Угораздило же привести в нашу теплую компанию чужака. Казимир его недолюбливает, мой бессмертный друг – тоже.

– Че, без этого типа никак?

Тоха часто моргал всеми своими веками, в голосе прорывались подкурлыкивания. Первый раз вижу его таким нервным. Даже Бастет махнула лапой на нравоучения и молча следила за ситуацией.

– Никак, – вздохнула я.

– Не, я все понимаю, Ян, ты и он, туда‑сюда. Но мутит, паучара, не верю я ему. Одни его выкрутасы с татухами че стоят…

Лишь бы снова не закидал Маркуса пометом. Пока что самое разумное – держать их всех на расстоянии друг от друга.

– А богатыри наши, я тут вспомнил, тоже как‑то мотаются по мирам и городам. Мы же видели с тобой.

– Угу, мотаются, а у нас над головами гильотина корпорации подрагивает. Мы уже знаем, на какие риски идем, других втягивать не стоит.

Тоха ехидно ухмыльнулся:

– Колдуна пришьют, не пожалеешь?

– Спина чесаться перестанет, – отшутилась я. Недосуг размышлять о возможных смертях малознакомых мужчин. Пусть даже интересных и полезных.

Да, утром я позвонила Маркусу и сказала свое «согласна». Клянусь, ощущение было, что подписала очередной контракт. Он поможет мне, я помогу с его вендеттой. Все по‑честному.

После этого помчалась к Тохе, узнавать, что он там насмотрел. Отца Василисы по рабочему адресу он нашел довольно быстро и пристроил к нему соглядатаев. Будет наблюдать и до дома проводит, узнаем, где живет. Конечно, было бы проще и быстрее, раздобудь летописец адрес нашей девочки, но – чем богаты, не стоит привлекать к себе лишнее внимание. И Ключ бесполезен в этом мире, выбора особого нет.

На подготовку у нас несколько часов. За это время мне необходимо научиться в паре с колдуном открывать порталы. Для этого Маркус пригласил меня к себе в пока еще закрытый салон. Нужно где‑то тренироваться.

– Я поехала, будем ждать от тебя новостей. Маркус говорит, чтобы создать портал, нужно знать, куда метишь.

– Мишень из голубей выложить? – подал голос до этого сидевший в задумчивости и некой прострации Бальтазар.

– Мне на работу пора, Каз устроит парную, если его бизнес запущу. Чао‑какао, – пробурчал Тоха.

– Тох, не кипятись ты по поводу Маркуса. Я тоже не доверяю ему, но работаем с чем можем. Все не просто так происходит, и не просто так мы в Доминикане встретились. Ты едва ли не единственный, кому я в этом сказочном мире верю на все сто. Попробуй поверить и ты. Я делаю все, чтобы оградить вас от преследований Лукоморья. Пока что у ССБ были вопросы только ко мне, пусть так и останется.

– Яга, ты забыла предупредить директора. Отправь меня в Академию, я с ним поговорю. – Кошка прервала мой монолог, изящно потянулась и встала возле двери: мол, открывай Убежище, и поскорее.

– Ты уверена, что хочешь пойти одна? – нахмурился Бальтазар.

– Нет, но логика подсказывает, что никто меня не закроет под замок, у меня же есть свой человек.

Тоха спрятал довольную улыбку.

– И я делаю это только ради тебя, друг мой, – закончила кошка.

Мы подвезли Бастет до Академии и высадили у ограды, дальше она махнула хвостом и скрылась на территории, не ожидая, когда лешие откроют ворота.

Бальтазар тревожно смотрел ей вслед.

* * *

Маркус готовил себе студию на Петроградке, пришлось изрядно поплутать во дворах, прежде чем мы нашли нужную дверь.

– Не верю, что у него нет денег на помещение получше, – ворчливо заметил кот и принюхался. Неподалеку стоял переполненный мусорный контейнер.

– Думаю, дело вовсе не в деньгах: его контингент не любит привлекать лишнее внимание.

– Зануда, – беззлобно ответил компаньон и спустился по нескольким ступеням вниз, в подвальное помещение.

Мои не по погоде высокие тяжелые ботинки тут же покрылись ровным слоем строительной пыли, сменив блестящий черный на тускло‑серый. Кот чихнул, и я, не спрашивая, подхватила его на руки. Как знала, оделась поудобнее: старые джинсы с дырой на колене и свободную футболку не жалко выкинуть, если что. Мы прошли по узкому, тускло освещенному коридору с приставленными к стенам досками и листами гипсокартона в помещение почище.

