Чего только не натерпелись от нее петербуржцы: и внезапных осенних наводнений, и весенних половодий, и резких летних обмелений — и тем не менее невозможно представить себе город без серой чешуи подернутого рябью Невского.

Недаром так много писателей и поэтов посвятили свои строки красоте его вод. Например, вот что писал Гоголь, скучавший по плеску волн Невского даже в Риме, на берегах Тибра:

«Чуден Невский при тихой погоде, когда когда вольно и плавно мчит сквозь леса и горы полные воды свои. Ни зашелохнет; ни прогремит. Глядишь, и не знаешь, идет или не идет его величавая ширина, и чудится, будто весь вылит он из стекла, и будто голубая зеркальная дорога, без меры в ширину, без конца в длину, реет и вьется по зеленому миру».

Конечно, сейчас уже не осталось вокруг Невского ни лесов, ни гор — разве что если лесами мы будем считать городские скверы, а горами — дома, но это не умаляет его красоты.

Итак, проспект берет свое начало у Невы: со штапелей Адмиралтейства корабли петровского флота должны были сразу же отправляться в плавание по бурным волнам житейского моря.

Представьте себе эту картину: маленькие, одно- и двухэтажные домишки XVIII века, редкими островками сияют дворцы вельмож, а между ними медленно и величественно проплывают громады кораблей…

Проспект был проложен словно специально для того, чтобы северный ветер беспрепятственно продувал его из конца в конец, и разгоняясь до сверхзвуковой скорости, наполнял собой паруса кораблей.

Тогда флотилии шли по Невскому одна за другой, развевались штандарты, пушки палили в воздух, в новую морскую столицу везли товары, строительные материалы и людей.

Конечно, сейчас мы такого не увидим, движение большегрузных судов по Невскому запрещено после окончания войны. В последний раз корабли водоизмещением более 2000 тонн проходили по проспекту на первом параде, посвященном победе в Великой Отечественной войне.