НЕСМОТРЯ НА ВСЕ новые включающиеся сигналы, предупреждавшие его об опасности, ошеломляющий шок от разочарования и неудачи сковал Бэйрда по рукам и ногам. Крах! Весь его план закончился ничем! Человек по имени Вейл — первая цель его лютой ненависти — оказался так же недосягаем, как самая далекая звезда.

Вдалеке завыла еще более громкая сирена, и только этот звук вывел Фаррела из состояния кратковременного паралича. Его не должны были здесь поймать! Это действительно стало бы концом его поисков. Позже он мог бы спланировать, что делать дальше, но прямо сейчас надо было как можно скорее бежать. Он захлопнул ящик с картотекой и бросился к выходу, а стук его каблуков эхом отдавался в пустых коридорах.

Бэйрд выскочил из здания в темноту, пробежал мимо распростертой фигуры бесчувственного охранника, а затем резко остановился и отпрянул назад. Он слишком долго медлил. К зданию отдела кадров мчалась машина с горящими прожекторами, а в звуке ее сирены слышались роковые ноты. Видимо, ее отправили туда с поста охраны, расположенного за этим строением, и она должна была настигнуть нарушителей прежде, чем они успели бы скрыться, и удрать от нее было практически невозможно.

Инстинктивно отшатнувшись, Бэйрд наступил ногой на вытянутую руку усыпленного охранника. Напряженный, сгорбленный, как загнанный в ловушку волк, беглец внезапно вздрогнул от новой мысли, реализация которой могла сохранить ему свободу. Юноша остановился, оттащил бесчувственного охранника в тень за зданием и в одно мгновение сорвал с него форменную куртку и фуражку, которые так же быстро надел на себя, сильно опустив козырек на лицо.

Лучи фар автомобиля охраны полоснули по нему, ослепляя его ярким светом. Но Фаррел уже знал, что надо делать. Он выбежал к машине и замахал руками в сторону космопорта.

— Туда! — крикнул он.

Машина мгновенно накренилась, закладывая крутой поворот, и умчалась в темноту огромного летного поля, осветив его своими мощными, как прожекторы, фарами. Бэйрд же, не мешкая, рванул в другую сторону — вокруг здания, к далеким уличным фонарям. Он пробежал сквозь невидимый фотолучевой барьер, теперь уже не обращая внимания на то, сколько новых сигналов тревоги добавилось к уже звучащим, и, добравшись до забора, сорвал с себя уже не нужные форменные куртку и фуражку и бросил их на землю.

Затем он быстро нашел сделанную Киннером в заборе дыру и убедился, что его подельник уже покинул территорию и сделал это быстро — об этом говорил тот факт, что вырезанная часть ограды не была поставлена на место. Бэйрд нырнул в круглое отверстие и бросился через улицу, чтобы скрыться между двумя темными складами. Там он замер, прерывисто дыша, скорее от напряжения, чем от усталости, и присушился. Позади него, на космодроме, сигналили все новые машины, а вот сирены, звучавшие в здании, почему-то смолкли.

Беглец ощупью пробирался по темным переулкам, пока не оказался достаточно далеко от космопорта, после чего, немного успокоившись, вышел на хорошо освещенную оживленную улицу. В толпе он почувствовал себя в безопасности. Он не осмелился вернуться в обшарпанную гостиницу, да и идти туда сейчас не имело никакого смысла. Вор Блосс, которого он оставил там без сознания, со временем придет в себя и быстро оттуда смоется, а значит, делать там ему было нечего.

Космопорт Фаррела тоже больше не интересовал. Он узнал достаточно, чтобы прийти в отчаяние. Все его хитроумные планы не учитывали результат, который он получил. Раньше ему казалось, что все будет так просто! Он найдет Вейла, заставит его во всем признаться, и тогда можно будет использовать это признание, чтобы привлечь Шерриффа и второго убийцу к ответственности. Да, очень просто…

«А теперь… — вертелось у него в голове. — Теперь Вейл там, на Ганимеде, и на Ганимед даже не летает никакой транспорт, кроме кораблей Бюро внешних планет!»

Ему надо было смириться с тем фактом, что Вейл оказался вне досягаемости, а все его планы рухнули. Но сделать это было не в его характере. Он достанет Шерриффа, обязательно достанет, только каким-нибудь другим способом!

Бэйрд двинулся дальше по улицам, смутно наблюдая за лицами людей, которые попадались ему навстречу, и местами, мимо которых он проходил. Он чувствовал себя совершенно одиноким в этом огромном и чужом городе. Рассчитывать ему было не на кого, а значит, он должен был каким-то образом в одиночку придумать новый план, найти новый способ свергнуть одну из величайших фигур на Земле.

Его мозг перебрал тысячу возможных схем, но все они оказывались безнадежными и, в конце концов, нещадно отвергались. Шли часы, и Фаррел, так ничего и не придумав, был близок к окончательному отчаянию.

