Оккупационный режим

К концу 1941 г. более половины всей территории Карело-Финской ССР оказалась оккупированной финскими и немецкими войсками, которые вводили собственные порядки в устройстве жизни населения. Еще накануне войны, 16 июня 1941 г., в Финляндии распространялась специально подготовленная записка «Планы некоторых мероприятий в Восточной Карелии». На ее основе разрабатывались конкретные вопросы и основные направления оккупационной политики. Суть ее сводилась к тому, что Восточная Карелия якобы исторически принадлежала Финляндии и поэтому должна находиться в ее составе. Заказанное президентом Р. Рюти специальное исследование об этом было напечатано осенью 1941 г. в Берлине под названием «Жизненное пространство Финляндии». Агрессивные намерения финских правящих кругов нашли свое отражение и в официальных документах, в частности, в приказах главнокомандующего финской армии маршала Маннергейма. А одна из официальных газет «Карьяла» писала, что Финляндия «имеет неоспоримое право на большую часть Советской России, не говоря уж о Карелии, до Свири, Онежского озера и Белого моря». Таким образом, участие страны в войне оправдывалось, во-первых, целью борьбы с советской властью и, во-вторых, необходимостью освобождения родственных народов и присоединения их территории к Финляндии».

Принятые Главной штаб-квартирой финской армии правила публикации сведений о Восточной Карелии и войне также во многом раскрывают государственную, национальную и военную политику Финляндии того времени и ее оккупационной администрации. Согласно этим правилам, следовало говорить только об «освобождении» Восточной Карелии (а не о ее завоевании) и что якобы карелы сами просили о своем освобождении. Рекомендовалось публично подчеркивать, что Восточная Карелия — это земля карелов, что у русских здесь нет никаких корней и что эта территория имеет большое значение для обороны и независимости Финляндии. Следовало говорить не о народе, а о населении Восточной Карелии, не о карельском языке, а о диалекте. О местном населении рекомендовалось писать доброжелательно: «Говоря о господствующей в Восточной Карелии отсталости, следует подчеркивать, что виноват в этом советский строй, а не население, которому, напротив, нужно отдать должное в том, что оно в трудных условиях сохранило свою национальность и обладает природной смышленостью и талантом. Необходимо подчеркивать, что теперь мы хотим поднять население Восточной Карелии на уровень, соответствующий этим замечательным качествам». Все публикации и новости о жизни Восточной Карелии должны были получить предварительное одобрение финских органов — отдела цензуры Главной штаб-квартиры или штаба Военного управления Восточной Карелии.

15 июля 1941 г. маршал Маннергейм отдал приказ об организации управления на оккупированной территории — Военного управления Восточной Карелии (ВУВК). Командир ВУВК подполковник В. Котилайнен в тот же день выпустил обращение к гражданам захваченных районов КФССР, в котором объявил, что он принял на себя руководство оккупированной территорией и что с этого времени каждый ее житель обязан выполнять требования финских военных властей. В каждом районе назначался начальник, которому принадлежала вся власть на местах. В перечне требований из восьми пунктов местным жителям запрещалось иметь любое оружие и радиоаппаратуру, находиться на улице ночью (с 21 до 6 часов утра), присваивать или портить оставшееся государственное (колхозное) имущество, хранить или распространять политические книги и необоснованные сведения; предлагалось гражданскому населению продолжать свою обычную работу и представить опись своего имущества, а оставшимся советским солдатам немедленно сложить оружие и сдаться в плен. За нарушение данных требований могла последовать смертная казнь.

Основные направления работы оккупационного финского Военного управления Восточной Карелии нашли отражение в его структуре, представленной целым рядом отделов: командным, противовоздушной обороны, административным, полицейским, надзора, экономическим, интендантским, ветеринарным, просветительским, социальным, разведки, медицинским. Штат управления насчитывал: офицеров и военнослужащих — 470 человек, младших офицеров — 364, мужчин и юношей — 488, личный состав ПВО — 1081, женщин — 514, всего — 2917 человек. Штаб ВУВК находился сначала в г. Йоэнсуу (Финляндия), а затем — в Петрозаводске. Территория, подчиненная Военному управлению Восточной Карелии, была разделена на 3 округа (Олонецкий, Масельгский и Беломорский), каждый из которых делился на районы, а они в свою очередь — на более мелкие административные единицы — участки (несколько населенных пунктов). Окружные, районные и местные начальники управляли всей административной и хозяйственной жизнью на своих территориях. Кроме того, в крупных деревнях назначались старосты для надзора за населением, организации необходимых мероприятий и т. п. На службу в оккупационные органы подбирались, как правило, «заинтересованные» в делах Восточной Карелии лица, имевшие военную подготовку и опыт административной работы. При аппарате ВУВК имелась совещательная комиссия из 12 человек, в которую входили «благонадежные лица из восточных карелов», ушедших в Финляндию после революции 1917 г. Предполагалось, что эта комиссия придаст «местный колорит» созданному управлению, однако, не имея никаких прав, она не оказывала сколько-нибудь существенного влияния на принятие важных решений.

В одной из школ оккупированного Петрозаводска отмечается день независимости Финляндии. 6 декабря 1941 г.

Всего на оккупированной части Карело-Финской ССР насчитывалось около 85 тыс. местных жителей, считая и перемещенных из Ленинградской области. Для усиления контроля и наблюдения за ними оккупационные власти провели подробную перепись населения. В каждом крупном селе имелся полицейский участок, за нарушение установленного режима (нахождение на улице во время комендантского часа, пребывание в доме постороннего лица, выход за пределы постоянного места жительства без специального пропуска и т.п.) предусматривались различные меры наказания вплоть до расстрела. В специальные лагеря (концентрационные, переселенческие, трудовые) были заключены около 1/3 всего населения. Только в г. Петрозаводске имелось 6 лагерей, в которых содержались свыше 20 тыс. человек. По разным данным, следствием тяжелых лагерных условий жизни (непосильных работ, голода, массовых эпидемических болезней), а также расстрелов явилась гибель от 4000 до 7000 человек.

