ОН ОЧНУЛСЯ В ТОЙ же комнате с мраморным полом, но теперь уже не на полу, а подвешенным на веревках за запястья на стене, точнее, привязанным к двум широко расставленным резным выступам, так что его тело свисало на вытянутых руках, как гобелен.

С первым же лучом света, который ворвался в его сознание, Брайант смог увидеть орду темных, сверкающих драгоценными камнями фигур, движущихся, но плохо различимых, как в тумане. Постепенно свет стал ярче, туман рассеялся, и все — звуки, цвета, контуры — обрело четкость, а просторная комната со сводчатым потолком наполнилась деловитыми и оживленными голосами варконидов. На них было неприятно смотреть, и Хью повернул голову к окну, через которое он еще совсем недавно пытался отстреливаться. То, что он увидел, не добавило ему хорошего настроения. В центре площади, вокруг стел, возвышались горы добычи, которые с каждой минутой становились все больше.

«Еще толком ничего не произошло, а меня уже тошнит, — подумал Брайант. — Интересно, что с моими друзьями?»

Внезапно его голову наполнил шум нескольких голосов, которые наперебой расспрашивали его: «С тобой все в порядке, Хью? Что с тобой происходит? Мы уже в безопасности, а как ты?».

«Нет! — почти закричал он мысленно. — Молчите! Они могут догадаться. Оставайтесь в безопасности и убирайтесь из города!»

Ответ Фаона его несколько удивил: «Я не привык так поступать с друзьями…»

Брайант понимал, что и сам повел бы себя на его месте так же, но на карту были поставлены жизнь девушки и такие нужные фотопленки, поэтому он продолжил убеждать местного жителя: «Черт возьми, Фаон, как ты думаешь, ради чего я это сделал? Фелтри и твоя дочь — это те, кого…» — он не успел договорить. Один из варконидов заметил, что он пришел в себя и окликнул Грейса Чая.

В тот момент глава варконидов находился в дальнем конце комнаты, где он разговаривал с тремя своими лейтенантами. Он сразу оглянулся, а затем быстро прошел по мраморному полу и остановился перед пленником, глядя на него снизу вверх. Грейс был великолепно сложенным мужчиной с мощной мускулатурой. Его гладкая оливково-зеленая кожа оттеняла великолепные украшения, которыми он был увешан. Глаза у него были большими, слегка раскосыми и такими же ярко- золотыми, как бляшки, свисавшие с его ушей. Он был даже красив.

— Брайант, — заговорил Чай и улыбнулся, показав острые и ослепительно-белые зубы. — Ты очнулся и, надеюсь, готов поговорить со мной?

— Мне нечего сказать, — ответил Хью, переходя на варконидскую речь, и запинаясь на непривычных гортанных звуках.

— О, но тебе придется! — воскликнул Грейс и приказал кому-то через плечо: — Опустите его. И принесите что-нибудь поесть и попить, а также стул.

Его приказ выполнили так быстро и гладко, что Брайант понял — это было организовано заранее, с какой-то целью. Тем не менее, он был рад спокойно посидеть, избавившись от разрывающего напряжения в руках и чувства беспомощности. Однако веревки с его запястий снимать не стали — ему только дали возможность немного двигать руками.

— Давай, ешь, — приказным тоном сказал Чай. — Человек с пустым желудком — ничто.

Он налил в хрупкие хрустальные бокалы, принесенные из одного з разграбленных домов, какой- то ликер и добавил:

— Выпей. Выжги паутину, окутавшую твой мозг.

Затем Грейс раздал бокалы своим лейтенантам, и все они сделали по глотку. Брайант, немало не колеблясь, тоже попробовал ликер. Напиток оказался очень приятным на вкус, и Хью даже подумал, что выпил бы еще немного. Но вот есть он не собирался и решительно отказался от угощения.

— Почему? — не понял его Чай.

Пленник кивнул на стену и веревки на его запястьях.

— У меня не слишком крепкий желудок, — пояснил он то ли в шутку, то ли всерьез.

Грейс Чай искренне рассмеялся. Он казался очень приятным и любезным, когда его лицо озаряла улыбка.

— Ты жалуешься на свое слабое нутро? — усмехнулся он, но затем его лицо стало серьезным. — Послушай, Брайант, у человека, который может сделать то, что сделал ты, должно быть, стальные кишки. Скажи мне, что ты чувствовал, когда прятался в Облаке, охотясь за нашей базой? Ты дрожал от страха?