РАССВЕТ ЗАСТАЛ БЭЙРДА в Палисейдсе. Он сидел, сгорбившись, на скамейке и невидящим взглядом смотрел на серый свет, струящийся с далекого востока. Взошло солнце. Его лучи, отраженные от домов, сверкали по всему побережью морской части мегаполиса, показывая во всей красе великолепие зданий из пластика, стекла и металла на отдаленных платформах над океаном.

Фаррел со злостью подумал о Меридене Шерриффе и представил, как тот прямо сейчас, вероятно, мирно спит в безопасности на одной из этих сверкающих вилл… Тут же юношу охватил новый неистовый порыв как можно быстрее разыскать этого человека и схватить его за горло. Что еще ему оставалось делать?

Однако одного желания явно было недостаточно, учитывая то, что его в любой момент могли схватить, причем еще до того, как он добрался бы до Шерриффа. И если после этого Фаррел выдвинет против него обвинение, какие доказательства он сможет предоставить? Предсмертные слова его отца? Кто осудит знаменитого главу Бюро внешних планет на основании таких улик? Его единственной надеждой получить доказательства был Вейл, но Вейл был слишком далеко. Словно в насмешку над Бэйрдом, позади него послышался далекий грохот еще одной огромной ракеты, взмывающей в небо навстречу восходу солнца.

«Отправилась на Ганимед, — вздохнул про себя Фаррел, мучаясь болью поражения. — Если бы только я мог полететь туда, следом за Вейлом…»

НОВОЕ ВОСПОМИНАНИЕ ЗАСТАВИЛО Бэйрда вздрогнуть от неожиданности, с которой оно буквально ворвалось в его сознание. У него был способ последовать на Ганимед за Вейлом! Он вспомнил, что сказал ему капитан «Мартина П. Грина» в качестве прощального предупреждения: «Они всегда пытаются уговорить молодых людей подписаться на их безумный проект «Внешние миры…»

Он вспомнил также разговоры моряков на том грузовом судне. Бюро внешних планет охотно нанимало для работы на Ганимеде всех желающих. Вчера Фаррел видел в здании отдела кадров вербовочный киоск и заманчивые плакаты. Из того, что он слышал, получалось, что набрать людей на эту работу было совсем непросто, и в этом не было ничего удивительного. Вскоре должна была начаться первая попытка Шерриффа завоевать и колонизировать Юпитер. Трудности проекта были огромными, на одну только подготовку к нему ушли десятилетия. Мало кто из людей, какими бы отважными они ни были и как бы сильно ни нуждались в деньгах, хотел участвовать в первом спуске на ужасную и непредсказуемую планету- гигант!

Бэйрд резко вскочил на ноги, его била крупная дрожь. Получается, что перед ним все это время был ясный и надежный путь, а он его не видел! Путь на Ганимед, к Вейлу. Надо было только стать одним из «армии завоевателей Юпитера», и амбиции Меридена Шерриффа, по странной иронии, привели бы Фаррела на Ганимед, к искомому человеку и к доказательствам, которые он использовал бы, чтобы уничтожить Шерриффа.

— Я стану твоим человеком, Шеррифф, — прошептал Бэйрд. — Я отправлюсь на Ганимед. Но когда я вернусь…

Три часа спустя, в космопорте, он вошел в уже знакомое здание отдела кадров. Там царило такое же оживление, как и накануне, клерки невозмутимо делали свою работу, и ничто не напоминало о ночной тревоге. Молодой человек направился прямо к будке вербовщика. Интеллигентного вида чиновник, одетый в серую форму с эмблемой в виде десяти лун, с трудом скрыл изумление, когда Бэйрд заявил о своих намерениях.

— Вы хотите сказать, что собираетесь присоединиться к проекту «Внешние планеты», вот так просто? — спросил он, в упор глядя на Бэйрда. — Разве вы не знаете… — Тут он поспешно замолчал, опустив глаза. Его делом было набирать рекрутов, и было не похоже, чтобы в последнее время он был сильно занят.

Сделав паузу, вербовщик начал пылкую речь:

— Пятьсот фунтов в месяц плюс все расходы. Шестимесячный срок службы на Ганимеде, включая… — он посмотрел на Бэйрда и поспешно добавил: — включая возможную службу на Юпитере. Гарантированная компенсация, страховка и…

Фаррел резко оборвал его:

— Все отлично. Я подпишу контракт.

Чиновник снова с удивлением уставился на него.

— Послушайте, вы ведь не скрываетесь от закона, не так ли? Мы должны это проверить, вы знаете…

— Я никому здесь не нужен, — ответил молодой человек. — И хочу попробовать себя в космосе, вот и все. Я Джон Фаррел из Южной Африки, сирота. Рекомендаций нет, я потерял все документы, когда затонул мой катер и я сам чуть не погиб вместе с ними. Капитан «Мартина П. Грина», грузового судна, которое стоит сейчас в доке, может подтвердить это.