Особую сферу деятельности оккупационной администрации составляло «просвещение и воспитание национального населения». У карелов следовало формировать «знание об исторической задаче финского племени в его противодействии вековому стремлению России захватить Финляндию». На разного рода просветительских мероприятиях следовало говорить о незначительных успехах СССР и деятельности ВУВК на благо населения, подчеркивать национальное и естественное единство Финляндии и Карелии. Важнейшими каналами просветительской работы являлись газета и радио: «Вапаа Карьяла» («Свободная Карелия») и Аунуксен радио (Радио Олонца). 5 января 1942 г. было обнародовано постановление об основах народной школы в Восточной Карелии. Языком обучения во всех школах становился финский. По этой причине дети «ненациональных» родителей оставались за бортом народной школы вплоть до конца 1943 г. К концу 1941 г. работали 53 школы, в которых насчитывалось 4700 учеников. В 1944 г. количество школ выросло до 112, в них числились 8393 ученика-«национала» и, кроме того, в 13 школах учились около 3000 русских детей. Особенно большое внимание в учебных планах уделялось мировоззренческим предметам (история, география, финский язык, религия), создавались специальные учебники, в которых доминировали финские национальные мотивы.

Один из шести финских концентрационных лагерей в Петрозаводске

Составной частью политики финнизации на оккупированной территории являлось переименование населенных пунктов, улиц, имен и фамилий местных жителей. Так, уже 16 сентября 1941 г. окружные начальники получили предписание ВУВК о приведении к единообразию названий населенных пунктов на оккупированной территории. В нем, в частности, подчеркивалось: «Следует брать употребляемые местными жителями названия населенных пунктов, если они являются финскими. Группу деревень, построенных близко друг от друга, следует считать одной деревней. Предложения по переименованию русских названий деревень на финские с резолюцией окружного начальника следует посылать нам». Тогда же в районы были направлены рекомендательные списки для переименования улиц и населенных пунктов Восточной Карелии. Для этого предлагались имена героев предшествующих «племенных войн», а также имена карельских и финских «племенных» героев или же имена героев Калевалы. Так, г. Петрозаводск стал называться Аанислинна (Крепость на Онего), Олонец — Аунуслинна (Крепость Олонии). Переименование улиц Петрозаводска произошло в начале 1943 г. Финская газета «Вапаа Карьяла» писала в этой связи: «Впервые за время своего существования Петрозаводск получает национальные финские названия улиц. Таким образом, город приобретает подлинно национальный характер, который ему, как важнейшему населенному пункту Восточной Карелии, и подобает иметь. Лицо города все более становится финским...».

Таким образом, установленный финскими военными властями режим на захваченной территории Карело-Финской ССР представлял собой продуманную систему мер (экономических, идеологических, просветительских, политических), которая во многом определялась национальными факторами. Отправной момент оккупационной политики заключался в том, что родственных финнам людей по национальной принадлежности («соплеменников» — карелов, финнов, вепсов, ингерманландцев, составлявших 50% местных жителей) необходимо «освободить» как будущих граждан «Великой Финляндии». Реализация такой политики на практике выразилась в разделении жителей Восточной (Советской) Карелии на две основные группы: «национальное и ненациональное», или привилегированное и непривилегированное во всех отношениях население. Первая группа людей лучше обеспечивалась социальными благами (зарплатой, продовольственными и промышленными товарами, медицинским обслуживанием и т. д.), для них организовывались специальные народные школы и курсы по месту жительства и в Финляндии, проводилась активная идеологическая и просветительская работа. Вторая группа, в основном русские, находилась в худших условиях, и именно они, прежде всего, помещались в концентрационные (трудовые) лагеря с целью дальнейшего перемещения после предполагавшейся победы в войне Германии и ее союзников.

О конкретных результатах оккупационной национальной политики в Карелии, отношении к ней местного населения в определенной степени можно судить по событиям на заключительном этапе военных действий на Севере: начавшемся здесь летом 1944 г. наступлении советских войск, уходе финнов и эвакуации с ними местных жителей, которая, по утверждениям финских военных властей, осуществлялась на добровольной основе.

На оккупированной территории Карелии, по данным финских источников, к лету 1944 г. оставалось всего 83 541 человек местного населения, из них 68 453 человека проживали в населенных пунктах, 14 926 человек — в переселенческих лагерях и 162 человека — в концентрационных лагерях. Около половины местных жителей — 41 803 человека — относились к родственным финнам народам (карелы, финны, вепсы, ингерманландцы и др.). Согласно подробному отчету финских военных властей по эвакуации, всего из населения Восточной Карелии переселились в Финляндию 2799 человек, или 3,35%. Из них родственное финнам население составляло 2196 человек. Таким образом, в целом число переселившихся (эвакуировавшихся) жителей Карелии в Финляндию оказалось незначительным. Следует учесть, что для некоторых эвакуация была неизбежной, в частности для тех, кто находился на службе у финнов. Многие переселившиеся состояли в браке с финнами и уже являлись гражданами Финляндии.

Сложности при организации и деятельности подполья в Карелии обусловливались низкой плотностью и в целом малочисленностью населения. Большинство деревень пустовало, во многих жили буквально несколько человек. Так, в с. Ругозере насчитывалось 19, а во всем Кестеньгском районе — 82 жителя. При строгом режиме надзора, когда каждый житель находился на учете у полиции, появление нового человека, особенно в деревне, сразу же становилось известным оккупационным властям. Кроме того, часть населенных пунктов находилась недалеко от линии фронта, которая в течение трех лет оставалась неизменной, в них располагались воинские подразделения противника и осуществлялся наиболее суровый оккупационный режим.

Финские власти приложили немало усилий, чтобы подорвать деятельность подполья. Они создали широко разветвленный аппарат для выявления и ликвидации сопротивления, использовали в борьбе с ним все возможные средства, непрерывно усиливали и совершенствовали меры его подавления. Им удалось разгромить часть нелегальных организаций и нанести ощутимые потери подпольщикам. Однако несмотря на все трудности, советское подполье в Карелии существовало и активизировало изо дня в день свою деятельность. На оккупированной территории республики действовали следующие подпольные организации: Петрозаводская, Ведлозерская, Заонежская, Олонецкая, Сегозерская и Шелтозерская. Кроме того, партийно-комсомольские группы действовали в Кондопожском, Прионежском и Пряжинском районах.

