Интерес к прошлому своей страны, к истории своей семьи – естественная потребность нормального человека. Этот интерес необычайно возрос в последние годы, что в первую очередь связано с юбилейными датами, связанными с победами советского народа в Великой Отечественной войне.

Движение «Бессмертный полк», возникшее как народная инициатива, а не по указке сверху, тому неоспоримое доказательство.

В самом деле: на всем постсоветском пространстве нет такой семьи, где бы среди предков не было фронтовиков: уцелевших, погибших или без вести пропавших. А миллионы людей, оказавшихся на оккупированных территориях на долгие четыре года? Они ведь тоже невинные жертвы минувшей войны. Как они пережили это суровое время? Об этом до сих пор известно меньше всего…

Дополнительным стимулом к изучению истории семей послужил, как это ни покажется парадоксальным, карантин, в котором оказались мы все в период пандемии. Впервые вы, молодые люди, оказались лицом к лицу с бабушками и дедушками. И тут выяснилось, что разным поколениям не так-то просто найти общий язык. Люди разных поколений неизбежно разговаривают на разных языках.

Приведу простой пример. Еще совсем недавно, в начале девяностых, на пике популярности был модный шлягер, в котором звучали такие слова: «Плачет девочка в автомате». Речь там шла о телефоне-автомате, где девочка услышала обидные и несправедливые слова от любимого. С тех недавних пор телефоны-автоматы ушли из нашей жизни, их заменила мобильная связь. В каком таком автомате она плачет? Большинству сегодняшних тинейджеров это непонятно. Другое дело, если бы она плакала в банкомате, который зажевал ее банковскую карточку.

В свою очередь, люди старшего поколения не понимают, что такое «фейк», «хайп», «ретейлер», а вспоминая о своей молодости, в свою очередь, употребляют слова, абсолютно незнакомые молодым, – термины, аббревиатуры. В самом деле, расшифровывать приходится буквально все: ВЛКСМ – Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодежи; ФЗО – школа фабрично-заводского обучения. Слово «удочка» означает не то, что вы подумали, а ученика-троечника. Дело в том, что до войны знания учеников оценивались не в баллах, а словами: удовлетворительно – «уд», неудовлетворительно – «неуд», хорошо – «хор» (отсюда – хорошисты), «оч. хор» или «отл» – отличник. Последнее сохранилось до нынешних дней.

Казалось бы, мелочи. Но без таких мелочей теряется понимание реалий той жизни. Вот почему так важно, что книга, которую вы держите в руках, снабжена сносками, своего рода словариком. Обычно такие сноски содержатся в научных изданиях, но здесь и в художественном тексте без них не обойтись.