— Мы обязательно это проверим, — сказал служащий и поспешно сунул Бэйрду бланк договора. — Вот ваш годовой контракт с «Внешними планетами». Подпишите здесь.

Юноша уверенно поставил свою подпись.

— При условии, конечно, что вы пройдете медосмотр, — добавил вербовщик. — Это внизу, в медпункте. Я вам покажу.

В МЕДИЦИНСКИХ КАБИНЕТАХ БЫЛО множество устройств, которых Бэйрд никогда раньше не видел. Его усадили в кресло и прикрепили к его телу целую кучу электродов. На поверхности стоящей радом панели задрожали иглы, и из нее бесшумно поползли ленты с записью результатов.

— Предварительная проверка пройдена, — проворчал главный техник, снимая электроды. — Шеф пришлет отчет.

— Достаточно хорошо, — сказал вербовщик и направился обратно к своей кабинке. — Вы должны будете явиться на корабль в течение двадцати четырех часов.

Бэйрд пожал плечами.

— Я готов прямо сейчас.

Чиновник в очередной раз пораженно захлопал глазами.

— Я уже видел космическую лихорадку раньше, но у вас, несомненно, особенно тяжелый случай. Хорошо, я отвезу вас. Ваш корабль уже готовится к взлету.

Космопорт оказался еще более огромным, чем Фаррел предполагал раньше. Юноша убедился в этом, когда вербовщик провез его на скоростной машине по краю этой зоны. Они направились не к огромным кранам, ангарам и ракетам на взлетно-посадочной полосе, а к низким зданиям с плоскими крышами, расположенным вдоль северного края порта. Вокруг этих зданий кипела работа, и, когда они подъехали поближе, Бэйрд с изумлением уставился на происходящее.

Гигантская металлическая фигура, похожая на человека, неуклюже приближалась к их машине. Сначала Фаррел подумал, что это массивный робот, но затем увидел на голове этой фигуры лицевую панель, за которой виднелось человеческое лицо. Существо величественно прошествовало мимо, жужжа двигателями и гироскопами, но двигаясь немного неуверенно.

— Это ходок, — сказал Бэйрду сотрудник по подбору персонала. — Скоро вы узнаете о них все.

Были там и другие ходоки, точнее, другие люди внутри массивных механизмов, медленно расхаживающие взад и вперед. Неожиданно один из них с громким треском перевернулся, и к нему, ругаясь, бросился коренастый, мужчина в серой форме.

— Черт возьми, Линд, у тебя опять гироскоп отказал! — закричал он. — Ах да, он меня не слышит, поднимите его еще раз!

Этому разъяренному человеку вербовщик и передал Бэйрда «с рук на руки».

— В твою команду, Шейнер, — сказал он. — Его зовут Фаррел.

— О, черт, куда мне еще? — снова выругался Шейнер. — Когда я успею обучить новых людей, у нас времени уже не осталось!

Вербовщик пожал плечами.

— Вам нужен полный отряд, прежде чем вы отправитесь в путь, не так ли? Увидимся.

Он уехал, оставив Бэйрда рядом с Шейнером. Тот посмотрел вслед удаляющейся машине и снова тихо выругался, после чего повернулся к новому подчиненному.

— Хорошо, Фаррел. Не обижайся. Ничего личного. Пойдем, я покажу тебе, где получить форму.

В ту ночь Бэйрд лежал в казарме на койке, в длинном ряду других спящих рекрутов, и, несмотря на все усилия, не мог заснуть. Он лежал, глядя в окно на яркую белую немигающую планету, висящую под мерцающими созвездиями. Юпитер. Планета Шерриффа. Вокруг нее вращались луны, и на одной из них находился человек, которого он искал, на встречу с которым он скоро отправится…

Следующим утром командир отделения Шейнер заявил Бэйрду:

— Я скажу тебе прямо. Мы уйдем раньше, чем ты и некоторые другие пройдете необходимую подготовку. Но есть несколько вещей, которые вы все должны знать. Одна из них — как пользоваться ходоками.

— Этими большими бронированными костюмами? — уточнил Фаррел.

Шейнер кивнул.

— Это больше, чем бронированные костюмы. Это ваша кожа, ваш воздух, ваша жизнь и все, что убережет вас от разрушения гравитацией Юпитера. Впрочем, пока не бери это в голову, — поспешно добавил он. — Скорее всего, туда тебя не отправят. Но ты должен знать, как управлять ходоком в разных условиях. Джой, — обратился он к еще одному рекруту, — покажи ему основные принципы работы.

Джой, крупный парень-новобранец с растрепанными волосами, дождался, пока Шейнер отойдет подальше и доверительно наклонился к Бэйрду.