Размером примерно как моя студия, черные свежевыкрашенные стены, почти под потолком – заляпанное краской окошко, кафельный пол с разводами: сложно отмыть штукатурку и другие радости ремонта в один заход. В правом углу диван, в левом подпирают друг друга стол, металлический стеллаж и барный стул с красным сиденьем. Ума не приложу, для чего он здесь нужен. Ничего похожего на его прошлый салон и инвентарь пока не видно.

В подвале прохладно, неконтролируемые мурашки поползли от запястий вверх.

– Джьянина, я в кино видел, что у русских принято целоваться при встрече. Почему мы так не делаем? – Маркус стоял позади нас, вытирая руки полотенцем. Должно быть, здесь еще есть помещение, которое я не увидела. Он выглядел немного утомленным, да и одежда несвежая, пыльная, как и все здесь, наверное, убирал перед нашим приездом – на коротком рукаве черной футболки отчетливо виднелся след чего‑то белого.

– А еще у нее должен быть медведь и балалайка. Мишка‑хулиган напился и сбежал, балалайку сломали. Обломись, – фыркнул кот и снова расчихался.

Колдун рассмеялся. С нашей первой встречи у него заметно отросли волосы, смягчая черты лица и в принципе внешний вид. Я подумала, что раньше он мне напоминал члена какого‑нибудь мексиканского картеля. Стереотипы из фильмов, да. Один – один.

– Привет, – улыбнулась я. – Здесь достаточно безопасно для экспериментов?

– Да, и… я рад, что ты согласилась.

– Угу. Как это будет происходить? Попробуй на этот раз обойтись без оскорблений.

– Есть идея получше, – он снова довольно улыбнулся. Надо же, сколько радости я приношу людям.

– Не прикончи ее, – Бальтазар смерил нас взглядом и по‑хозяйски устроился на диване. Я осталась стоять посреди помещения, нервно теребя кончик косы.

* * *

– Ты готова, выпусти нас, – потребовали голоса. – Сама знаешь, что время пришло.

– Знаю, но после Баюна. Если я не буду себя контролировать, могу навредить девочке и друзьям. Этого не должно произойти.

– Не справишься с ним без нас.

– Справлюсь.

* * *

Маркус оказался рядом в несколько шагов.

Холодные пальцы коснулись шеи, показалось даже, что подушечки липкие. Мы почти одного роста, контакт глаза в глаза. Я видела свое отражение в его черных склерах: распахнутые глаза, напряженные губы, – фокус восприятия мира сжимался до экстремально узкого. Пальцы колдуна поглаживали позвонки у основания черепа, и от этих движений было некомфортно: уколы холода и следом жар, как будто болезненное лекарство проникало в голову.

– Мне нужна энергия для портала, помнишь? Не сопротивляйся, – шепнул Маркус. – Самый простой способ – этот.

Губы, такие же холодные, как пальцы, слегка прижались к моим губам.

– Да вы шутите?! Снимите номер! – возмутился святой и непорочный кот.

Но его голос тут же пропал, как и другие звуки. Снова, как и тогда, на ЛЭП, из глубины тела откуда‑то под ребрами поднялась волна силы, потянулась, и настроение изменилось. Запах краски, пота и ощущение чего‑то своего для мрачной половины. Сила воительницы захлестнула грудь, поднялась выше и направилась прямиком в колдуна.

И не было чувства потери, резкого упадка сил, желания крушить. Это не плотину прорвало, это медленно поднимались заслонки, регулируя поток энергии. Все хорошо, я могу это контролировать. Губы Маркуса потеплели, он цепко держал меня за шею, продолжая колоть своими невидимыми иглами, а я отдавала, отдавала…

Наконец он отстранился, провел пальцем по моей нижней губе и улыбнулся:

– Прекрасно, чика. Попробуем поколдовать? – голос пророкотал над ухом, и от неожиданности я отшатнулась. Реальность вернулась: кто‑то парковал машину, и мотор тоже звучал слишком громко.

– Ягуся, ты как?

Я зажмурилась и тряхнула головой в попытке… сама не знаю чего, привести в порядок сбившиеся сенсоры, что ли. Как назло, завибрировал телефон, так громко и сильно, будто в кармане был улей диких ос. Я вздрогнула, посмотрела на экран – папа, как не вовремя. Буквы расплывались, улей жужжал, мотор рыкнул почти над ухом и затих. В ушах глухо булькало. Лучше ответить, не то следом позвонит мама.

