Объяснение практики гуру-йоги, которая связана с практикой бодхичитты, можно найти в четвёртом томе сборника «Сокровищница духовных наставлений» (gDams ngag mdzod), составленного Джамгоном Конгтрулом Лодро Тае.
В целом на всех этапах практики – от Базовой колесницы до самых высших – особо подчёркивается, что нам не обойтись без духовного учителя. Как сказано в тексте «Сутра в виде древа»:
За все свои бесчисленные жизни
Мы так и не смогли пересечь океан страдания.
Мы обладали множеством благих качеств,
Но без опоры на духовного учителя
Не сумели освободиться от существования в сансаре.
Мы можем обладать множеством мирских качеств, а как практикующие Дхарму ещё и качествами духовными, такими как искренняя вера и усердие, но если мы не опираемся на мастера, дарующего нам благословение, в нашем уме не родится реализация. А если в нашем уме не родится реализация, то у нас нет шансов освободиться из сансары.
Именно поэтому нам так необходимо опираться на помощь аутентичного учителя, который держит линию передачи и сам обладает реализацией. Аутентичным мастером считается мастер, получивший передачу бодхичитты посредством непрерывной линии от самого Будды. Подобная линия передачи существовала в традиции мастеров кадам, последователей Владыки Атиши.
Нам следует ясно понимать, как следовать за таким мастером. Нам необходимо неукоснительно выполнять всё, что он велит, на уровне действий, слов и мыслей. Мы обращаемся к нему с искренней молитвой. Медитируем на нём, представляя его в своём сердечном центре или над своей макушкой. Эта практика состоит из трёх этапов: подготовка, основная практика, завершение.
На подготовительном этапе мы зарождаем любовь и сострадание, а также ум, устремлённый к просветлению. Затем визуализируем самих себя, как будто мы ясно проявлены, но при этом пустотны, подобно отражению в зеркале. Наше сердце представляет собой массу сияющего света.
В качестве основной практики мы визуализируем лотос и диск луны над своей макушкой, и на них восседает наш учитель, к которому мы ощущаем сильную преданность. Он может быть своего реального размера, а может быть размером с большой палец руки – в зависимости от того, как нам проще визуализировать.
Далее нам надо вспомнить его лицо, мимику, осанку и походку, интонации его голоса, мудрость его ума. Мы воспринимаем его как нераздельного со всеми мастерами линии передачи, начиная с самого Будды; со всеми учителями, от которых мы получали наставления; со всеми йидамами, буддами и бодхисаттвами. Мы подносим ему всё, что у нас есть, и, сложив руки в лотос, принимаем в нём прибежище со всей искренностью, на которую только способны, на уровне тела, речи и ума. Мы вспоминаем, что у нашего гуру нет недостатков, что он довёл до совершенства все благие качества. И несмотря на то, что на уровне абсолютной истины он несубстанционален, как небо, на уровне относительной истины он проявился в нашем мире на благо всех живых существ. Мы обращаемся к нему со следующей молитвой:
Благослови меня, чтобы в моём уме тотчас зародилась бодхичитта двух видов – так же, как она зародилась в уме драгоценных духовных учителей линии передачи, так же, как она пребывает в уме мудрости всех будд и бодхисаттв. Пусть это произойдёт согласно тому, как описано в сутрах окончательного прямого смысла.
Благослови меня, чтобы я смог реализовать два вида бодхичитты, вне зависимости от того, как сложатся обстоятельства: буду я богат или беден; будут меня прославлять или позорить; буду я счастлив или буду страдать; буду ли я болеть, умирать, перерождаться и снова скитаться. Благослови меня, чтобы я мог постичь, как привносить трудности и препятствия на путь, воспринимая их как добрых друзей!
Произнеся эту молитву три раза, необходимо сложить руки в мудру равностности на своих коленях и представить, как раскрывается отверстие на макушке. Наш учитель проникает внутрь через это отверстие, как падающая звезда, и, снижаясь, попадает прямиком в наш сердечный центр.
Затем следует однонаправленно медитировать без отвлечений, сохраняя веру и преданность, помня о том, что учитель является буддой. Через некоторое время тело, речь и ум учителя объединяются с нашим умом, и мы растворяемся в свете. Далее следует некоторое время оставаться в этом ясном, сияющем, подобном небесному пространству состоянии.
В завершение, когда мы вышли из этого состояния, следует визуализировать учителя, как прежде, в своём сердечном центре или над головой и посвятить все заслуги, накопленные в прошлом, настоящем и будущем, обретению воззрения мудрости учителя и тому, чтобы в нашем уме расцвела бодхичитта двух видов.
Эта практика может принести обычную пользу и пользу особую. Если перечислить лишь некоторые из благ, которые мы обретаем, выполняя эту практику, то это, несомненно, защита от вреда, который нам могли бы нанести люди и другие классы существ, достижение нами мирских и особых совершенных качеств, а также реализация полученных нами наставлений и учений.
Два этапа этой медитации помогут нам осуществить трансформацию сознания в великую светоносность и обрести способность следовать сущностным наставлениям во время смерти. Если мы будем усердно практиковать эту медитацию, то достигнем такой духовной реализации, о какой только могли мечтать.
Нет никакого смысла искать какую-то другую технику медитации, кроме этой. За Ринпоче Чилбупа[134] так описал эту медитацию: «Если бы мне понадобилось достать из своей груди бьющееся сердце, то я смог бы достать только одно. Точно так же обстоит дело и с этой практикой – она самая сущностная из всех».
Написано со слов моего учителя. Это учение было передано Буддой благородному Майтрее, а от него перешло к Асанге, Васубандху, Кусулу-старшему, Кусулу-младшему, Серлингпе, Владыке Атише, Дромтонпе, Потове, Шараве, Чекаве, Чилбупе, Лопону Лха, Лхадингу Пону, Дхарма Сиддхе, Гьятону Чангчубу Гьялцену, Кхенпо Шонну Чангчубу, Ринчену Джунгне Пэл Сангпо (1187–1254), Будде Ратне (Сангье Ринчен), Кирти Шиле (Драгпа Цултрим), Джае Бхадре (Гьялва Сангпо) и Пунье Ратне (Сонам Ринчен, 1214–1286). Пусть везде пребудет благо!