Обман и должен быть простым.

Сложные обманы почти никогда не удаются.

Эрих Мария Ремарк "Возлюби ближнего своего”

Сумерки уже сгустились над лагерем, когда сакры вернулись из разведки. Они устало разбрелись по своим временным жилищам. Все, кроме короля. Ронан уже больше двух недель не видел Лизу и не говорил с ней. Вернее, это она его не видела. Король приходил в ее шатер почти каждую ночь, подолгу смотрел, как она спала, слушал ее ровное и спокойное дыхание. Эти ночные визиты помогали ему успокоиться и собраться с мыслями. Ронану очень не хватало той теплоты и нежности, которую Лиза умела дарить одним лишь взглядом. Король, словно вор в ночи, пробирался в собственные покои, чтобы побыть рядом с той, кого намеренно оттолкнул. Он принял решение, но не был уверен в нем. Ронану действительно нужны были эти земли и отмщение, но нужны ли они ему больше, чем счастье? Он не знал.

Холодный ночной ветер щупальцами обвивал разгоряченную кожу сакра, но жаждал он других прикосновений. Ронан шумно выдохнул и отбросил назад спутанные от длительного полета волосы на спину. Он опустился на колени рядом со своей палаткой, забросил внутрь свои вещи и пошел к озеру. Ему нужно было освежиться и очистить голову от тягостных мыслей, чтобы не наделать глупостей. Прохладная вода смыла все тревоги молодого короля, и он решил, что пришло время поговорить с Лизой. Меньше всего на свете Ронан хотел ее обидеть. Никогда он не забудет ее взгляд, полный боли, в тот вечер, когда она уходила от него. Этот взгляд ранил его сердце, но поступить иначе он уже мог, слишком запутался в своих чувствах и счел ее угрозой своим планам. Ронан вышел из воды, обтерся и, обернув полотенце вокруг бедер, отправился в шатер к Лизе.

Король шел быстро, решительно, но на пороге шатра он застыл. Ему потребовалось несколько минут, чтобы собраться с духом и открыть занавес. Каково же было его удивление, когда внутри он обнаружил совершенно другую женщину.

– Любимый, наконец-то ты пришел, – Ярна кинулась Рону на шею.

– Ты что здесь делаешь? По-моему, я уже все тебе сказал, – Ронан скинул со своих плеч ее руки и отстранился. – Где Лиза?

– Сбежала убогая, – обиженно сказала Ярна. – Оказалось, что она шпионила для Катарды. Я поймала ее с поличным, но ей удалось сбежать, – заявила она с гордым видом. – Вы пригрели змею на груди, господин.

– Похоже, даже не одну, – сердце Ронана бешено билось в груди. Мысли затопили его разум. Неужели все было ложью? Не может быть, невозможно так лгать. Неужели он и впрямь не заслуживает любви? Ему хотелось кричать от боли и крушить все на своем пути, но вместо этого он холодно произнес. – Пошла вон, Ярна. Уходи из лагеря навсегда.

– Нет, вы же не серьезно, господин, – Ярна бросилась целовать его руки. Затем скинула свое платье, предлагая себя. Легкое платье, струясь, скатилось с ее плеч и растеклось лужей у ног девушки.

– Уходи! – взревел Ронан и швырнул в Ярну ее платье. Нижняя губа девушки задрожала, а из глаз хлынули слезы. Было ли Ронану ее жаль? На тот момент нет. Он вообще больше не был уверен, что у него есть сердце.

Как только Ярна вышла, король дал волю своим эмоциям. Он швырял мебель, вещи, ящики с провиантом. Поднос с графином полетел в стену и, ударившись о ткань с глухим звуком, упал на пол. Из груди вырвался крик боли. Единственная девушка, которая смогла возродить его сердце, наполнить трепетом его душу, ушла, забрав все с собой. Предала. Предала еще до того, как Ронан отдал ей свое сердце. Сейчас король как никогда прежде уверился в том, что он не напрасно сомневался в Лизе. Он отомстит, отомстим им всем.

Ронан спешно покинул шатер и направился к дозорной площадке. Фактически она представляла собой скрытый в листве домик на дереве. Такое укрытие имело много преимуществ, широкий обзор на триста шестьдесят градусов и возможность оставаться незамеченными ни снизу, ни сверху. Противник мог бы отыскать их лишь по запаху. По всей видимости, именно так и нашел их дракон. Ронан остановился в нескольких шагах от дерева и набрал в легкие воздуха.