Как известно, создание в стране подпольных организаций шло по трем направлениям. Во-первых, путем заблаговременного создания сети партийных комитетов и ячеек, явочных квартир, подбора связных и т. п.; во-вторых, при помощи создания подпольных организаций по инициативе патриотов, оказавшихся на оккупированной территории; в-третьих, способом создания подготовительных групп в советском тылу, а затем переброски их через линию фронта во вражеский тыл, в места будущей деятельности. Эти пути использовались и при создании подпольных организаций в Карелии. Летом 1941 г. ЦК Компартии республики провел работу по заблаговременному созданию подполья в тылу противника. Однако многим подпольщикам не удалось развернуть свою деятельность. Попав в трудные условия и не имея опыта работы, они вскоре обнаружили себя и были ликвидированы финнами, часть из них оказалась в концентрационных лагерях. Путь заблаговременного создания подпольных организаций в Карелии не получил широкого распространения. Известны лишь несколько подпольных групп, возникших по инициативе советских патриотов на местах. К примеру, в г. Кондопоге комсомолка Е. В. Тимошина (Фомина) организовала такую подпольную группу. Наиболее действенным в Карелии оказался путь создания подготовленных групп в советском тылу и переброски их затем через линию фронта на оккупированную противником территорию.

Деятельность подпольных организаций заметно усилилась с середины 1942 г. К тому времени они накопили определенный опыт борьбы с врагом, более обстоятельно изучили оккупационный режим и его методы подавления сопротивления. При ЦК Компартии республики работала спецшкола, где подпольщики получали подготовку. Появилось достаточное количество радиостанций, что улучшало возможности конспиративной работы. Стало больше самолетов, на которых подпольщики могли доставляться в любую точку оккупированной территории. Усилилось сопротивление оккупационному режиму населения, воодушевленного успехами Красной армии на фронте в битвах под Москвой, Сталинградом, Курском. В Карелии, как правило, подпольные комитеты назначались ЦК Компартии республики в таком составе: секретарь райкома партии, секретарь райкома комсомола и радист.

Подполье в Олонецком районе, например, создавалось и действовало так. Летом 1942 г. здесь начала свою деятельность группа подпольщиков в составе секретаря райкома партии М. М. Деляева, его заместителя — секретаря райкома комсомола А. М. Звездиной и радистки О. Е. Филипповой. Уроженец Олонецкого района, карел, М. М. Деляев, в начале войны назначенный комиссаром истребительного батальона, затем получил назначение на подпольную работу в тыл врага. А. М. Звездина — карелка из Олонецкого района, до войны работавшая литературным сотрудником олонецкой район ной газеты «Колхозник», в августе 1941 г. заменила ушедшего на фронт секретаря райкома комсомола и была направлена на подпольную работу. О. Е. Филиппова до войны работала в Калевальском районе учительницей, с начала войны находилась в действующей армии, где овладела специальностью радиста. Группа работала до октября 1942 г., ей удалось сделать многое: собрать разведданные о расположении финских частей и линии их обороны, сообщить советскому командованию о передвижении войск противника на участке Олонец-Лодейное Поле, устроить несколько диверсий на вражеских объектах, распространить листовки и сводки Совинформбюро. Однако в октябре 1942 г. финнам удалось арестовать подпольщиков. Всех троих расстреляли в феврале 1943 г. Герои посмертно награждены боевыми орденами СССР.

Группа олонецких подпольщиков (слева направо): У. П. Кузьмина, Я. В. Ефимов, В. А. Кузьмин

В этом же районе летом 1943 г. появилась новая группа подпольщиков. Возглавил ее карел Я. В. Ефимов. С начала Великой Отечественной войны он, бывший мелиоратор Олонецкой машинно-тракторной станции, был комиссаром партизанского отряда имени Чапаева, а затем — отряда «Буревестник». В состав группы входили В. А. Кузьмин, И. П. Юплов и У. П. Кузьмина. Все они хорошо знали местность, где работали в предвоенные годы, поэтому быстро разобрались в сложившейся обстановке. После выполнения задания, в ноябре 1943 г., подпольщики вышли к линии фронта, преодолев 300 км пути, но наткнулись на боевое охранение финских войск и вступили в неравный бой. Тяжело раненных, их захватили в плен и 3 марта 1944 г. расстреляли.

Осенью 1943 г. в тылу противника начали работать разведчики М. Егоров и 3. Григорьева, сообщавшие советскому командованию ценную информацию о численности, дислокации и передвижении финских частей. Когда в декабре связь с Центром прервалась, они решили перейти линию фронта, но в одной из деревень их предали, и в неравном бою они погибли. Указом Верховного Совета СССР от 10 мая 1965 г. 3. Григорьева и М. Егоров посмертно награждены орденом Отечественной войны II степени.

Шелтозерский район населяли в основном вепсы, и находился он вблизи линии фронта. Финские войска проводили здесь большие работы по укреплению своей обороны, тут же проходили их главные коммуникации по обеспечению обороны на р. Свири. Близость фронта создавала дополнительные трудности для работы подпольщиков, так как в каждом населенном пункте имелись гарнизоны врага. В августе 1943 г. в Шелтозерском районе начала действовать группа во главе с Д.М. Горбачевым — секретарем подпольного райкома партии. В нее входили П.И. Удальцов — секретарь подпольного райкома комсомола, М.Ф. Асанов — связной и С.К. Паасо — радистка. Этой работой были охвачены не только Шелтозерский, но и другие районы — с. Ладва (Прионежский район), поселки Вознесенье и Подпорожье (Ленинградская область), а также Петрозаводск. В подпольную работу включалось все больше и больше местных жителей. Поэтому, когда в связи с угрозой ареста Д.М. Горбачев, П.И. Удальцов и С.К. Паасо (М. Асанов погиб раньше) были вынуждены в апреле 1944 г. уходить за линию фронта, сформировался новый состав райкома, который активно работал до освобождения района от оккупации. Всего Шелтозерскому райкому удалось вовлечь в активную подпольную работу свыше ста человек.