— Все эти обещания, что мы не будем участвовать в высадке на Юпитер — пустые слова, — доверительно сказал он. — Они, наверняка, отправят в первую высадку каждого из нас, кто хорошо овладеет этими монстрами. — Он рукой указал на ходоки. — Не стоит учиться слишком хорошо управлять ими. Ты меня понял?

БЭЙРД ПРОВЕЛ УТРО И основную часть дня, обучаясь под руководством Джоя, как забираться в массивные скафандры, регулировать гироскопы, подгонять внутреннюю эластичную оболочку из искусственной кожи к своему телу, регулировать длину шага и поворачиваться. Из разговора с инструктором он понял, что у остальных членов отряда было странное моральное состояние. Все рекруты, в той или иной степени, страдали «космической лихорадкой» — все они были еще молоды и хотели отправиться на Ганимед. Но ни у кого из них не было ни малейшего желания быть выбранными для первой высадки на Юпитер. В прошлые годы об опасности этого было слишком много разговоров и дискуссий.

План Шерриффа слишком подробно обсуждался и подвергался нападкам. Хотя разработчики и пытались его защитить, кошмарные и пока неизведанные опасности этой планеты — чего стоила одна только гравитация, которая могла раздавить насмерть человека без доспехов! — были слишком хорошо известны. Люди боялись предстоящей атаки на этот гигантский шар. Однако Бэйрд такого страха не испытывал. У него не было намерения участвовать в этой высадке. Он хотел только добраться до Ганимеда, а, значит, и до Вейла.

В первый день пребывания Фаррела в отряде там внезапно поднялся переполох. В космопорт приехала какая-то машина, и Шейнер поспешил поприветствовать того, кто на ней прибыл.

— Это сам старик. Идем посмотрим, как он улетает, — предложил Джой. — Гляди-ка, Шейнер от счастья сейчас из штанов выпрыгнет!

Сердце Бэйрда подпрыгнуло.

— Это Шеррифф? — уточнил он.

— Да. И с ним его дочь Эльда. Повсюду ходит с ним, следит за ним, как за ребенком. Какая-то она…

Фаррел не расслышал, точнее, уже не хотел слушать конец фразы Джоя. Перед его глазами возникло красное пятно, и он замер, крепко сжав кулаки и глядя на сидящие в машине фигуры. На девушку, которая была за рулем, кстати, стройную и привлекательную, одетую в куртку и слаксы, он почти не обратил внимания. А вот на сидевшем рядом с ней мужчине, с которым быстро о чем-то переговорил Шейнер, взгляд Бэйрда задержался.

— Шеррифф… — зловеще прошептал он.

Мериден Шеррифф оказался маленького роста, а потому возвышался над землей не так высоко, как звезды. Ему уже давно перевалило за средний возраст, фигура у него была тяжелая, а лицо — мясистое. Но, несмотря на это, он немного напомнил Бэйрду гранитную статую древнеегипетского царя, серую и суровую. Правда, с годами этот «гранит» немного раскрошился, и на нем проступили морщины, в которых, впрочем, тоже не было мягкости. Жесткость этого человека вообще чувствовалась во всем его облике, а его глаза, смотревшие на Шейнера, сверкали из-под косматых седеющих бровей, как отборные драгоценный камни.

«Если бы я подошел к машине, если бы схватил его… — пронеслось в голове у Бэйрда. — Если бы я просто…»

Его охватили воспоминания. Он снова был в белой антарктической долине, умирающий отец что-то шептал ему, и весь мир был охвачен туманом бушующей ненависти.

Фаррел с усилием заставил себя стоять неподвижно. «Еще нет, — подумал он. — Не сейчас!»

Коротко переговорив с Шейнером, Шеррифф кивнул девушке, и она поехала дальше, а Шейнер, весь взмокший, вернулся к подчиненным.

— Мы должны ускориться, — сообщил он. — Ладно, черт возьми, прибавим газу, мы это сделаем!

Бэйрд жадным взглядом проследил, как машина Меридена скрылась из виду. Час спустя он увидел, что к казармам вновь подъезжает автомобиль, и стал рассматривать его, в надежде, что это вернулся Шеррифф. Фаррел хотел еще раз увидеть его лицо, запечатлеть его в своей памяти. Но это оказался сотрудник службы подбора персонала, который привел его сюда накануне. Он поговорил с Шейнером, а затем подошел к Бэйрду.

— Вы должны вернуться со мной в отдел кадров, — резко сказал он. Его лицо выглядело обеспокоенным.

— В чем дело? — спросил Фаррел.

Вербовщик покачал головой.

— Я не знаю. Меня послали за вами. Это срочно.

«Они что-то узнали обо мне!» — холод плохого предчувствия охватил Бэйрда. Неужели он снова потерпел неудачу?