Хью задумался и мысленно вернулся в прошлое. Это был его первый полет за пределы Млечного пути, и он помнил охвативший его дикий трепет, от которого замирало сердце, когда они оставили далеко позади последнее из окаймляющих Галактику солнц и он буквально окунулся в бескрайнюю, необъятную, немыслимую пропасть между нею и галактикой Андромеды, горящей впереди подобно могучему факелу. А еще там светились более дальние галактики, рассеянные по всему мирозданию подобно туманным звездным паутинам. Затем Брайант посмотрел назад и онемел от сверкания его родной части Вселенной, миллиарда миллиардов солнц, постепенно собиравшихся в единый рой.

Тогда он запустил корабль-разведчик далеко в черный океан, лежащий между звездными «островами». Он обогнул Облако с его внешней стороны, пробираясь среди его тайных звездных скоплений, где ничего никогда не менялось с тех пор, как сам Бог прошел этим путем, создавая космос на своем пути.

После этого путешествие Хью стало своего рода игрой — найти скрытый мир варконидов и не попасться самому, но игрой нелегкой, причем шла она в неизведанном регионе, где никогда не знаешь, что найдешь за следующим солнцем или очередной завесой туманности.

Однако Брайант был вынужден признать, что Чай не ошибся: он не помнил сильного страха, а потому просто отрицательно покачал головой в ответ.

— Тебе некогда было бояться, — вновь заговорил Грейс. — Слишком о многом приходилось думать, и слишком многое ты испытывал впервые. И слишком много было волнений, не так ли?

Хью опять согласился, скучно им не было.

Он, Бэд Уоллес и Джим Фелтри на крошечном суденышке, похожем на пескаря, скрывались среди диких солнц и мало-помалу проследили движение огромных акул-варконидов до их родного мира. А потом им надо было высадить на их планету Фелтри, дождаться его и снова взлететь, пробивались туда, куда не стал бы проникать ни один здравомыслящий человек.

Да, подумал Брайант, взлет тогда оказался неудачным. Чтобы спасти Фелтри, они с Уоллесом были вынуждены покинуть корабль и искать неисправность. И они нашли ее и устранили, но Бэд погиб и на корабль уже не вернулся. А Хью с Джимом как сумасшедшие, помчались прочь сквозь рой лун, окаймлявших варконидскую планету, пытаясь спастись от многочисленных преследователей.

С тех пор он убегал. И вот кульминация — его поймали.

— Но ты сделал это, Брайант, — уже с уважением произнес Грейс Чай. — В том-то и дело. Ты настоящий боец, и тебе не место среди этих толстых розовых людей, которые зарабатывают деньги в безопасных мирах. Ты принадлежишь нам.

Грейс придвинул свой стул поближе к пленнику. Его глаза были похожи на две горячие капли золота. Бляшки из благородного металла, свисавшие с его ушей и драгоценные камни в его сбруе почти ослепляли землянина.

— Послушай, Брайант, я дам тебе собственный корабль. Мы готовим набег на юг вдоль границы Галактики, далеко на юг, в новые секторы. Мы все разбогатеем, и у нас будет достаточно развлечений: новые солнца, новые миры, новые расы, новые женщины, новые виды добычи. Я не буду просить тебя идти против твоих собственных друзей. В Облаке немало представителей вашей расы, и ты не будешь одинок. Подумай об этом, Брайант.

И Хью подумал.

Подумал о золоте, славе и чужих солнцах. О том, как, подобно орлу, можно вылететь из ущелья и совершить набег вдоль края Млечного пути, чтобы завладеть множеством сокровищ. О таких вещах, которые ему было бы стыдно выразить словами, потому что они прозвучали бы странно в устах цивилизованного человека. Хью понимал, что в глубине души он не слишком отличается от Грейса Чая, а потому ответил уверенно и резко:

— Нет. Время для такого рода вещей прошло. Слишком поздно. Вас уже отправили в Магелланово облако. Следующим этапом будет… — Он пожал плечами. — «Выход».

— Ну что ж. Тогда мы вместе исследуем Туманность Андромеды, — спокойно сказал Чай. — Ты храбрый человек. Не заставляй меня убивать тебя.

Брайант посмотрел на варконида долгим взглядом и уверенно произнес:

— Я знаю, чего ты хочешь, Грейс Чай. Запомни, я тебе их не отдам.

Ничуть не смутившись, варконид налил им обоим еще ликера и откинулся на спинку стула, качая головой.

— Ты же знаешь, я не могу позволить Фелтри уйти с этими микрофильмами. Мы еще не совсем готовы к завоеванию Андромеды, а значит, мы его поймаем. Ему не выбраться с этой планеты. Мы нашли ваш корабль и разрушили его. Если Фелтри покажется на поверхности, мои патрули его заберут. Если он под землей — что ж, мы найдем его и там. Здесь идеальная база, Брайант, с множеством возможностей. Так что ты не можешь помочь Фелтри. А вот себе ты помочь пока можешь.

— Не получится, — выдохнул Хью и до дна осушил свой стакан.