Секретарь Заонежского подпольного райкома партии Т. А. Куйвонен писал впоследствии, что райком давал местным жителям разнообразные поручения: «Сидорова собирала для нас сведения о войсках противника... налаживала связи с местными надежными людьми... Максимова помогала установить связь с местной рыболовецкой бригадой. Она же добывала данные о с. Великая Губа, о финском штабе Заонежского участка фронта. Юрьев имел задание провести ряд бесед с местным населением. Максимова Надежда и Рябова Мария распространяли среди населения наши листовки и сводки Совинформбюро, написанные от руки».

В Ведлозерском районе активно участвовала в подпольной работе вся семья колхозника Исакова. Отец — Павел Исаков — организовал явки для подпольщиков, снабжал их продуктами, предупреждал об опасности. Его жена укрывала подпольщиков, помогала им устанавливать связь с местным населением. Старший сын Федор был связным, младший, 12-летний, разносил советские листовки и газеты по деревням.

Шелтозерские подпольщики среди местных жителей: Д. М. Горбачев (крайний слева), Д. Е. Тучин (второй слева), П. И. Удальцов (крайний справа)

Большую роль в вовлечении населения в подпольную борьбу играла политическая работа в тылу врага. Подпольные организации имели своих активистов, которые проводили эту работу в 112 населенных пунктах. Начиная с марта 1942 г., регулярно, три раза в месяц, для населения временно оккупированных районов издавались специальные выпуски республиканских газет «Ленинское знамя» и «Тотуус» (на финском языке). Помимо газет в тылу противника разбрасывались сотни листовок. Только за период с октября 1941 по июль 1942 гг. было издано 32 листовки.

Карельские партизаны во время рейдов по тылам врага также распространяли среди местного населения газеты и листовки. Так, в период похода партизанской бригады И. Григорьева в январе 1942 г. на Большой Клименецкий остров, партизаны распространили свыше 10 тыс. листовок. Кроме того, они делали рукописные лозунги с призывом к населению бороться с оккупантами. Подпольные организации и группы не только распространяли среди населения газеты и листовки, доставленные из советского тыла, но и печатали их сами. Сегозерский райком партии, например, выпустил районную газету «Ударный труд» и листовки.

В политической пропаганде среди населения подпольщики использовали групповые и индивидуальные беседы с жителями оккупированной территории, другие формы работы. Так, например, Шелтозерский райком партии организовал прослушивания советских радиопередач. Вот что рассказывал об одном из таких прослушиваний секретарь подпольного райкома партии Д. М. Горбачев: «31 декабря 1943 г. мы решили организовать слушание новогодней речи М. И. Калинина. Это было необходимо потому, что финны усиленно распускали слухи о том, что в прошлом 1942 г. товарищ Калинин, выступая по радио, будто бы заявил, что вепсам и карелам теперь надо готовить гробы, так как Советская власть с ними расправится. Этот трюк финской пропаганды широко распространялся среди некоторых слоев населения. Мы решили показать народу, что эти слухи просто злобная выдумка врага. 31 декабря 1943 г. к нам пришли слушать радио Гринин Иван, Тучин Дмитрий, Тучин Степан, Горбачева Евдокия и многие другие. Слышимость была очень хорошая. Простые и ясные слова М. И. Калинина глубоко взволновали всех присутствующих. Уходя от нас, Гринин Иван сказал: «Ну, теперь я слышал своими ушами и всем расскажу, что товарищ Калинин не только не говорил о гробах вепсам и карелам, а прислал нам привет».

Политическую работу подпольщики вели также и среди солдат противника, подрывая тем самым моральное состояние вражеских войск, снижая их боеспособность. Секретарь ЦК Компартии республики, член Военного Совета Карельского фронта Г. Н. Куприянов сообщал, что секретарь Петрозаводского подпольного комитета Ф. Ф. Тимоскайнен «попросил ЦК прислать в Петрозаводск не только листовки для наших военнопленных, но и листовки для финских солдат и граждан. Такие листовки в Беломорске начали немедленно издавать и посылать подпольщикам. Кроме листовок в город начали направлять газету «Голос солдата» на финском языке, которую издавало политуправление фронта». «Финны бесились, — пишет в своих воспоминаниях радистка Шелтозерского подпольного комитета С. К. Удальцова (Паасо), — так как чувствовали, что в районе работает подпольная организация. Регулярное появление листовок, советских газет на Свири, в Янигубе, у военнопленных, в Бережном Шелтозере, и, главное, настроение населения и не только местного, но и финских солдат, приводило начальника района капитана Ориспяя, начальника полиции Раутанена и комендантов деревень в ярость».

Важнейшее место в работе подпольных организаций занимала разведывательная деятельность. ЦК Компартии республики имел тесные связи с командованием Карельского фронта. Член Военного совета фронта, первый секретарь ЦК Компартии генерал-майор Г. Н. Куприянов непосредственно был связан с руководителями партизанского движения и подпольной работы в тылу врага. Это позволяло давать подпольщикам конкретные разведывательные задания, а добытые разведданные своевременно доставлять командованию советских войск. Подпольщики сообщали ценные сведения о дислокации и численности вражеских частей, штабов, расположении аэродромов, о воинских перевозках и т. п. По разведданным подпольщиками объектам советская авиация наносила бомбовые удары.

Шелтозерский райком партии с помощью местных жителей собрал данные о дислокации войск и оборонных сооружениях противника. «Комсомольцы Вознесенья, — вспоминает С. К. Удальцова, — составили подробную карту оборонных укреплений финнов на р. Свири протяженностью 18 км, указав, где вражеские посты, прожекторы, орудия, огневые точки, когда происходит смена патрулей, также зорко выследили, какие места финны минировали. Карту начисто начертил С. Бутылкин, а я в несколько сеансов передала ее на Большую землю». Ведлозерские подпольщики, установив, что финны начали строить оборонительную линию в Олонецком районе, собрали подробные данные о ней и сообщили командованию советских войск. Подпольщики добыли немало ценных документов — пропусков, паспортов, приказов и т. п.

