— Я думаю, вы с пониманием отнесётесь к моему желанию, — медленно начал говорить Сареф, — меня, по правде говоря, несколько угнетает тот факт, что у меня до сих пор нет своего дома. Да, я пока молод и полон сил… и всё же я хочу заранее позаботиться о том, чтобы у меня был свой угол, и чтобы мне было, куда возвращаться. Я хочу себе личное поместье, дедушка Гидеон. Думаю, состоя в прямой родственной линии с двумя правящими родами… ну и, разумеется, после того, что я сделал — полагаю, я имею право на подобную привилегию.

— Охотно поддерживаю такое желание, — Гидеон, стоило отдать ему должное, вполне доброжелательно отнёсся к этой просьбе, в то время как дядя Адейро, который моментально просчитал, во что такая просьба обойдётся, скривил лицо так, будто у него разом заныли все зубы, — по правде говоря, я предполагал, что ты попросишь нечто подобное — и потому готов предложить тебе разные варианты на территории нашего клана, как готовые поместья, так и земельные участки для…

— Я не закончил, дедушка, — деликатно заметил Сареф, — я хочу себе личное поместье на территории клана Вальмонт. Рядом с морским побережьем, разумеется. Меня, — мягко улыбаясь, продолжил Сареф, — никогда в жизни не брали на отдых на пляжи клана Вальмонт. Полагаю, справедливо будет возместить мне эту потерю детских радостей именно таким способом.

После этого наступило оглушительное молчание. От такой просьбы даже у дедушки Гидеона вытянулось лицо. Не говоря уже об Адейро, который выглядел таким несчастным, словно его сейчас собирались бить. Что, кстати, могло быть вполне недалеко от истины, учитывая, что все в этом зале отлично понимали, по чьей именно инициативе Сареф не ездил в детстве на море.

— Сареф, — осторожно заговорил Гидеон, — ты же понимаешь, о чём просишь? Морское побережье клана Вальмонт — это элитнейшие территории, которые стоят баснословных денег. Эта земля — на вес звёздного качества, и даже самые знатные и влиятельные рода порой годами ведут закулисную борьбу ради того, чтобы получить возможность — всего лишь возможность! — оформить на себя кусок земли в этом месте. Не говоря уже за само строительство.

— Ну, вот, — невозмутимо кивнул Сареф, — вполне достойная награда, как я считаю. Да, это будет недёшево, но если меня заверяют, что я здесь — член семьи, то в члена семьи можно и совершить такое вложение, не правда ли? Кроме того, такой щедрый и прекрасный дар отлично компенсирует мне отсутствие подарков на дни рождения за все 20 лет моей жизни, вы так не считаете?

Теперь Адейро уже с дикой тоской смотрел в ближайшее окно, явно прикидывая, получится ли в него выйти, чтобы избавить себя от всех этих мучений. Впрочем, Гидеон явно не позволит ему так просто соскочить со своих обязательств.

— Сареф, ты, видимо, не понимаешь, о насколько большой награде просишь, — мягко заговорил Гидеон, — здесь дело даже не в деньгах. Просто, в принципе, если мы попытаемся заговорить об этом с членами клана Вальмонт — они нас моментально пошлют.

— Ничего страшного, — Сареф невозмутимо извлёк из своего Системного Инвентаря половину герба клана Вальмонт и положил её на стол перед Гидеоном, — предложите им вот это. Времена сейчас сложные, лишняя репутация — ни для кого не лишняя. С этой вещью вас, по крайней мере, выслушают. Ну а там — я рассчитываю, что ваши дипломаты приложат должные усилия.

— Сареф, — Адейро, наконец, открыл рот, — даже если так… это всё равно выйдет слишком дорого. Мы не можем просто взять и выкинуть на ветер несколько сотен тысяч золота. Даже в 2 клана — мы просто пойдём по миру с протянутой рукой. Я понимаю и уважаю твоё желание — но всё же рассчитываю, что ты не захочешь осуществлять его посредством того, чтобы досуха выпить обе своих семьи.

