Сердце твое двулико,

Сверху оно набито

Мягкой травой,

А снизу каменное-каменное дно.

Когда думаешь о произведениях, на которых выросло целое поколение, то в голову сразу приходит вселенная «Гарри Поттера». Но вот незадача – с женскими персонажами там как-то не очень. Нет, конечно, у нас есть Гермиона, которая больше проявляется и эволюционирует в книжном варианте истории, чем в фильмах. Есть Полумна Лавгуд, Минерва Макгонагалл, Молли и Джинни Уизли, а еще Флер Делакур, но это, пожалуй, и все. В центре истории все равно мальчик, который выжил.

Я не буду здесь говорить о важности женских персонажей в культуре, чтобы зрительницам, особенно юным, было с кем себя ассоциировать. Потому что девушки, рожденные в 1990-е годы и позже, все равно находили для себя поддержку в историях о Гарри Поттере. Но сейчас я хочу обсудить другую франшизу. В ее центре не мальчик, который выжил, а девушка, которая умерла.

Однажды, когда Стефани Майер, будущей писательнице, нынешней домохозяйке, было 29 лет, ей приснился сон о том, как прекрасный вампир был влюблен в обычную девушку и вместе с этим жаждал ее крови. Благодаря интервью мы даже знаем четкую дату: это случилось 2 июня 2003 года. Проснувшись, Стефани написала главу, которая стала 13-й и заключительной для первой книги. Остальные 12 она сочинила, не особенно рассчитывая, что книжка обретет какую-либо аудиторию[102]. Рукопись была закончена за три месяца, а уже в 2005 году вышла первая книга, «Сумерки», тиражом 75 000 экземпляров. Всего будет четыре романа и пять фильмов, которые расскажут о девушке Белле, готовой пожертвовать всем, чтобы быть со своим возлюбленным.

Не знаю, как для вас, но для меня Белла Свон навсегда останется связана с образом Кристен Стюарт, нелепой девочки-подростка, на которую очень хотелось походить. Все четыре части «Сумерек» показывали нам, как за серой мышкой неотрывно следует самый прекрасный парень из возможных, ну и что, что ему уже очень давно 17, главное, что из хорошей семьи! И как бы нам всем достичь такого?

«Сумерки» появились в моей жизни уже после выхода последнего фильма, поэтому и смотрела я их подряд, не дожидаясь целый год очередного поворота сюжета. Хотя в тот момент смотреть вампирскую сагу уже считалось не слишком престижным, ведь это была «сопливая мелодрама для девочек», мне все равно очень хотелось быть похожей на Беллу. Такой же тихой, интровертной и загадочной. Последнего мне особенно недоставало в 14 лет, но я очень старалась!

В нулевых и ранних десятых годах женские образы в кино и мультфильмах еще не приобрели того феминистского запала, каким может похвастаться почти каждое произведение сейчас. И если героиня оказывалась протагонисткой с любовной линией, то она обязательно была не такой, как все, замкнутой и тихой. Такой, чтобы самый популярный мальчик в школе тут же понял, насколько она выделяется на фоне других девочек.

Не могу отделаться от мысли, что образ Беллы так благодатно лег на постсоветскую почву именно потому, что в школе нам всем рассказывали о достоинствах Татьяны Лариной, которые подчеркивали ее «русскую душу». Сестра Ольга же на фоне главной героини выглядела легкомысленной, ветреной и достойной порицания. Поэтому Белла, которая не интересуется мальчиками, вечеринками и равнодушна к подбору платьев, оказалась идеалом для многих девочек, которые учились в школе в период популярности «Сумерек».

Однако, хоть Белла и была ролевой моделью для девочек, но в первую очередь многие покупали билеты в кино, чтобы посмотреть на вампиров. В разных культурах во многих мифах вампиров представляли как амбивалентных существ. С одной стороны, они отрицались христианством, как и любая другая нечисть, с другой – вызывали страх и веру в то, что где-то несколько любителей спать в гробу все же есть. Также есть теория, что образ вампира появился в результате страха селян перед аристократами, которые жили в огромных замках, устраивали пиршества ночью и вели себя совсем не так, как обычные крестьяне[103]. Более того, образ тысячелетнего вампира был связан и с непомерным сексуальным аппетитом[104]. В «Сумерках» жажда крови будет тесно переплетена с эротическим желанием, особенно на примере бродячих вампиров, которые не принадлежат ни одной семье.

Хорошие же вампиры, которых обратил и «воспитал» Карлайл, будут придерживаться вегетарианского образа жизни, а также сдерживать свои порывы. Прямо как мормоны – члены Церкви Иисуса Христа Святых последних дней, которая популярна в США и была основана Джозефом Смитом в начале XIX века. Стефани Майер – приверженка этой религиозной группы, и она никогда не скрывала, что ее взгляды повлияли на любовную историю девушки и вампира. Но об этом мы поговорим чуть позже. А пока вернемся к героине, которая переезжает к отцу в вечно дождливый город и пытается адаптироваться к новой реальности.