За Авророй стелилась яркая дорожка из цветочных лепестков. Она разбрасывала их перед собой, словно богиня леса, и тропинка, по которой они шли, и впрямь принимала ее за волшебное существо.

На ведущих в Проклятый лес тропах всегда лил дождь – за исключением тех мест, где появлялась Аврора Доблестная. Стоило ей бросить лепестки и сделать шаг вперед, как дождь тотчас прекращался. Аполлон чувствовал лишь легкий ветер, следуя за ней по дорожке, вымощенной сапогами и заваленной перевернутыми экипажами, у некоторых из которых все еще вращались колеса.

– Вы так и не сказали, во что мне это обойдется, – сказал Аполлон, – и куда мы направляемся.

– Я отведу вас к Древу Душ.

– Но ваш отец…

– Он очень упрям, – перебила его Аврора. – Он знает многое, но не все.

Внутри у Аполлона все скрутило. Какое-то чувство словно подсказывало ему, что или он съел несвежую баранину, или идея Авроры была ужасной. Он знал, что ей не стоит доверять. Она и вполовину не была такой милой, какой казалась, когда доставала лепестки из кармана серебристого плаща и бросала их на дорожку перед собой.

Но как он мог отказаться? От шанса стать бессмертным, который выпадает лишь раз в жизни?

– Взамен я попрошу вас об одном маленьком одолжении, – сказала Аврора так тихо, что он едва расслышал ее слова.

Аполлон мгновенно напрягся.

– Чего вы хотите?

Она медленно повернулась к нему, и на этот раз в ее глазах не отражалось ничего милого. В лунном свете она выглядела похожей на волка, а ее белые зубы сверкали.

– Я хочу, чтобы вы прекратили охоту на Джекса. Завтра же вы очистите его имя от преступлений и прекратите попытки его разыскать.

– Я не могу этого сделать.

– Тогда и я не могу отвести вас к Древу Душ. – Аврора остановилась на конце тропинки, где начинался туманный участок, ведущий к Проклятому лесу. – Либо вы обретете бессмертие, либо будете вечно гоняться за Джексом, и я сомневаюсь, что вам удастся его убить – по крайней мере, пока вы остаетесь обычным смертным. Вы отправили на его поиски целое королевство, и чего достигли? Быть может, когда вы станете бессмертным, то получите шанс одолеть его. Но я не хочу, чтобы это случилось, поэтому прямо сейчас вы поклянетесь на собственной крови, что никогда не причините Джексу вреда.

Тело Аполлона окаменело от нехорошего предчувствия.

– Почему вы хотите спасти его?

– Это не ваше дело.

– Мое, раз уж вы просите не убивать его. – Аполлон одарил Аврору мрачным взглядом. – Он и вас околдовал?

Услышав это, Аврора ощетинились.

– Меня невозможно околдовать. Я – Доблесть. – Она окинула его надменным взглядом истинной принцессы.

Именно поэтому Аполлон никогда не любил принцесс. Как и Аврора, они часто обладали безупречной внешностью, но гнилым нутром.

– И вам не придется более беспокоиться о том, что Джекс отвоюет Эванджелину или заберет ее у вас, – сказала Аврора. – Я уже позаботилась об этом.

– Как?

– Вам не нужно этого знать. Я умею хорошо хранить секреты, как и то, что происходит между нами. Итак, каково ваше решение, принц?

Аполлон понимал, что не сможет просто отказаться от подобного дара. Отец всегда твердил ему, что он должен стать кем-то бо́льшим. И что, как не бессмертие, даст ему эту возможность? Вероятно, он мог бы продолжать спорить с Авророй по поводу Джекса, но сомневался, что последнее слово останется за ним. Несмотря на заверения Авроры, Аполлон знал, что Джекс околдовал ее так же, как и Эванджелину.

– Отведете меня к дереву – и я принесу клятву на крови. Но не раньше.

Аврора прищурилась.

– Даю вам слово, – добавил Аполлон. – Если я солгу, можете рассказать всему королевству, что именно я стер память своей жене.

– Что ж, ладно, – протянула Аврора. Затем развернулась и вновь начала осыпать тропинку лепестками, уводя Аполлона все дальше.

– Зачем вы разбрасываете лепестки? Дождя в этих местах не бывает.

– Лес это любит, – ответила Аврора.