В период наступления войск Карельского фронта летом 1944 г. подпольные организации активизировали свои действия. Ведлозерские подпольщики с приближением частей Красной Армии уничтожили несколько телефонных пролетов и тем самым прервали вражескую телеграфно-телефонную связь в районе. Шелтозерский подпольный комитет организовал из местного населения партизанский отряд численностью свыше 80 человек, который занял два населенных пункта — Тихоницу и Залесье — и удерживал их до прихода советских войск. Партизанский отряд создал и Сегозерский подпольный комитет. Возглавил этот отряд секретарь райкома И. В. Калинин. Оружие и боеприпасы подпольщикам были доставлены авиацией. Партизаны установили наблюдение за дорогами. Они заняли д. Сельгу и вступили в центр Сегозерского района — с. Паданы. С освобождением территории Карелии от финских захватчиков летом 1944 г. подпольные организации и группы прекратили свою деятельность.

Г. Н. Куприянов, оценивая значение подпольного движения, впоследствии писал: «Несмотря на все наши промахи и недостатки, гибель подпольщиков не была напрасной. Трудно переоценить и невозможно представить в цифрах всю ту многообразную и тяжелую, сложную работу, которую проделали они в тылу врага. Подпольщики сумели дать ЦК Компартии и Военному совету фронта сведения, которые очень пригодились нам как в чисто военных целях, так и в целях общеполитических. Эти сведения помогли сохранить тысячи жизней наших солдат. Своими действиями они дезорганизовывали и ослабляли тылы врага, создавали у оккупантов неуверенность в прочности успехов, достигнутых ими в первый период войны».

Партизанская борьба

Партизанские отряды в Карелии начали создаваться в июле 1941 г. Решением бюро ЦК Компартии Карело-Финской ССР для их формирования 2 июля 1941 г. была создана тройка в составе секретаря ЦК КП(б) А. С. Варламова, заместителя председателя Совнаркома КФССР М. Я. Исакова и наркома госбезопасности М. И. Баскакова. Позднее, 6 августа, ЦК Компартии создал республиканский штаб по руководству партизанским движением в Карело-Финской ССР во главе с заместителем председателя Совнаркома М. Я. Исаковым.

К середине августа 1941 г. в республике насчитывалось 15 партизанских отрядов общей численностью 1700 человек. Среди них имелись представители более чем 30 национальностей СССР: русские, карелы, финны, вепсы, украинцы, белорусы и др. Карелы в первых партизанских отрядах составляли 20% от общего числа партизан. Социальный состав первых партизанских отрядов выглядел так: рабочие составляли почти 44%, колхозники — 5% и служащие — около 52%. На командную и политическую работу подбирались наиболее грамотные и опытные в военном и политическом отношении работники из партийного, советского и хозяйственного актива. В числе первых командиров и комиссаров были 11 секретарей райкомов и горкомов партии и 16 руководящих работников республики.

В первые месяцы войны, когда противник, имея численное превосходство, продвигался в глубь нашей территории, некоторые партизанские отряды вступили в бой вместе с регулярными соединениями Красной армии. В сентябре 1941 г., например, когда финские войска подходили к Петрозаводску, в их тылу и на ближних подступах к городу активно действовали партизанские отряды «Бей фашистов», «За Отечество», отряд из жителей Прионежского района под командованием Ф. И. Грекова и др. На севере Карелии — на ребольском, ухтинском и кестеньгском направлениях — во вражеском тылу с осени 1941 г. успешно действовали отряды «Красный онежец», «Боевой клич», «Красный партизан» и «Боевое знамя». Отряд «Красный онежец» в течение трех месяцев (август-октябрь 1941 г.) совершил 10 походов в тыл противника.

Особенно успешно действовали специально подготовленные отряды для войны в тылу противника. Командир отряда особого назначения на ребольском направлении П. В. Волков вспоминает о том, как они читали в газетах за 22 сентября 1941 г. сводку о своем первом рейде: «Я, как дорогую реликвию, храню пожелтевшую от времени вырезку из «Известий» с этой сводкой. Вот она: «От Советского информбюро. Утреннее сообщение. 22 сентября 1941 г. партизанский отряд под командованием тов. В. совершил боевой поход по тылам немецко-финской армии. За 10 дней отряд прошел более 100 км. Партизаны во многих местах порвали линии связи и разрушили два только что отстроенных фашистами моста. На минах, заложенных партизанами на разных участках шоссе, взорвалось несколько немецко-финских автомашин. Устроив засаду на лесной дороге, партизаны уничтожили еще три машины, восемь солдат и двух офицеров. Через день разведчики обнаружили, что по дороге движутся 60 белофинских велосипедистов. Ночью, через болота, партизаны прошли наперерез белофиннам. Тов. В. выделил группу засады и группу удара. После многочасовой перестрелки группа удара пошла в атаку. Белофинны отошли и попали под огонь партизан, засевших в засаде. Противник понес большие потери и бежал, бросив 4 станковых пулемета, 10 велосипедов, несколько повозок с лошадьми и много боеприпасов... Позднее мы с волнением читали в центральных газетах Указ Президиума Верховного Совета СССР, подписанный М. И. Калининым, о награждении воинов отряда боевыми орденами и медалями. Орденами Красного Знамени были награждены 7 человек, орденом Красной Звезды — 6 человек, медалью «За отвагу» — 17 человек, а всего 30 человек».

В партизанском движении Карелии можно отметить три характерных этапа, обусловленных обстановкой на фронте, положением на оккупированной территории и тактикой боевых действий партизан. Первый этап охватывает период с июля до начала декабря 1941 г., когда войска фронта вели тяжелые оборонительные бои. Это этап зарождения и организационного оформления партизанского движения, его становления. Руководство республики провело большую работу по подбору партизанских кадров и формированию отрядов, которые начали боевые действия, приобретая опыт и вырабатывая тактику в ходе боев.