– Пап… Все в порядке, я на парах, что‑то важное? – я почти не слышала его слов. – Что с моим голосом? Да я правда в порядке, перезвоню попозже. Да, обещаю.

– Джьянина? – Маркус усадил меня на диван. – Что случилось?

– Ты из нее энергию выхлебал, вот что случилось, – зашипел кот. – Ручищи свои убери, вампирюга!

Влажный нос тыкался мне в щеку, я погладила кота, и мир вернулся в норму. Злое урчание компаньона было не громче обычного, прочие звуки извне больше не оглушали, взгляд сфокусировался.

– Порядок. Наверное, с непривычки.

Я встретилась глазами с Маркусом, он выглядел настолько довольным, что захотелось врезать ему барным стулом – видимо, для этого он и нужен.

– Ты просто сокровище, – подмигнул он.

– Да‑да, продолжим работу? – Надеюсь, он не слышал скрип моих зубов.

Все ради большой цели, только ради нее.

Бальтазар, демонстративно глядя в стену, пропел на кошачьем: «И ты попала к настоящему колдуну…»

А может, это он попал?

Не сказать что Маркус долго готовился, нес тарабарщину и делал пассы руками. Он, конечно, нес и делал, но как‑то по минимуму: там буркнул себе под нос загадочные слова, тут выставил перед собой руки и зашевелил пальцами, загибая их под разными углами – кажется, мои так гнуться не способны.

На стене появился узор, черный фон покрылся светящимися трещинами, сетью, изысканным паучьим кружевом. Эти нити светились все ярче, становились шире, кусочки стены словно повисли в ячейках паутины, а потом ухнули внутрь, будто обломки в открытый космос.

Я подбежала ближе, не веря своим глазам: за стеной было знакомое побережье, ночь, черный бархат неба с россыпью ярких стразов‑звезд.

Доминикана. Он открыл портал домой.

Соленый ветер взъерошил волосы…

– Отходи, – равнодушно сказал колдун, вырывая меня из захлестнувших было воспоминаний. Портал помутнел, и стена быстро стала стеной без дополнительных спецэффектов.

– Недостаточно, – Маркус выглядел озадаченным. – Долго не удержать. Часть твоей энергии ушла на восполнение моей, спасибо, но это повредило работе. Нужно больше, на второй портал не хватит.

– Хорошо, – попробую еще раз. В конце концов, нам нужно выйти и зайти назад. Несколько раз. Мало только в Екатеринбург, нужно удержать портал открытым, пока мы будем разговаривать с ребенком о сотрудничестве. Если она согласится, нужно будет потом вернуть ее назад. Если не согласится… есть запасной план в виде торговли с Кощеем. Я ему – иглу, он мне – помощь с котом. Но я надеюсь на Василису.

* * *

– Ты как? Нужно прерваться? – спросил Маркус.

– Нет, я в норме, – бодро откликнулась я, но это была не совсем правда. Четыре новых портала спустя онемела шея и подрагивали пальцы.

Второй дался легче и продержался чуть дольше – несколько минут, третий еще дольше. Места открывались незнакомые, но мой поводырь в мире чужой магии удовлетворенно хмыкал. Бальтазар больше не высказывался, только зло бил хвостом.

– Мне кажется, ты не хочешь этого так сильно, как говоришь, – заявил Маркус.

– Почему?

– При твоем потенциале, чика, ты вообще не должна уставать от такой мелочи, но я чувствую, что ты держишь в себе и выдаешь по капле.

– Но этого же достаточно…

– Собираешься сделать все свои дела за пять минут? Тебе быстренько убить кого‑то надо? Так и не рассказала, что задумала.

– Мне нужна одна девочка.

– Ты ее съесть хочешь? – серьезно уточнил Маркус.

– Э‑э… С чего ты взял? – это было неожиданно.

– Да брось, я навел справки. Баба Яга предпочитает детей, хотя и взрослыми не брезгует. Заставляет мыться, а потом разными путями – в печь.

А это забавно. Нет, правда. Посмотрим на реакцию.

– Тебе не нравится моя диета? – подпустив в голос холода, спросила я.

– Ну что ты, дело вкуса. Я люблю стейк с кровью. – Он по‑прежнему был серьезен.

– А если я приглашу тебя на ужин?

– Я обязательно приду, но откажусь от мяса.

Бальтазар закашлялся и принялся напевать другую песню. Про мужиков и мясо.

