Около девяти утра Пьетро вновь пересек границу между привычным миром и квартирой на последнем этаже желтой высотки. Осторожно закрыв за собой дверь, он подождал, пока взволнованные птицы не вернутся в свои убежища, после чего, остро чувствуя взгляды множества крохотных глазок, торопливо прошел через столовую и с облегчением улегся на пыльную, неубранную постель. На него с интересом уставилось пятно с потолка.

Выходит, всего несколько месяцев назад она действительно стояла за пластиковой пленкой. Пьетро вновь почувствовал укол стыда оттого, что не поверил Сусане. Получается, Молчаливая Дама не только спрятала дневник на вилле, но спустя годы вернулась туда и была замечена. И случилось это, когда Матиаса уже начали преследовать кошмары. Джербер даже предположить не мог, зачем она возвращалась. Главное, след был еще свежим. Где же она может быть сейчас?

Он достал из сумки синюю тетрадь и диктофон с записью последнего сеанса. Захотелось вновь переслушать заключительную часть истории, рассказанной голосом ребенка. Молчаливая Дама постоянно боялась, что Тихоня ее найдет. То и дело ей мерещился стук в дверь. Нелегко, наверное, жить, вздрагивая от каждого звука. Особенно если не можешь понять, реален ли он, или это плод твоего воображения.

Молчаливая Дама знала, что угроза появления Тихони всегда будет висеть над ней дамокловым мечом. Возможно, и хромой ощущал себя в западне, не в силах освободиться от параноидальной одержимости единственным человеком, проявившим к нему капельку сочувствия. Оба оказались в безвыходном положении: им оставалась только смерть.

Молчаливая Дама физически слабее, следовательно, она воспринимала себя как жертву. В надежде спастись, она разбросала по дому предметы, которые, как она надеялась, должны были привести кого-то к тетради. Однако без Матиаса все ее усилия пропали бы втуне. Только благодаря мальчику Пьетро удалось пройти по этой тропинке из хлебных крошек. Иных следов она не оставила, если не считать мимолетного видения Сусаны.

Слушая голос загипнотизированного ребенка, Джербер пытался угадать продолжение резко оборвавшейся истории. Наверное, спрятав свои воспоминания, Молчаливая Дама вернулась домой и принялась ждать неизбежного появления Тихони. Потом что-то произошло, и она покинула квартиру. Когда Пьетро пришел сюда впервые, у него сложилось впечатление, что отсюда поспешно бежали. Кровать, на которой он сейчас лежал, не застелена, дверцы шкафа распахнуты, ящики выдвинуты, в холодильнике валяются остатки еды, в раковине невымытая посуда.

Но действительно ли Молчаливая Дама бежала? Пьетро пытался ухватить за хвост ускользающую мысль, а в комнате звучал голос Матиаса: «Этот цветок – единственное существо на свете, которое заслуживает узнать всю правду». Во время сеанса психолог не сразу выключил диктофон, и теперь в тишине зазвучало умиротворяющее тиканье метронома. Пьетро начал медленно погружаться в покой, за которым должен был последовать глубокий сон. Он его заслужил – безмятежный сон без сновидений.

Его веки опустились, отяжелели… Вдруг его внимание привлек непонятный звук на записи. Пьетро рывком сел, надавил на кнопку диктофона, немного прокрутил запись назад. Гоняя ее туда-сюда, чтобы поймать нужное место, он пытался понять, что же такое услышал. Звук был отчетливым, но кратким, от силы несколько секунд, и наложился на тиканье метронома. Так ничего и не выловив, Пьетро начал слушать с момента, когда замолчал мальчик. А вот и подозрительный звук. По крайней мере, он еще не спятил.

Однако расшифровать это нечто не получилось. Смущало и то, что, находясь в детской, он ничего подобного не слышал. Ему сделалось не по себе. Как такое возможно? Этот непонятный звук определенно не был дефектом записи. Преодолевая нарастающее раздражение, Пьетро переслушивал снова и снова. Он устал. У него больше не осталось сил заниматься этим дурацким делом. Захотелось грохнуть диктофон о стену, чтобы тот разлетелся вдребезги.

Представив себе эту сцену, Пьетро почти успокоился. В конце концов, он все еще держал себя в руках. И тут в столовой захлопали птичьи крылья. Обитатели квартиры давно покинули свои укрытия и теперь вновь всполошились, как бывало всякий раз, когда нарушали их покой. Пьетро прислушался. Кто-то возился с замком входной двери, очевидно собираясь войти в квартиру.

Кто-то, у кого не было ключа.