Глава 62

Алена

До сегодняшнего утра я свято верила, что в день знакомства с Егором на моей улице перевернулся грузовик со счастьем. Этот фантастический мужчина вернул мне веру в мою женственность, показал, что такое настоящая мужская забота, и избавил он садиста-мужа.

Однако к концу завтрака становится понятно, что это был не грузовик!

В тот день на моей улице сошел с рельсов целый поезд.

- А можешь повторить, как для глухих, что ты сейчас сказал? – прошу я его после очень странного предложения.

- Что ж ты такая непонятливая? – ухмыляется этот гад, подкладывая в тарелку дочки ароматную творожно-банановую вафлю.

- Я буду над собой работать. – Вынимаю из вафельницы новую порцию. – Ты только повтори.

Я даже в теории не знаю, что такое кокетство, но ресницы как-то сами собой включают режим веера, а щеки загораются от румянца.

- К родителям твоим сегодня поедем. Вопросы у меня к ним. Много! И одна просьба. Приличная!

Сложив руки на столе, Егор пытливо наблюдает за моей реакцией. Точь-в-точь как соседский кот за птичкой на ближайшем дереве.

- А может, не надо?..

Сама не знаю, чего боюсь сильнее: того что Егор разочаруется в моих родителях, того что они – в нем, или неудобного разговора о Марате.

- Да не бледней ты так! – улыбается этот умник. – Не женщина, а цветомузыка. То красная, то белая.

Егор встает со своего места. Подходит ко мне и гладит по щекам.

- Они все еще надеются, что я одумаюсь и вернусь к му...

Осекаюсь на слове «муж». Нужно как-то привыкать, что наш брак и все ужасы в прошлом. Исключить Марата из картинки своей жизни и вычеркнуть его имя из лексикона.

Если не ради себя, то хотя бы ради Паши. Теперь рядом с ним есть отличный пример мужчины и сразу два дедушки.

- А ты и вернешься. – Егор кладет свои большие горячие ладони на мою талию и плавно притягивает к каменной груди. – К своему новому мужу! Ко мне.

- Майор Боровский, у меня от вас голова кругом.

Мы целую ночь спали в обнимку. Дважды за утро успели заняться любовью. И все равно... во рту пересыхает от потребности в поцелуях, а сердце колотится так быстро, словно вместо замужества Егор предлагает дружно прыгнуть со скалы.

- Говорят, второй раз не страшно. А мы с тобой, считай, бывалые. – Подмигивает этот голубоглазый бульдозер.

- После такого опыта нормальные люди ЗАГС по большой дуге до старости обходят.

Не могу сдержать улыбку.

- Будем рвать шаблоны.

- В клочья.

- Осталось лишь отвадить Ларису, чтобы не смела больше забирать Катю. И утрясти с твоими родными...

***

Что именно «утрясти» так и остается для меня загадкой. Сама боюсь даже заикнуться. А Егор загадочно молчит.

Вместо расспросов после завтрака мы все дружно переодеваемся. Дети наряжаются в свои самые красивые костюмы: Паша – в синий с пингвином на свитере и такими же синими декоративными заплатками на штанах. А Катя – в оранжевый с зайцем и морковками.

Когда они вместе начинают надевать ботинки, я на миг замираю.

Раньше я не обращала внимания, насколько они похожи. В нашей постоянной суете не было времени заметить удивительное сходство. А сейчас чуть не падаю.

Дети от разных родителей!

Малыши из разных городов!

А с виду как брат и сестра! С одинаково вздернутыми носами, небесно-голубыми глазами, как у Егора. Оба светло-русые, как я, и с небольшими щербинками между передних зубов.

Близнецы! Однояйцевые!

- Только заметила? – понимающе кивает мой майор.

- Катя совсем не похожа на Ларису, а Паша на Марата, - произношу шепотом, чтобы дети не услышали имен.

- Я тоже охренел, когда понял. – Целует он меня в нос. – Будто так и было всегда... Без этих, которые «опыт».

- Знаешь... Я бы очень хотела, чтобы Паша был твоим родным сыном.

Наверное, странно говорить такое мужчине, которого знаешь меньше месяца. Но какой-то штукой внутри, чувствую, что все правильно. Словно мы с майором тоже – всегда были вместе, а не только после «опыта».

- Прошлого не изменить. А будущее... все в наших руках.

Егор мягко подталкивает меня к двери и сам помогает детям закончить с одеванием.

***

Всю дорогу до родительского дома я борюсь с удушающей тревогой. Егор уже намекнул, что тело Марата скорее всего не найдут, и наш развод придется оформлять задним числом с помощью каких-то его знакомых в органах.

Ни мама, ни папа об этом, конечно же, ничего не знают. Для них Егор будет чужим человеком, который нагло подбивает клинья к замужней женщине.

Мне страшно представить, что я выслушаю от мамы после этой встречи. И еще страшнее – смириться с тем, что они не простят и не поймут.

От этой перспективы каждый километр до дома кажется мне пыткой. Егору приходится трижды выслушать мою пылкую речь о том, что мы слишком спешим. Однако стоит нам припарковаться и выгрузиться из машины, происходит что-то невозможное.