Партизаны в походе

Второй этап, охватывающий период с декабря 1941 г. до июня 1944 г., — время стабильной обороны войск Карельского фронта, когда партизаны расширяли зону своих действий путем длительных и кратковременных рейдов по тылам врага. Они действовали не только в оккупированных районах Карелии, но и совершали походы на территорию Финляндии. На этом этапе определилась организационная структура партизанских сил, сложились и приобрели боевой опыт командные кадры, выработались основные принципы и черты тактики партизанской войны.

Третий этап связан с осуществлением решающих наступательных операций войск Карельского фронта. Он охватывает период от начала наступления советских армейских частей в июне 1944 г. до полного освобождения Карелии от финских войск в сентябре 1944 г. Боевая деятельность партизанских отрядов в это время тесно взаимосвязывалась с боевыми действиями частей Карельского фронта.

В первые месяцы войны партизанское движение в Карелии, как и в других районах страны, преодолевало огромные трудности становления, накапливало боевой опыт. Сложности и трудности заключались не только в организации отрядов, в чем не имелось опыта. Многим партизанам приходилось действовать без подготовки в прифронтовых районах или непосредственно на линии фронта. Сказывался и недостаток самого необходимого — оружия, боеприпасов, медикаментов, обмундирования и продовольствия. Большие трудности обусловливались отсутствием радиостанций, что не позволяло оказывать своевременную помощь партизанам авиацией.

Командир 1-й партизанской бригады И. А. Григорьев

Однако, несмотря на все сложности, партизанские отряды Карелии уже на первом этапе показали свою силу и способность наносить серьезные удары по тылам противника.

Своеобразие условий определило формы и методы, особенности партизанской войны в Карелии на ее втором этапе. На оккупированной территории республики проживало немногим более 80 тыс. человек, в основном женщин, стариков и детей, которые, естественно, не могли участвовать в вооруженной борьбе. При этом тысячи советских граждан находились в концентрационных лагерях. Из многих населенных пунктов население было перевезено в Петрозаводск и заключено в концлагеря. Причиной такого принудительного переселения, как отмечалось в одном из отчетов ВУВК, являлось партизанское движение, которое стало настолько «оживленным», что оккупанты «приняли меры по эвакуации населения». В таких условиях нельзя было рассчитывать на создание, пополнение и снабжение партизанских отрядов с помощью только жителей оккупированных районов. Известные трудности представлял для партизан и суровый климат — длинная снежная зима с сильными морозами, летом частые дожди, постоянная сырость, белые ночи, кроме того, бездорожье, леса и болота, многочисленные озера и реки. В силу этого партизанские отряды Карелии базировались на неоккупированной территории республики, вблизи линии фронта. Чтобы выполнить ту или иную операцию во вражеском тылу, им каждый раз приходилось дважды пересекать линию фронта, преодолевать расстояние от 300 до 500 км, нести на себе оружие, боеприпасы и продовольствие на весь период похода (нередко на 30-40 дней) и другой груз общим весом до 40 кг на человека. Сложную проблему представляла транспортировка раненых и больных из вражеского тыла. Своеобразие условий сказалось и на форме организации партизанских сил: как правило, действовали отряды численностью до 100 бойцов.

В начале 1942 г. по решению ЦК Компартии республики была сформирована партизанская бригада, состоявшая из 9 отрядов, минометной роты, пулеметного и разведывательного взводов общей численностью 1140 человек. Летом 1942 г. бригада (командир И. А. Григорьев, комиссар Н. П. Аристов) в составе шести отрядов («Боевые друзья», «За Родину», им. Тойво Антикайнена, «Буревестник», «Мстители», «им. Чапаева») провела глубокий рейд в тыл врага. Боевой задачей бригады ставилось — разгромить штаб 2-го финского армейского корпуса в районе Поросозеро и разрушить здесь коммуникации противника. Поход продолжался 57 дней. Бригада 26 раз вступала в бой с финнами и причинила им значительный урон в живой силе и технике. Советское информбюро 1 сентября 1942 г. сообщало об этом походе: «Партизаны прошли по лесам и болотам почти 700 км, нанося внезапные удары по коммуникациям противника. Против партизан были брошены пограничные части и шюцкоровские отряды. В боях с белофиннами партизаны истребили до 750 солдат и офицеров, уничтожили большое количество автоматического оружия, радиостанций, снаряжения и боеприпасов». В ходе операции проявились высокие боевые и моральные качества партизан, однако бригада понесла большие потери — только небольшая ее часть, около 100 человек, возвратилась на базу. Это объяснялось тем, что такому крупному соединению было невозможно скрытно перейти линию фронта, а затем успешно маневрировать во вражеском тылу. Поход бригады показал, что в условиях Карелии нецелесообразно действовать такими большими группировками. Поэтому в октябре 1942 г. бригада была расформирована, и каждый партизанский отряд вновь стал действовать самостоятельно. Периодически, когда проводилась та или иная более крупная операция, несколько партизанских отрядов временно объединялись под единым командованием.

Определенное впечатление о буднях партизанской борьбы дает дневник комиссара партизанского отряда Я. В. Ефимова, участвовавшего в указанном выше рейде: «9 августа [1942 г.]. Ночь провели на небольшой высоте в обороне, так как поблизости большие силы противника. Шел сильный дождь. Около 6.00 утра разведка противника обстреляла передовые дозоры 6-го отряда, завязалась короткая перестрелка, противник поспешно отошел, посланная для преследования группа не догнала его. Идем на северо-восток. Не доходя до северо-западного конца Второе Куккозеро, впереди идущую разведку и 4-й отряд с засады обстрелял противник. Убит комиссар 4-го отряда Плеве. Нашего начальника штаба отряда Пронина пришлось оставить... Он слишком плохо себя чувствовал, а нести никто не мог, люди обессилены. Он сам пришел к этому решению, спокойно и мужественно попрощался со всеми и вынул пистолет...

11 августа. Ночь прошла благополучно. В 5.00 утра идем на север. В 17.00 изменили азимут и пошли на восток. В координате 56-90 останавливаемся на привал. Вечером прилетели наши самолеты и дважды сбросили продукты. Другие две группы тоже подошли к озеру Гардюс и завтра присоединятся к нам. Сегодня в нашем отряде на марше с голоду и от сильного истощения умер боец Быстров.