Она рассыпала еще пригоршню лепестков, и земля под ними засветилась, освещая путь.

– Так вот куда мы идем? В Проклятый лес?

– Нет, если можно этого избежать. До Древа Душ можно добраться, перебравшись на другую сторону леса. Но где-то здесь должна быть старая арка, которая приведет нас к нему быстрее. – Между бровями Авроры пролегла морщинка, пока она осматривала окутанный туманом участок земли. Наконец она воскликнула: – Нашла!

Аполлон же не увидел ничего, кроме туманной дымки, которая выглядела немного темнее.

Аврора достала еще несколько лепестков и подбросила их высоко в воздух. Оказавшись в тумане, они словно прилипли к нему и на мгновение образовали очертания арки, а затем, казалось, растворились и растеклись по краям. Вскоре перед ними появилась настоящая арка из сияющего белого мрамора.

В детстве Аполлон слышал истории, что на Севере спрятаны арки, но увидел одну из них впервые.

Он чуть было не спросил, откуда Аврора узнала, что она находится именно здесь. Но потом вспомнил, что все арки изначально построили Доблести.

Будучи правящим монархом Севера, Аполлон владел несколькими арками. Одну он использовал, чтобы поразить гостей, прибывших на Нескончаемую Ночь. Другая защищала очень древнее дерево-феникс. Его арка действительно немного походила на ту, что он видел сейчас перед собой: они обе были покрыты необычными магическими символами.

Аврора прикусила губу, разглядывая замысловатую вязь. Затем вонзила ноготь себе в ладонь и размазала кровь по краю арки.

– Добрая арка, прошу, откройся и пропусти нас к Древу Душ, – сказала она.

Спустя мгновение появилась дверь, такая же белая и светящаяся, как сама арка. За ней скрывалось нечто похожее на туннель, но там было слишком темно, чтобы все разглядеть.

Аврора вытащила из кармана спичку, чиркнула ею о стену и бросила на землю. Как только спичка упала, вдоль одной из стен вспыхнула огненная полоса. Она повторила то же самое с другой стороны, и пещера озарилась ярким, как день, светом двух огненных полос.

Аврора грациозно шагнула внутрь и пошла между рядами огней, напевая себе под нос. Воздух был горячим, и он становился только теплее по мере того, как они продвигались по проходу. В какой-то момент он расширился, превратившись в огромную пещеру из сверкающего белого гранита, окруженную таким же пламенем, как и туннель.

Аполлон не видел неба, но каменные своды пещеры, видимо, не были монолитными, поскольку пробивавшийся сверху яркий луч лунного света освещал самое громадное дерево, которое Аполлон когда-либо видел.

Хотя «дерево» было не совсем подходящим словом. У деревьев нет сердца.

Кроваво-красный ствол словно пульсировал. Казалось, что-то внутри него билось. Аполлон готов был поклясться, что слышит сердцебиение. Тук-тук… Тук-тук…

А это человеческие лица вырезаны на стволе?

Аполлону показалось, что он видит испуганные глаза и перекошенные рты, застывшие в древесной коре, как будто люди были заперты внутри дерева. Но, возможно, то была лишь игра мерцающего пламени.

Древо Душ усеивали остроконечные гладкие листья красного оттенка. Ветви такого же кроваво-красного цвета, что и ствол, тянулись к небу, а некоторые росли в стороны и опускались к земле.

Когда Аполлон впервые прочитал в свитке лорда Слотервуда об этом дереве, то подумал, что оно похоже на его дерево-феникс. Такое же очаровательное и волшебное. Он даже представил идеальное место, чтобы позировать для будущих портретов. Впрочем, Аполлон больше не занимался такими мелочами.

– Какое уродливое, – пробормотал он.

Аврора бросила на него укоризненный взгляд.

– Будьте осторожны со словами.

– Это всего лишь дерево, – сказал Аполлон, но тут он снова услышал биение сердца. Тук. Тук. Тук.

Теперь оно билось быстро, нетерпеливо и жадно, и Аполлон тотчас вспомнил предостережение Вульфрика: «Я был глупцом, когда решил посадить его. Древо Душ – зло во плоти». Оно и правда не выглядело так, словно могло нести добро.

– Только не говорите, что боитесь, – насмешливо пропела Аврора.

Но Аполлон заметил, что, она хоть и подошла к дереву вплотную, прикоснуться к нему не осмелилась.