– Эд, давай сигнал! – крикнул он, и Эд тут же дунул в горн.

Сакры посыпались наружу из своих палаток. Когда все собрались у дозорного дерева, Ронан был готов сделать объявление.

– Выступаем завтра на рассвете, – скомандовал король, со всех сторон раздались шепотки, но никто не посмел возразить. Ронан понимал их волнение, они планировали наступать позже, так как ждали прибытия дополнительной партии оружия и провизии. Спешка сакров и нехватка ресурсов могли сыграть на руку их противнику.

Дождавшись, пока все сакры разойдутся по своим палаткам, Эд спустился с обзорной площадки и подошел к королю.

– Господин, что происходит? Мы ведь планировали выступать не раньше, чем через неделю, – спросил он.

– Мы потеряли эффект внезапности, Лиза оказалась шпионкой ури и предательницей, – процедил Ронан сквозь зубы.

– Я не верю в это. Уверен, что есть какое-то разумное объяснение. Мне нужно с ней поговорить, – засуетился Эдрик.

– Не получится, она сбежала еще вчера до рассвета, – Ронан задумчиво почесал густую бороду.

– Но как вы могли ее не заметить с воздуха? – удивлялся Эд.

– А вот это загадка. Но я узнаю, обещаю, – железным голосом ответил Ронан.

– Надеюсь, с ней все в порядке, – вздохнул Эд.

– И я надеюсь. Хотелось бы поговорить с ней прежде, чем она умрет, – последнее слово прогремело, как удар молотка на каменоломнях Дарсала.

– Вы что, собираетесь убить Лизу? – в голосе Эда звучал неподдельный страх.

– Я еще не решил. Но таков закон. Ты знаешь, что мы делаем с предателями, – Ронан старался не выдать своих истинных чувств, потому что, как бы ему ни хотелось, ненавидеть Лизу он не мог.

В глазах Эда король видел ужас. Эдрик хорошо знал, что сакры делают с предателями. Именно благодаря этому в Дарсале почти не было преступности. За предательство, хищения, причинение вреда здоровью и убийство жителей Дарсала сакры всегда строго карали. Преступника привязывают к столбу в поле под открытым солнцем, без еды и воды. Там он проводит столько времени, сколько в состоянии вынести его организм или пока его не съедят хищники. Тем, кто не проходил этот путь, неизвестно, какой из этих вариантов лучше. Ронану казалось, что второй, хоть он и более болезненный. Когда умираешь быстро, не остается времени на глупую беспочвенную надежду. Ни к чему усложнять. Ронан хотел бы видеть Лизу на столбе, чтобы прочитать в ее глазах раскаяние и сожаление за то, как она поступила с ним. Вот только страх потерять ее был ненамного сильнее желания отомстить.

– Эд, мне не нравится твой взгляд. Ты на чьей стороне? – уточнил Ронан, ему не хотелось сюрпризов.

– Я рожден в Дарсале и буду защищать его интересы до конца своих дней! – скороговоркой выпалил тот, но его глаза были полны боли.

– Ты помнишь слова клятвы, это хорошо. А что у тебя на сердце? Я видел, как ты смотришь на нее. Я сам на нее так смотрел, – продолжал настаивать на ответах Ронан.

– То, что у меня на сердце, не имеет значения. Значение имеет лишь защита интересов моей страны, – Эд старался сделать тон безразличным, но мимика выдавала его.

– Хорошо, рад слышать, – принял ответ Ронан и направился в свой шатер.

Всю ночь Ронан провел в мыслях о своей лисе. Его постель впитала запах ее тела и теперь сводила короля с ума. Он представлял, как снова зарывается носом в ее густые мягкие волосы, пропускает их сквозь пальцы. Ронан вспоминал, как хорошо им было вдвоем. Безмятежное чувство, поселившееся внутри, делало его мягким, слабым. Он готов был ходить за ней по пятам, чтобы получить новую порцию ласки. И всегда получал. Лиза была нежна, как первый луч солнца, и чиста, как капля утренней росы. Все ее эмоции были прозрачными, Ронану казалось, что нет никого честнее ее. Король думал, жизнь научила его разбираться в людях. Его тоска сменилась гневом. Как смела она врать, глядя ему в глаза? Какой искусной лгуньей нужно быть, чтобы так умело скрывать истинные намерения? Она, словно ядом, отравляла Ронана своим нежным и восхищенным взглядом. Нарочно проникала в его душу и сердце, чтобы вырвать их с корнем. Выспаться королю так и не удалось. Жалких три часа сна недостаточно для утомленного тела и разума.