14 августа. Ночь провели на месте. Утром около 6.00 снова подошла разведка противника. Наш дозор ее обстрелял, она скрылась. Противник снова стал подтягивать силы к нашей обороне. Вернулась разведка с реки Волома. Через болото, прямо на восток, идем к реке, до которой напрямую чуть больше двух километров. К реке вышли у бараков в координате 60-96. В 11.00 начали переправу на левый берег. Вскоре подошли отряды «Боевые друзья» и «За Родину». Путь у них оказался потруднее, шли с частыми боями. Переправу закончили в 12.00. Противника пока не видно. Командование бригады принимает решение дальше опять идти тремя группами, и чтобы каждая выходила в свой тыл самостоятельно. Каждой группе ставится боевая задача — вблизи линии охранения разгромить полевые гарнизоны противника. Но до линии финского охранения еще надо дойти...».

Командование финских войск предпринимало значительные усилия, чтобы парализовать партизанское движение. С начала 1942 г., когда стабилизировался фронт, финские части усилили охрану своих коммуникаций, укрепили оккупированное ими побережье Онежского озера и другие участки фронта, стараясь закрыть все пути прохода партизан в свои тылы. Были созданы укрепленные опорные пункты с артиллерией, пулеметами, наблюдательными постами и вышками, минными полями, проволочными заграждениями и т. п., организованы полевые заставы и передвижные дозоры. Зимой прокладывались контрольные лыжни, которые несколько раз в сутки проверялись дозорами. Вдоль дорог вырубались леса. Борьбу с партизанами вели пограничные и специально сформированные части, состоявшие из хорошо подготовленных и обученных солдат, использовавших служебных собак. Тем не менее, по признанию финляндского исследователя X. Сеппяля, летом 1942 г. «партизанское движение настолько расширилось, что ставка сочла нужным обратиться к войскам с письмом, где говорилось о заметном оживлении деятельности советских партизан, которая не только расширяется, но и приносит «разрушительные действия».

30 мая 1942 г. Государственный Комитет Обороны образовал при Ставке Верховного Главнокомандования Центральный штаб партизанского движения. Одновременно создавались партизанские штабы при военных советах фронтов, в том числе и при Военном совете Карельского фронта, начальником которого стал генерал-майор С. Я. Вершинин. Штаб партизанского движения и Военный совет Карельского фронта направляли боевую деятельность отрядов, проводили мероприятия по дальнейшему их усилению, подбору и подготовке кадров, организовывали рейды в тыл противника.

Партизанские отряды Карелии постоянно пополнялись свежими силами, так как в боях 1941 г. они понесли значительные потери, а некоторые влились в ряды Красной армии. Создавались и новые отряды. В марте 1942 г. появился отряд «Красное знамя», а в ноябре по инициативе секретаря ЦК комсомола республики Ю. В. Андропова — «Комсомолец Карелии». На Карельский фронт прибыли отряды, организованные в Мурманской («Советский Мурман» и «Большевик Заполярья»), Архангельской («Полярник», «Большевик» и «Сталинец») и Вологодской («За Родину») областях. В марте 1944 г. из Ленинградской области прибыл партизанский отряд «Ленинградец». Всего в течение 1942-1944 гг. сражаться в северных лесах прибыли 2366 бойцов, в том числе 553 из Архангельской области, 292 из Мурманской, 234 из Ленинградской, 120 из Вологодской области. Пополнение прибывало и из других районов страны. В отряде «Мстители», например, воевали посланцы Свердловской области и Красноярского края, в отряде «Железняк» — Ярославской области, в отрядах им. Т. Антикайнена и им. Чапаева — Коми АССР, в отряде «Буревестник» — Иркутской области, в отряде «Красное знамя» — г. Ташкента.

Партизанские отряды в этот период лучше обеспечивались оружием, боеприпасами, продовольствием и обмундированием. В 1943 г. уже каждый отряд имел рацию и опытных радистов, что значительно повышало их возможности, оперативность управления отрядами и оказания им необходимой помощи авиацией. На учебном пункте штаба партизанского движения велась подготовка командиров взводов и отделений, радистов, инструкторов-подрывников. Все прибывшее пополнение до зачисления в отряды проходило, как правило, месячные сборы на этом учебном пункте. Особое внимание обращалось на подготовку к боевым действиям бойцов в условиях севера — хождению на лыжах, умению ориентироваться на местности и т. п.

За период с начала 1942 и до июня 1944 г. партизаны провели много походов в тыл врага и боевых операций. В январе 1942 г. партизанская бригада разгромила вражеские гарнизоны на Большом Клименецком острове Онежского озера. Совершив ночью при 30-градусном морозе и встречном ветре 40-километровый бросок по льду озера, бойцы скрытно подошли к намеченной цели и внезапно в разных пунктах острова атаковали противника. В результате смелого удара вражеские гарнизоны в деревнях Воевнаволоке, Конде, Клименицах, Сенной Губе, Кургеницах оказались разгромленными. В феврале 1942 г. партизаны бригады в результате смелого налета разгромили гарнизоны противника на западном берегу Онежского озера в поселке Карелгранит и на Маяке, а 10 марта 1942 г. уничтожили финский диверсионный отряд в устье р. Водлы.

С 11 по 22 июля 1942 г. во вражеском тылу на ребольском направлении действовал партизанский отряд «Вперед» (командир К. В. Бондюк, комиссар В. И. Поташев). Его бойцы уничтожили на шоссейных дорогах несколько автомашин с солдатами, сожгли 4 деревянных моста и порвали более 400 м телефонных проводов. На этом же направлении с 11 июня по 11 августа партизанский отряд «Красный онежец» провел пять боевых и восемь разведывательных операций, уничтожив при этом два вражеских гарнизона, три склада с продовольствием и военным имуществом. С 19 августа по 2 октября 1942 г. этот отряд совершил поход в тыл врага на ухтинском направлении, во время которого разгромил вражеский гарнизон в д. Толлорека.

