Когда Ната закончила писать, я поднялся, приоткрыл дверь, осмотрелся, чтобы не попасться, но во дворе никого не было. Мы вновь проскочили в наш закуток, где нас встретила заждавшаяся Маринка.

Втроем мы вновь влезли в теплую воду, я нежными движениями смыл с тел девочек сперму и потом мы еще долго плескались в ванне, пока Наташу не позвала мама.

Наташка быстро вытерлась полотенцем, надела сарафан и умчалась. Мы с Маринкой остались вдвоем. Она сидела у меня на ногах, спиной ко мне, даже не сидела, а полулежала, откинувшись на мою грудь. Я гладил ее ножки, потихоньку продвигаясь вверх к девчоночьей письке, но Маринка вдруг отвела мою руку и поднялась из ванны.

— Мне пора, скоро мама вернется с работы, а в это время я должна быть дома.

— Завтра придешь?

— Конечно! Мне очень понравилось! А тебе?

— Спрашиваешь! Конечно.

Марина оделась и убежала домой. Я вылил воду из ванны, перевернул ее возле стены, чтобы высыхала, развесил на веревочке полотенце, забытое Наташкой и вышел из тупичка во двор. Ната возилась с проснувшейся к тому времени Ленкой.

— А Марина где?

— Домой побежала, да и я пойду, пожалуй…

— Еще выйдешь?

— Сегодня, наверное, нет. Вечером по дому дел много. Завтра точно выйду, поиграем.

Я шел домой и думал о том, что день прошел отлично, что до конца каникул еще уйма времени, и еще о том, что дружба с девочками — очень приятное занятие…

* * *

На следующее утро, позавтракав, я вышел во двор. В песочнице сидела Ленка и лепила куличи. Я подошел поближе и присел на бордюр песочницы, наблюдая за тем, как трусики сидевшей на корточках Ленки то и дело открывают ее маленькую письку, когда их хозяйка двигалась. Иной раз девочка и подрачивала, нисколько не стесняясь меня, сдвинув склалку трусиков вбок. Ведь это было вполне естественно.

Со стороны дома послышались шаги. Это шла тетя Софа.

— Доброе утро! Не присмотришь за Леной? А я через полчаса вернусь, только в магазин схожу.

— А Наташа где?

— Спит еще, лентяйка… — улыбнулась тетя Софа.

— Конечно, посижу, не беспокойтесь.

Соседка, захватив с собой сумку, ушла, хлопнув калиткой. Я огляделся по сторонам. В принципе, в доме и дворе мы остались втроем — Ленка, я и спящая Наташка. Все взрослые разошлись кто куда, то на работу, то по магазинам.

Я перешагнул через бортик, подошел к играющей девочке и опустился рядом с ней на колени, потом вообще прилег, чуть ли не касаясь носом ножек малышки. Ленка, играя, упала на спину и в ее трусики набился песок. Ее спинка тоже испачкалась, и я, подняв девочку, стряхнул прилипшие песчинки, потом провел руками по ее попке под трусиками, почистив и слегка ее помяв. Мне понравилось ощущение нежной кожи под пальцами.

Я взял малышку на руки. Она обняла меня за шею и обхватила ножками талию. Я подхватил ее под попку ладонью, при этом мои пальцы проникли в трусики. Так, с Ленкой на руках, я пошел в тупичок за сараи. Там я, не спуская ее с рук, присел на стул.

Мои пальцы путешествовали по промежности девочки. Я потихоньку гладил щелку, перебирая пальцами нежные складки. Попробовал просунуть палец чуть вглубь, но Ленка недовольно заерзала. Я приподнял девочку, поставил ее себе на колени и приспустил трусики, обнажив маленький детский лобочек. От открывшейся передо мной картины мой уже давно напружиненный член еще более напрягся и буквально рвал шорты. Я расстегнул молнию и высвободил его. На головке выступила капля смазки. Обхватив Ленку за бедра, я положил большие пальцы на ее письку и осторожно раздвинул мягкие губки. Потом приблизил лицо к ее лобку и провел языком по раскрывшемуся разрезу. Ленка захихикала, видимо ей было щекотно.

Я совсем снял с четырехлетней девочки трусики и посадил ее себе на ноги так, что ее ножки свисали по сторонам, а писька прижалась к моему члену. Приподняв ее одной рукой за попку, другой рукой я направил головку члена ей во влагалище. Девочка не сопротивлялась. Головка, раздвинув наружные губки, уперлась. Я не хотел лишать малышку девственности, да и размеры явно не подходили, поэтому я просто стал двигать Ленку за попку так, что ее писька скользила по моему члену. Она была горячая и быстро увлажнилась.

