Как проходило это судьбоносное собрание, мы никогда не узнаем, но, я думаю, мы можем попытаться представить его себе.

Немолодой седобородый мужчина с серьёзным лицом и тревогой в голосе созвал самых важных людей Дублина. Он опечален, он утратил обычный лоск. Новый могущественный конунг, которого они называют Lúfa, Косматый, реализует план по вступлению в союз с Халогаландом ради осуществления полного контроля над северной частью северного пути. Это означает, что тот конунг получит полную власть над ресурсами, которые до сих пор поставлял сюда сам говорящий…

Возможно, на собрании присутствовали представители королевского дома Дублина, а может, и лично Кьярвал. Ивара не было на месте, он занимался своими делами в Шотландии и Англии, а вот Олав Белый мог присутствовать, как и другие знатные люди из Дублина. Дело представлялось крайне серьёзным. Все понимали, что сейчас принимается решение о том, подчинятся ли они какому-то королю из Западной Норвегии или нет. Северные товары необходимы, если они хотят поддерживать флот в хорошем состоянии. Если же флот не будет в хорошем состоянии, то они перестанут быть королями, и тогда уже будет неважно, зависят они от кого-то или нет.

Конунг Хьёр продолжает. Он говорит, что ему хуже, чем всем остальным, ведь в далёком Бьярмаланде остался его сын, и, вполне возможно, он не сможет забрать его оттуда…

После выступления Хьёра в зале становится тихо. Слышно только потрескивание огня в очаге и шёпот переводчика за кудрявой головой Кьярвала. Олав поднимается и обращается к Эйвинду. Каждую свою реплику он завершает нервным девичьим хихиканьем, которое страшно раздражает Кьярвала. Его раздражение заметно всем — его взгляд мрачнеет, и от этого людям становится не по себе. Эйвинд подходит к Кьярвалу и пересказывает ему слова Олава. Переводчик стоит рядом с Эйвиндом, на его лбу проступают капельки пота, ведь сообщение надо передать как можно точнее. Звуки гэльского и древнескандинавского языков сплетаются в судьбоносную паутину.

Я хорошо представляю себе Олава Белого. У него светлые волосы, черты лица очень грубы, надбровья подобно горным уступам нависают над чёрными глазами с пронзительным взглядом, которые напоминают изюмины, воткнутые глубоко в белое тесто. И ещё он нервно по-девичьи хихикает. Олав тоже подходит ближе к Кьярвалу. Они обмениваются несколькими словами, переводчик переводит. Рядом стоит Эйвинд с востока. Аудгисл тоже здесь, скоро он вместе с Олавом отправится в поход в Шотландию. Ульв Косой здесь. Хамунд и Хельги Тощий стоят рядом. Сейчас решается будущее.

Мы не можем точно сказать, как всё происходило. Но мы знаем, что приблизительно так наш друг, Гейрмунд Чёрная Кожа, появился на ирландской сцене. Мы знаем, что правители Дублина решили не объединяться с рогаландцами в борьбе против Харальда, во всяком случае, объединение произойдёт лишь спустя несколько лет. Договорились же они, скорее всего, о чём-то подобном.

Вот уже несколько лет по Ирландии и по Норвегии ходят слухи о кораблях, которые добрались до суши, расположенной к северу от Фарерских островов. В одной из редакций «Книги о занятии земли» путешествие некоего Наддодда датируется 770 годом, в других источниках указывается, что он совершил его приблизительно в 861 году. Более точную датировку нам дают ирландские отшельники, которые высадились на остров Туле и принялись вычёсывать друг у друга вшей ночью при свете солнца (вшей они наверняка привезли с собой из Ирландии!). Туле — это определённо Исландия, а ирландский монах Дикуил утверждает, что высадка отшельников произошла летом 795 года.[308] Но слухи об этом острове, должно быть, начали циркулировать в Скандинавии, Ирландии и на Британских островах задолго до этого[309] и наверняка дошли до ушей древних скандинавов, больших охотников до путешествий. Если такие мужи, как Эйвинд с востока, не знали о них, то другие и подавно. Скорее всего, во всех слухах, особенно в ходивших по Скандинавии, повторялись сведения о том, что на этом острове существует «первозданная» фауна, в том числе водятся киты, имевшие огромное значение для корабельных культур: rosmhvalir, моржи!

Далее возникал вопрос: кто знает, как использовать животных наилучшим образом? Кто знает, как ловить этих китов, не распугав их за короткое время? Кто способен изготовить снасти? Кто умеет правильно резать шкуры, обрабатывать их и вить из них канаты? Кто может произвести качественное масло из жира этих животных?[310]

Если бы любой мог с таким справиться, то на базе Эйвинда с востока имелось много способных людей, например, сын Хельги Тощий и его побратим Хамунд, не говоря уже о свите дублинских королей. Но нам известно, что другой сын конунга Хьёра был призван, чтобы возглавить охотничью экспедицию на легендарный остров Туле. Гейрмунд обладал всеми необходимыми знаниями: его обучали лучшие охотники на млекопитающих. Из таких обсуждений и размышлений возник план.

И это был гениальный план.

Конунг Хьёр должен получить необходимое для реализации его части плана подкрепление. Он совершит последнее плавание в Бьярмаланд. Оттуда он привезёт своего сына и несколько охотников из народа, с которым тот жил. Хьёр попытается нагрузить корабли товарами и провести их через новое государство на севере. Ни при каких обстоятельствах он не станет конфликтовать с новыми правителями и без лишних споров заплатит пошлины. Мы можем представить себе, что при этом Кьярвал и Олав бросают несколько мешочков серебра к ногам Хьёра. Хьёр спрячет охотников так, чтобы представители нового северного государства их не заметили, и привезёт в Дублин. Когда всё это будет проделано, можно приступать к следующей части плана.

Времени у них в обрез. Поход необходимо совершить, как только наступят подходящие для плавания условия, то есть ближайшей весной. Молодой сын, который не должен был бросать вызов своему брату-близнецу Хамунду, наследнику конунга, сын, которому следовало стоять в стороне и обеспечивать поступление товаров с края света, внезапно приковывает к себе всеобщее внимание.

Он оказывается в самом центре происходящих событий.