— Тогда я хочу знать, кто еще есть в городе.

От неожиданности Брайант опешил.

— Что значит «кто еще»?

— Принесите это сюда, — велел Чай, оглянувшись на подчиненных.

Один из варконидов поднял сверток, лежащий на некотором расстоянии, и принес его, а затем открыл и разложил содержимое перед Брайантом.

— Смотри. Это было найдено в одном из домов, — рассказал Грейс. — Кто-то, по-видимому, два или три человека, жили там, и это было сейчас, не столетия назад. Не ранее, чем сегодня утром.

Пленник с видом ничего непонимающего человека уставился на разложенные перед ним вещи. Одновременно он мысленно связался с Фаоном и сообщил ему, что все открылось.

— Кто это был, Брайант? Куда они пошли? — спросил Чай.

— Я не знаю.

— Есть ли другие города, подобные этому? Населенные города?

— Не знаю.

Грейсу, видимо, надоело однообразие ответов Хью, и он решил «зайти с козырей».

— Я хочу, чтобы ты знал. Есть одно здание, в которое мои люди пока не смогли проникнуть. — Он взмахнул рукой, рисуя в воздухе круглое строение. — Что это такое и почему оно заперто?

— Не знаю, — уже почти привычно ответил Брайант.

— Ну, хорошо. Тогда мы сами все выясним. — Чай посмотрел на Хью с искренним сожалением и пожал плечами. — Последний шанс?

Пленник понял, что совсем скоро им займутся, а значит, коммуникатор перейдет в руки варконидов, так что надо было прямо сейчас послать Фаону, быть может, последнюю мысль: «Убирайтесь из Аннамара, вы не сможете мне помочь!» В ответ он услышал слабый-слабый крик «Хью!» и понял, что это была Кира. А потом чьи-то сильные руки сорвали с него тунику, а вместе с ней и коммуникатор.

— Поднимите и закрепите его, — скомандовал Чай.

Через мгновение Брайант перестал осознавать почти все вокруг, кроме темных лиц варконидов, плавающих в кровавом тумане под ним, голоса Грейса Чая и боли. Особенно боли — ее было более чем достаточно. И все же варкониды не торопились, они действовали «экономно», не давая ему быстро умереть, чтобы он прочувствовал все. Они держали его в сознании еще очень долго, и голос Чая звучал в его ушах ясно и громко. Он все спрашивал и спрашивал, всегда одно и то же:

— Зачем отдавать свою жизнь за Фелтри? Он наемник, нанятый человек. Он тебе не друг. Где Фелтри? Кто остальные и где они? Зачем быть дураком, Брайант? Ты все еще можешь иметь свой корабль. Ты все еще можешь летать с нами, а не воевать против нас. Давай, Брайант. Свобода, ты будешь свободным! Воспользуйся этим!

В конце концов, несмотря на мастерство его мучителей и их почти нежную «заботу», Хью начал ускользать от них в бессознательное состояние.

— Хорошо, — сказал Грейс, понимая, что так они ничего не добьются. — Опустите его.

К этому времени Брайант уже не чувствовал боли — он вообще ничего не чувствовал, провалившись в какую-то бездну.

Когда он пришел в себя, связанный по рукам и ногам, вокруг никого не было, а его одежда лежала там, где ее бросили, недалеко от него. Он услышал голоса и движение снаружи, на площади. Варкониды все еще грабили город, и, вероятно, Грейс Чай ушел со своими лейтенантами на штурм здания терминала. «Они вернутся, — подумал пленник, — они еще не закончили, но я пока жив!»

Среди мусора, оставленного варконидами, он увидел маленький острый нож, лезвие которого было испачкано, вероятно, его собственной кровью. Это шанс, подумал Брайант и попробовал пошевелиться. Чувствительность постепенно возвращалась ко всему его телу, но главное — к рукам. Это было неприятное и очень болезненное ощущение, но он смог ими двигать и начал понемногу подползать к тому месту, где лежал нож. Ему удалось это сделать, и он, приложив немало усилий, зажал нож зубами и перерезал веревку, удерживавшую его запястья, после чего освободил и ноги. «Хорошо, — подумал он, — а еще лучше, что Чай пока не вернулся».

Затем Хью с трудом натянул брюки и тунику. Оказалось, что коммуникатор все еще лежал у него в кармане. Варкониды, видимо, сочли его бесполезной и ненужной игрушкой.

С содроганием сердца он мысленно позвал своих друзей, очень надеясь на ответ и очень боясь, что его не последует. К счастью, в его голову почти сразу ворвался напряженный голос Фаона: «Ты жив?!»

«Да, — мысленно ответил Брайант. — А вы где?»

«Я внизу, на технических уровнях. Остальные ждут в туннеле. Ты можешь идти?»

