнание иностранного языка. Как будто он требовался для работы! Точнее - туда, где требовался, Аня и не пробовала устроиться. Как оказалось - зря. Через неделю девушка как раз изучала окрестности и радовалась, что неподалеку находился Парк Горького - будет где прогуляться при желании, в общем, с ней связался представитель кадрового агентства.

   Дама, с которой Ане довелось говорить, оказалась владелицей фирмы и действительно компетентным человеком. Она обрисовала, что есть что, какие возможны варианты и под конец осторожно поинтересовалась причиной переезда. Аня традиционно ограничилась фразой про личное, но представительница прекрасного пола настаивала, пришлось рассказать несколько прилизанную версию: приревновала жена друга, Аню избили, а дальше - диагноз и полтора месяца лечения.