Активно действовал в 1942 г. на Кандалакшском направлении отряд «Полярник» (командир Д.А. Подоплекин, комиссар Д.Г. Майзер). Об одной из операций отряда «Полярник» Совинформбюро сообщало: «19 июля гитлеровцы и их финские подручные в торжественной обстановке открыли только что построенный мост длиною около 70 м. В ночь на 20 июля этот мост был взорван партизанами отряда «Полярник». Через несколько дней бойцы этого же отряда пустили под откос железнодорожный эшелон с боеприпасами и истребили 78 вражеских солдат и офицеров...». Для охраны шоссейной и железной дорог оккупанты были вынуждены выделить значительные силы.

За время летних операций 1942 г. карельские партизаны нанесли существенный ущерб немецко-финским захватчикам в живой силе и технике. Они организовали семь крушений воинских поездов, разбив при этом 5 паровозов, 128 вагонов, уничтожили 59 автомашин, 3 трактора, 10 складов с продовольствием и боеприпасами, взорвали 18 железнодорожных и шоссейных мостов, разгромили 9 вражеских гарнизонов. Противник потерял убитыми около 2 тыс. солдат и 28 офицеров.

Боевые действия партизан в 1943 г. проходили в период коренного изменения обстановки на советско-германском фронте: завершения разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом, грандиозной Курской битвы и наступления советских войск по всему фронту. Партизанские отряды значительно активизировали свою деятельность. В январе 1943 г. сводная группа из четырех партизанских отрядов («За Родину», им. Т. Антикайнена, «Боевые друзья» и им. Чапаева) под командованием В. М. Лопаткина, пройдя по льду Онежского озера за одну ночь более 30 км, внезапно атаковала гарнизоны противника в деревнях Линдоме, Крестовой Губе, Тамбиц-Маяке. Партизаны истребили свыше 200 вражеских солдат и офицеров, уничтожив несколько орудий, минометов, пулеметов, взорвали склады с боеприпасами и снаряжением. В марте 1943 г. другая сводная группа партизанских отрядов («Вперед», «Буревестник», «Железняк» и «Красный Онежец») под общим командованием К. В. Бондюка, преодолев на лыжах 180-километровый путь, разгромила вражеский гарнизон в д. Мергубе (Ругозерский район), уничтожила гараж с автомашинами, склады с боеприпасами, военным имуществом и горючим.

Бойцы партизанского отряда «Красный онежец». Зима 1942 г.

Партизанский отряд «Советский Мурман» (командир С. Д. Куроедов, комиссар В. Н. Васильев) в течение лета 1943 г. совершил три успешных операции в глубоком тылу врага, пройдя по сильно пересеченной местности свыше 1000 км. Отряд «Красный партизан» (командир Ф. Ф. Журих, комиссар В. Н. Пертунен) во время 95-суточного похода в глубоком тылу врага разбил финский карательный отряд, разгромил 2 гарнизона, уничтожил при этом большое число солдат и офицеров, склад с боеприпасами, 5 казарм, много военного имущества. Активные боевые действия вели и другие отряды. Всего за 1943 г., по неполным данным, партизаны разгромили 20 вражеских гарнизонов, уничтожили несколько тысяч солдат и офицеров противника, 5 железнодорожных эшелонов, взорвали 5 мостов.

Ряд боевых операций провели партизанские отряды зимой 1943/44 г. Однако следует заметить, что их зимние походы оказались не столь успешными, как прежде. Объяснялось это двумя причинами. Во-первых, в связи с предполагаемым наступлением войск Карельского фронта партизаны выполняли специальные задания по разведке оборонительных сооружений и сил противника на отдельных направлениях. Этим самым они выполняли большую и ценную работу для общего дела разгрома врага, но меньше нанесли ущерба живой силе и технике противника. Во-вторых, пользуясь длительной стабильностью линии фронта, противник, обеспокоенный смелыми действиями партизан, оттянул с переднего края обороны значительные силы, укрепил старые и создал новые гарнизоны, усилил охрану коммуникаций, что значительно затруднило проход партизанских отрядов во вражеский тыл и их боевые действия.

Группа бойцов отряда «Красный партизан»

В связи с подготовкой к наступлению войск Карельского фронта партизаны в начале 1944 г. значительно активизировали свою деятельность. 1-2 июня 1944 г. ЦК Компартии республики провел совещание командиров и комиссаров всех партизанских отрядов Карелии и Заполярья, где перед ними были поставлены конкретные задачи в связи с предстоящим наступлением советских войск.

Летом 1944 г. на территории Карелии и Заполярья действовало 19 партизанских отрядов, в которых насчитывалось 1557 бойцов. Наступление советских войск на Карельском перешейке и в южной Карелии создало благоприятную обстановку для действий в тылу противника. Финское командование вынуждено было ослабить гарнизоны и охрану своих тылов, что позволило партизанским отрядам усилить боевые действия на важнейших коммуникациях противника. Поэтому, например, из 19 отрядов, выполнявших боевые задания, 18 проникли в тыл противника незамеченными. Партизанские отряды, действовавшие на севере Карелии, своими боевыми операциями препятствовали переброскам вражеских частей на участки фронта, где осуществлялось наступление наших войск. За три месяца летних операций 1944 г. партизаны разгромили 9 гарнизонов противника, пустили под откос 17 воинских эшелонов, уничтожили 306 вагонов и много вооружения и боеприпасов. Они взрывали мосты и линии связи, устраивали засады на путях отступления врага. Тем самым оказывалась большая помощь войскам Карельского фронта в их успешном наступлении и быстрейшем освобождении территории республики от немецко-финских оккупантов.

Парад партизан Карельского фронта в Петрозаводске. 8 октября 1944 г.

38 месяцев длилась самоотверженная борьба партизан Карелии. 8 октября 1944 г. в освобожденной столице Карелии г. Петрозаводске состоялся парад партизан. В этот день в обращении ко всем трудящимся республики партизаны рапортовали о своих делах за три года войны: они уничтожили и ранили несколько тысяч вражеских солдат и офицеров, разгромили 53 гарнизона противника, организовали 31 крушение воинских эшелонов, взорвали 151 мост, 314 автомашин, 78 складов, уничтожили много другого имущества врага. Это был ощутимый вклад в общее дело разгрома немецких и финских захватчиков на советском Севере.