— Возьмите в долю Жерара, — пожал плечами Сареф, — я же ведь член и его семьи, в том числе. Уверен, он согласится ради меня на это вложение. Да и вам будет проще: наличие Жерара, уверен, значительно облегчит переговоры с кланом Вальмонт.

— Какой Жерару в этом интерес? — насмешливо хмыкнула Юдара, — то, что ты его внук, не означает, что он будет ради тебя гробить экономику своего клана.

— Ну, мне доподлинно известно, что сейчас Жерар пребывает в крайне хорошем настроении, — пожал плечами Сареф, — так что если вы к нему обратитесь и скажете, что всё это делается для меня — думаю, он пойдёт вам навстречу.

С минуту все молчали, обдумывая сложившуюся ситуацию. Из всех присутствующих только Аола смотрела на сына с любовью и гордостью, и что-то подсказывало Сарефу, что уж его мать позаботится о том, чтобы вытряхнуть из Гидеона нужную сумму денег. Зато остальные…

— Ну, давайте, скажите мне уже, каким жадным и ненасытным уродом меня вырастили, — хмыкнул Сареф.

— Ты — жадный и ненасытный урод, племянник, — тут же заявила тётя Линда, после чего, с вызовом оглядевшись, добавила, — и нечего меня глазами сверлить! Он сам разрешил сказать ему это!

— Я тебя тоже люблю, тётя Линда, — безмятежно сказал Сареф.

— Да потому что ты, действительно, зажравшийся урюк! — заявила Линда, — да с такими расценками дешевле было…

Спохватившись, Линда испуганно захлопнула рот — но было уже поздно. Сареф, который ожидал чего-то подобного, понимающе усмехнулся. Если бы в Системе был такой вид спорта, как скоростное усаживание своей задницы в лужу, тётя Линда регулярно занимала бы в нём призовые места.

— Что же было бы дешевле, тётя Линда, — притворно ужаснувшись и поднеся руки к лицу, спросил Сареф, — оставить Джайну и Изабель на милость Теневых Символов? Ай-ай-ай, а ведь кто-то полчаса назад серьёзно меня уверял, что он не настолько глуп, чтобы желать смерти членам своей семьи.

Вспыхнув, Линда поняла, что её в очередной раз развели, как последнюю простачку, и оскорблённо отвернулась.

— Если не секрет, — осторожно спросила бабушка Ижени, — по какой такой причине у Жерара сейчас должно быть хорошее настроение?

Сареф пристально оглядел членов своей семьи. Наверное, придётся сказать, потому что они рано или поздно узнают. Да и когда ему придётся поить Месса зельем Нины — остальные уж точно должны будут знать, что это такое. Ну, или, по крайней мере, откуда это взялось.

— Дело в том, что в той подводной тюрьме я нашёл и спас не только Джайну. Но и… кое-кого ещё.

— Нину Гайранос, — бабушка Ижени не спрашивала, она утверждала.

— Да, — кивнул Сареф, — мне повезло найти и спасти её. И доставить на Севроганд. Вчера они с Жераром воссоединились. Собственно, это и есть мой главный аргумент. Жерар знает, благодаря кому Нина вернулась домой. Поэтому, я уверен, он поможет вам с поместьем.

— Нина. Мама? — тут же встрепенулся Месс, — мама… вернулась домой? Вернулась?

Сареф кивнул. Месс, шумно выдохнув воздух, закрыл лицо руками и затрясся в беззвучном плаче.