«Думаю, да. По крайней мере, я не связан. Но, подожди… Нет, все в порядке, это звуки с площади. В какую сторону мне идти?»

«Иди в конец комнаты. В задней ее части ты увидишь арку. Тебе следует пройти через нее, там есть лестница…»

«Понял, иду».

Двигаться Хью было очень тяжело. Ноги подгибались под ним, мягкие, как два куска мокрой веревки, в глазах все еще темнело. Конечно, у него был маленький нож, но если бы в комнату вдруг вошел один из варконидов, проку от этого оружия было бы мало. Однако ему повезло, никто так и не вошел, и «миллионы миль», которые лежали между ним и аркой, наконец, были преодолены, и он оказался у лестницы.

«Спускайся», — услышал он телепатический голос Фаона.

Шатаясь, но стараясь идти так быстро, как он только мог, беглец спустился в пустой зал с мраморными сводами.

Голос в его голове продолжал звучать: «Здесь хранились записи Анны Мэй, но сейчас они находятся в Котмаре. Вся история нашего мира теперь у Котмаре. Дальше будет еще одна лестница. Спускаться».

Спустившись по второй лестнице, Брайант оказался в крохотном помещении с дверью. Внезапно из-за его спины, вторгаясь в смутный сумбур его разума и посылая стреляющий холодок по каждому его нерву, донесся звук. Тихий звук. Быстрое шарканье обутых ног по камню.

«Фаон, Фаон! — мысленно закричал Хью. — За мной следят. Все это было ловушкой, чтобы заставить меня привести их к тебе. Убирайся, пока…»

Но тут дверь распахнулась, и руки Фаона втащил его внутрь, после чего дверь была быстро и тщательно закрыта на замок.

— У нас есть пара минут, — торопливо сказал Фаон. — Я знаю эти уровни. Они — нет.

Брайант не стал спорить, хотя ему было, что возразить. Он просто последовал за своим новым другом в место, которого никогда раньше не видел — в технические помещения Аннамара. Там были широкие проспекты, по краям которых возвышались не дома, а машины. Их ряды простирались во все стороны — могучие сооружения из металла, башни, конусы, кубы, усеченные пирамиды сами по себе походили на фантастический город. Тут и там вдалеке двигались человекообразные обитатели этих улиц — сервомеханизмы, которые поддерживали все в исправном состоянии.

— Сюда! — крикнул Фаон.

Он свернул на улицу, вдоль которой тянулись соединенные вместе динамо-машины, а затем начал петлять туда-сюда среди огромных сооружений. И даже несмотря на оцепенение от боли и беспокойство, Брайант находил время для удивления. «Как это возможно? — думал он. — Вся эта мощь… все работает, город остался таким, каким он был…»

Фаон, «услышал» его мысли и спокойно ответил: — Это нам ничего не стоит. Реактор с управляемым термоядерным синтезом практически вечен, так что здесь все самодостаточно. Это гарантия для нас на случай, если купол Котмара выйдет из строя, что уже случалось в других городах. А здесь у нас есть место, готовое принять нас без промедления. Он сделал паузу и оглянулся на сверкающие аллеи. — Я думаю, они потеряли нас, но нам все равно надо поторопиться.

И они побежали, петляя среди огромных машин, к техническим входам в туннели, через которые в прежние времена сюда доставлялись грузы и припасы.

— Я уже посоветовался с Фелтри и Кирой, — на ходу сказал Фаон. — Мы должны вернуться в Кот- мар.

Внезапно Брайант резко остановился, схватил своего спутника за руку и указал на открытое пространство, ведущее к параллельному проспекту, на котором он заметил Грейса Чая и еще двух варконидов.

— Они все еще рядом, — прошептал землянин. Пойми, варкониды лучше вооружены и бегают гораздо быстрее, а значит, надо действовать по- другому.

Он мысленно позвал Киру и тут же получил ответ: «Да, Хью».

«Прямо сейчас отдай свой коммуникатор Фелтри», — велел ей Брайант.

Последовало короткое молчание, во время которого они с Фаоном продолжали петлять среди гигантских труб, по которым в Аннамар поступал воздух.

— Далеко еще? — обратился Хью к Фаону.

— Не очень, нам надо за эту насосную станцию, — указал тот на очередное сооружение.

В этот момент к голове Брайанта подключился Фелтри.

«Послушай, Джим, — заговорил с ним Хью. — Мы должны кое-что спланировать, и сделать это надо быстро».

Дверь, ведущая в туннель, была прямо перед ним. По правую руку от него за трубами быстро двигались тени варконидов. Им осталось только пройти через эту дверь, и тогда их добычей станет не только Котмар, а целая планета. А значит, подумал Брайант, в этом случае я буду ответственен за гибель целого мира.