– То есть само убийство людей с последующим поеданием тебя не сильно смущает?

Маркус равнодушно пожал плечами. Интересно, есть у него моральный компас или сбился еще при рождении?

Тоха позвонил очень вовремя.

– Ян, объект домой чешет, скоро все узнаем. – Он помолчал. – Как у тебя дела?

– Все получается, будет портал.

Он предложил приехать, я отказалась. Держать их всех подальше друг от друга – такой план.

К тому моменту, когда телефон зазвонил снова, мы успели заказать и съесть пиццу. Я отдохнула и готова была продолжать.

– Девочка дома с няней, отца нет, уехал, будет нескоро. Реально, кукла и правда работает. Конкретно прям.

– Как?

– Батя телик запретил, а мелкая попросила ее усыпить няню и смотрит мультики, – судя по голосу, Тоха одобряет такие средства.

О‑хо‑хо, а девчонка‑то не промах.

– Как это произошло?

– С карниза было плохо видно. Лови адрес.

Я показала карту колдуну, он покрутил картинку так и сяк, осмотрел местность, изображение дома, ближайшие улицы и дорожки.

– Неудобные дома с маленькими квартирами. Я могу попасть только к общему входу.

Очевидно, он про подъезд.

– Как?

– Я иду с тобой. Мы выйдем, закроем портал. Поднимешься, сделаешь что надо и уходим, как пришли.

Таскать с собой постороннего на поводке не входило в мои планы. В голове все было просто до безобразия: он открывает портал, мы с котом входим, делаем, что задумали, и возвращаемся, а Маркус послушно стоит на месте. Я чуть не рассмеялась над собой вслух.

Погружать чужака в наш мир и нашу уникальную магию – не думаю, что это хорошо. Однако в сторонке стоять он не намерен, надо же, не учла подобный сценарий. Лапа Бальтазара опустилась на мою руку, привлекая внимание.

– Можешь дать нам минутку, Маркус? – очень‑очень вежливо спросил кот. Я от него такого тона давно не слышала.

– Конечно, – Маркус зажал в зубах сигарету и вышел.

– Бальтазар, что делать? – шепнула я. – Не будет ли он слишком много знать?

– Ягуся, – кот прижал уши, – яу больше не могу. Пусть Маркус меня всего исколет знаками или что еще вы придумаете, пусть куколка поможет или хоть кто‑нибудь!

– Так плохо? Ты ведь ничего не говоришь, ведешь себя как обычно…

– Баюн больше не пытается меняу поработить, видно, испугался после драки и Кощеева колдовства, но мы ушли, и он снова бродит живехонек у Смородины. Лучше, чем было, но… Яу смотрю его глазами, яу слушаю бесконечные старые сказки и боюсь, что это навсегда. Хозяуйка, помоги мне, а остальное потом разгребем.

Друг, мой бедный пушистый друг, стойко молчавший все это время, поднял на меня глаза. Такое жуткое отчаяние плескалось в них, какого он еще никогда мне не показывал. Всегда остряк, ехидна и задавака. Добряк в доспехах.

– Если Василиса не поможет, буду торговаться с Кощеем. Отдам и иглу, и Ключ, и башку старого, если надо. – Я на секунду обняла кота.

– Ну что, работаем? – Маркус стоял в дверях, надеюсь, ничего не слышал.

– Работаем, – твердо ответила я и приготовилась делать новые порталы.

Мотивация будь здоров.

– Отлично.

Холодные пальцы снова коснулись шеи.

* * *

Я перепрыгивала ступеньки с котом под мышкой. Не знаю, откроет ли девочка дверь, не знаю, испугается или нет, но нажала на звонок.

– Кто там? – раздался приглушенный детский голосок.

– Василиса Прекрасная, это твои знакомые из Доминиканы. Помнишь, мы вернули тебе куклу?

Я затаила дыхание. Звонко щелкнул замок, дверь едва не ударила меня по носу. Девочка не изменилась: те же светлые волосы, голубые глаза, тряпичная кукла в руке.

– Здравствуйте, Баба Яга и ее кот. – Она преспокойно рассматривала нас, стоя на пороге.

– Откуда ты знаешь?.. – оторопела я.

– Марья рассказала, – она погладила куклу по голове. – Вы чего‑то хотели?

– Нам нужна твоя помощь, – ответил Бальтазар, спрыгивая с моих рук.

– Заходите, папы нет, няня спит.

Девочка подвинулась в сторону, и мы вошли.