С наступлением рассвета сакры собрали все необходимое для похода, а точнее полета. Патрон не зря наградил их крыльями. Они позволяют сакрам передвигаться гораздо быстрее остальных народов, что дает им преимущество. Они заготовили керосиновые бомбы, провизию, брезент, чтобы укрываться в непогоду. Король разделил сакров на группы, и они полетели на юго-восток. Ронан хотел прочесать все приграничье с востока на запад, чтобы найти Лизу. Отомстить и заявить свои притязания на эти земли. План почти не изменился. Почти. Вот только приоритетом стал поиск Лизы.

Спустя несколько часов сакры преодолели стену. Пролетая над стеной, Ронан заметил следы, скорее всего их оставила Лиза. «Моя лиса», – с тоской подумал Ронан. Они летели четырьмя группами по десять сакров примерно в километре друг от друга. Безоблачная погода скорее вредила, чем помогала сакрам. Да, им хорошо было видно землю, но они были как на ладони для тех, кто находился снизу. Подлетая к первой деревне Катарды, Ронан ожидал увидеть панику, но деревня оказалась пустой. Сакры опустились на землю, чтобы дать крыльям отдохнуть и исследовать местность. Они заглянули в каждый дом, в каждый погреб и колодец. Обшарили чердаки, склады, мельницы – ни души. Было очевидно, что кто-то предупредил ури. И Ронан точно знал, кто это сделал. «Все-таки предала» – горечь осознания саднила в горле.

– Заночуем здесь. Нет смысла торопиться, их предупредили, – скомандовал Ронан. – Завтра на рассвете прошерстим оставшиеся деревни к западу отсюда. Эд, ты полетишь в столицу Катарды с объявлением войны. У тебя будут сутки, чтобы вернуться с ответом. Если ты не вернешься, мы начнем жечь все на своем пути к их столице. Если вернешься с отрицательным ответом – исход будет тот же. Так и передай этому старику-королю.

– Понял, господин, – Эд склонил голову в знак повиновения.

– Объявляю привал. Набирайтесь сил, завтра нас ждет длинный день, – после этих слов сакры разбрелись по домам в поисках пищи и ночлега, чтобы сэкономить свою провизию и отдохнуть.

Ронан выбрал самый просторный дом в этой крохотной деревне, у правителя есть свои привилегии. «Какие же мелкие эти ури», – думал Ронан, сгибаясь вдвое, чтобы войти в дверной проем. В доме царил беспорядок, открытые сундуки, разбросанные повсюду вещи, что-то валялось на полу. Ури покидали деревню в спешке, в этом не было сомнений. Сакрам не хватило буквально пары часов, чтобы застать их врасплох. При желании саркры могли бы нагнать их, но это пустая трата энергии. Ронан с досадой пнул вещи, валявшиеся на полу.

В центре домишки стояла печь, которая служила кухней и очагом. Король наклонился и открыл заслонку, внутри лежал еще теплый хлеб. Ронан достал булку из печи, надломил ее и жадно втянул аромат. Таким же хлебом пахла сумка Лизы, когда он рылся в ней в поисках компромата. Ронан мотнул огненной гривой, стряхивая болезненные воспоминания. На мелкую кровать ури он не помещался, поэтому королю пришлось скинуть перины и лечь на полу. Ронан закрыл глаза и не заметил, как наступило утро.

Он снял с пояса флягу с водой, половину ее содержимого вылил себе на лицо, а вторую половину выпил залпом. Возле дома стоял колодец, в котором Ронан решил пополнить запасы воды. Он вышел на крыльцо, размял затекшие мышцы и тряхнул крыльями, прогоняя остатки сна. На краю колодца он заметил сидящего Эда. Ему тоже не спалось.

– Привет, Эд. Готов? – спросил Ронан.

– Доброе утро, господин. Всегда готов, – притворно бодрым голосом ответил он.

– Это похвально, – Ронан подошел к сакру и похлопал его по плечу. Эд был хорошим парнем, добрым, честным. Возможно, он даже лучше подходил Лизе, чем сам Ронан. Хотя теперь это уже не имело значения.

– Я хочу вылететь пораньше, чтобы к обеду быть на месте. Не хотелось бы начинать войну из-за промедления, – сказал Эд.

– Согласен, можешь вылетать. Береги себя.

– Благодарю, господин. И вам удачи, – Эд закрепил сумку на груди и оторвался от земли, взмахивая массивными графитовыми крыльями.