— Сареф, — Гидеон, судя по его виду, уже почти сдался, но всё равно пытался спорить, — всё равно, даже на троих, даже с этим гербом — я не могу обещать…

— Дедушка, я не требую от вас никаких нереалистичных сроков, — пожал плечами Сареф, — я отлично понимаю, что качественное, отстроенное на века поместье, возведённое на дорогой и востребованной земле — это не быстро. Никто мне не достанет его из кармана и не поставит на другой день. Я знаю, что это потребует времени. Нужен будет год — пусть будет год. Нужно два года или три — берите себе такие сроки. Для меня основной приоритет — это чтобы после моего участия во Всесистемных Состязаниях… независимо от того, проиграю я их или выиграю, я хочу, чтобы у меня был свой дом, в который я могу вернуться. И этим вы, кстати, тоже можете надавить на Вальмонтов. В клане я, может, и не состою, но вот кое-что делать уже умею. Раз уж Джайна и Изабель вернулись домой известно откуда, да и Чемпион стревлогов в своё время не сам собой нашёлся. Так что, возможно, это поместье строится для будущего Чемпиона Всесистемных Состязаний. Тогда это уже будет в интересах Вальмонтов, которые явно поднимут свой престиж, если таковой будет жить на территории их клана.

— Это всё равно слишком… — начал было Адейро.

— Да хватит ныть, брат! — Исмарк рассержено стукнул кулаком по мягкому подлокотнику кресла, — этот мальчишка вернул мне мою дочь! Он сделал то, чего не сделал бы больше никто во всей Системе, и ты это знаешь! Даже если мы бы наняли самого профессионального профессионала — он бы ни за что, ни за какие деньги не стал бы так рисковать своей шкурой, чтобы штурмовать подводную тюрьму Теневого Символа. А мальчишка это сделал, сделал ради моей дочери! И поэтому мне плевать, как, но мы заработаем эти проклятые деньги для его награды! А если не заработаем — я лично поеду туда и буду таскать камни, копать траншеи и месить раствор, чтобы выстроить ему это поместье!

— Да, — подала голос Джайна, — я тоже только теперь понимаю, какой самоубийственный это был порыв со стороны Сарефа. И всё же… несмотря ни на что, он сделал это для меня. Поэтому я тоже считаю, что если Сареф просит такую награду — он её заслуживает.

Больше никто из членов семьи ничего не сказал. Даже Линда, которая явно лучше всех в этом зале знала, какие были расценки на спасение клановых дочерей с Островов Теневых Символов, тоже благоразумно прикусила язык.

— Ладно, — кивнул, наконец, Гидеон, — если мы, действительно, имеем столько времени, и если мы, действительно, можем заручиться поддержкой Жерара — то такая миссия становится трудной… но всё же вполне выполнимой. Что ж, тогда на сегодня — всё. Можете отдыхать. И да, Сареф, ты и твои спутники, конечно же, можете оставаться здесь столько, сколько пожелаете.

По правде говоря, это был далеко не конец разговора. Сарефу хотелось спросить с Гидеона за поведение монахов в городе. И всё же подсознательно он понимал, что если начнёт говорить об этом сейчас — то это неизбежно выльется в публичный скандал. А Гидеона, в отличие от Адейро, Сареф всё же любил, и потому не хотел ставить дедушку в такое положение. Что, впрочем, не означало, что в последующие дни он не выцепит Гидеона и не спросит с него за эти фокусы…

Правда, его планы тут же улетели в трубу, потому что в этот самый момент Ариша, наевшаяся медовой баранины с апельсинами, неожиданно спросила:

— Дяденька Гидеон, а когда мы были в городе, то слышали, как люди в серых рясах говорили на торговой площади о том, что все стревлоги плохие, и что их всех надо схватить и убить. Это же неправда, вы же не будете так делать?

Реакция на это заявление была вполне закономерная. Линда и Юдара брезгливо посмотрели в сторону крошки-стревлоги, явно не понимая, как ЭТО вообще посмело открыть рот в их присутствии. Аола и Ижени опустили головы: они явно были в курсе ситуации, и явно знали, чего главе Гидеону это стоило. Адейро и Исмарк стоически сделали вид, что они тут ни при чём, и не понимают, о чём речь. Гидеон же, поняв, что от этой темы не отвертеться, тяжело вздохнул прежде, чем отвечать…