– Вы тоже собираетесь испить из него? – спросил он.

Из свитка, полученного от лорда Слотервуда, Аполлон узнал, что достаточно только проткнуть ветку, чтобы полилась кровь. Затем ее следует выпить прямо с дерева, и тогда он обретет бессмертие.

Он перестанет болеть и стареть и навсегда останется молодым, сильным и здоровым. Его по-прежнему могли убить, но зато он не умрет по естественным причинам. И если верить свитку, та же магия, которая сохраняла молодость, не позволит так просто лишить его жизни.

Возможно, все казалось слишком уж простым, но в свитке также говорилось, что вырастить одно из этих деревьев – задача не из легких. После того как Вульфрику Доблестному даровали редчайшее семя для посадки, ему приходилось каждое утро и каждый вечер в течение целого года кормить его своей кровью. Если пропустить одно кормление, то дерево непременно засохнет и погибнет.

– Подожду еще несколько лет, – ответила Аврора. – Быть женщиной и так непросто. Не хочу вечно оставаться юной девчонкой.

– Значит, ты все же не лишена здравого смысла, хоть его и недостаточно для того, чтобы я называл тебя своей дочерью, – раздался громкий голос из туннеля позади них.

Через несколько секунд в пещеру вошел Вульфрик Доблестный в сопровождении двух своих сыновей. Как и все Доблести, они мало походили на обычных людей.

Аврора слегка вздрогнула при их появлении.

– А ты, как всегда, угрюм, отец.

Вульфрик бросил на нее испепеляющий взгляд, а затем повернулся к сыновьям и приказал:

– Отведите ее в лагерь. Мы с матерью разберемся с ней позже.

Едва они втроем скрылись в туннеле, как Вульфрик бросился к Аполлону.

Принц тут же потянулся к оружию.

– Не беспокойся, – сказал Вульфрик. – Я здесь не для того, чтобы убить тебя, мальчик. Ты был добр к моей семье, поэтому я еще раз предупреждаю тебя насчет этого дерева. Оно все еще здесь по одной лишь причине: я не могу его срубить. Умрет древо – умру и я. И прежде чем ты начнешь строить коварные планы, предупреждаю: я единственный могу его срубить.

– Я бы никогда…

– Не лги, – перебил его Вульфрик. – Раз уж ты пришел сюда, значит, готов пойти на многое. Но понимаешь ли ты, что творишь? Или же просто последовал за моей легкомысленной дочерью?

Аполлон уже подумывал сказать Вульфрику, что его дочь, скорее, была зачинщицей и не брезговала шантажом, однако он сомневался, что это поможет ему выбраться из этой ситуации.

– Хочешь знать, почему я советовал тебе забыть об этом древе? – продолжил Вульфрик. – Хочешь знать, чего стоит испить из Древа Душ? За магию всегда приходится платить, а чтобы обрести вечную жизнь, нужно пожертвовать другой жизнью. Ты лишишься того, кого любишь больше всего на свете. Вот почему мне было даровано это семя.

Вульфрик вытянул шею и с горечью посмотрел на дерево.

– Тогда я был молод и глуп, совсем как ты. Во время визита в соседнее королевство я спас жизнь одной принцессе. Ее звали Серенити. Она обладала поистине небесной красотой, и я был с ней слишком обходителен. Когда я собирался в обратный путь, Серенити даровала мне семя, чтобы я посадил дерево. Она заверила, что так хочет отблагодарить меня за спасение, и я поверил. Тогда я считал, что заслуживаю бессмертия, и даже не подумал спросить у своих доверенных советников, что же на самом деле представляет собой это дерево. А потом каждый день поил его своей кровью.

Дерево наконец-то выросло, и накануне того дня, когда я собирался испить крови из его ветвей, я узнал, что принцесса Серенити подарила мне семя в надежде, что моя жена умрет, когда я выпью кровь.

Когда я спас жизнь принцессе Серенити, она вообразила себе, что влюблена в меня. Но она знала, что я никогда не буду с ней, пока жива Онора. Но я скорее умру сам, чем причиню боль своей жене.

– Я тоже, – пробормотал Аполлон. Все его поступки были направлены на ее защиту.

– Надеюсь, это действительно так, – серьезно сказал Вульфрик. – Больше никогда не приближайся к дереву, или это станет последним, что ты сделаешь в своей жизни.