Ленке нравилось тереться о мой член вагинкою, мне тоже нравилось держать дитя на руках… Это было на редкость приятно… В конце концов я почувствовао, как от этих ерзаниий перестаю сдерживаться и делаю трусы мокрыми… Нет, я, конечно, не описался. Просто почувствовал, как толками освобождаюсь от какой-то излишней жидкости, которая доврольно-таки уже давно копилась во мне, и вот теперь, благодаря этому милому ребенку, вырывается наружу.

Девчонка давно чувствовала вставший член, хотя сразу не поняла, что к чему. Но не задавала дупацких вопросов, умница. Поелозила. Держа девочку на руках, спустил. Она так сладко тёрлась через девичьи трусики.

Убрав сдувшийся член в шорты, натянул трусики на Ленкину попку, подхватил ее на руки и пошел к дому.

Открыв дверь Наташкиной квартиры, я прошел в зал, где опустил Ленку на пол в углу, где были сложены ее игрушки. Она занялась игрой, а я потихоньку прошел в детскую, где, разметавшись по кровати, спала Наташка.

Из-за жары, с самого утра накрывавшей тяжелым пологом все вокруг, она спала ничем не укрываясь, а из одежды на ней были только узенькие х/б трусики, вдобавок сбившиеся в сторону настолько, что почти оголяли ее письку.

Я на цыпочках подошел к кровати и осторожно отодвинул полоску трусиков в сторону, полностью открывая Наташину щелку. Потом смочил палец слюной и провел им по нежным складкам.

Тут же мне пришлось отдернуть руку, так как Наташа заворочалась, просыпаясь. Она открыла глаза, увидела меня и удивленно спросила:

— Ты как здесь очутился?

— Тетя Софа пошла в магазин, Ленку оставила под моим присмотром в песочнице, но она упала и вымазалась в песке, я ее отряхнул, но надо переодеть, а то трусики грязные.

— Да ладно, пусть в этих бегает, все равно через пять минут будет такая же, как сейчас.

— А что это ты до сих пор еще спишь? Я уже давно проснулся, уже успел и чаю попить и по двору кое-что сделать, еще и за твоей сестренкой приглядывал.

— Да я вчера поздно легла спать, книга интересная попалась… Ты никому не расскажешь про нее, если я тебе ее покажу?

— А что за книга?

— Это даже не книга, а скорее тетрадь, почти все написано от руки, но много вклеенных фотографий и несколько статей из каких-то журналов. Есть даже просто рисунки.

— Ната, я уже и так умираю от любопытства… Что это за книга?

— Поклянись, что никому про нее не расскажешь!

— Клянусь!

— Она похабная… Неправильная… Там девочки трогают себя руками. Это так стыдно. Но мне тоже нравится писю трогать. Хочешь посмотреть, как я это делаю?

Девочка уселась на кровати и, широко расставив ножки, стала усердно теребить писю. Мой член поднялся уже в котоый раз, и я тоже принялся теребить его через трусы. Вынув орган, я начал гонять залупу. Наташа спустила, ей было очень приятно. Я тоже кончил.

Наташка сунула руку под подушку и достала из-под нее толстую общую тетрадь, распухшую от вклеенных в нее фотографий. Потом протянула, улыбаясь, тетрадку мне. Рука девочки по-прежнему находилась между ног. Я раскрыл обложку и сразу обратил внимание на фотографию, на которой крупным планом было изображено влагалище со вставленным в него членом.

— Ну ничего себе! — вырвалось у меня.

— Там еще поинтересней есть, листай дальше.

Не вчитываясь в текст, я быстро пролистал тетрадь. На фото, цветных и черно-белых, были показаны, наверное, все способы занятий сексом: и анальный, и оральный, и, само собой, обычный. Что интересно, на снимках были не только взрослые тети и ляди, но и дети, вроде нас, и даже младше, вроде Ленки. Одна из таких малышек с явным наслаждением облизывала огромный эрегированный член — не иначе, ее папашки, или, может быть, еще какого доброго дяденьки, преданного друга семьи. Другая сосредоточенно наяривала в кулачке писюн пацаненка, наверно, братца, старше ее от силы годика на два. Мальчишка щурился от удовольствия и, похоже, был готов забрызгать младшую сестренку своею детскою струйкой мальчишеской малофьи.

От увиденных фотографий у меня стало тесно в шортах. Я покосился на Наташку. Она заглядывала через мое плечо, ее глаза горели, а правой ладошкой она натирала письку. Таки самыми интересными сюжетами были темы с детьми, нашими сверстниками. Девочка лет восьми в полупрозрачной ночной рубашке с явным удовольствием ласкала пенис мальчишки, оттопыревшим от пижамы хуек.

— Ната, а ты не хочешь так же? — спросил я, показывая на фото, где пара занималась оральным сексом в позиции 69.

— Хочу, но скоро мама должна вернуться.

— А пошли в наш уголок, там нам никто не помешает…

— А Ленка? Ее куда денешь?

— С собой возьмем, она маленькая, ничего не поймет и не расскажет. Сейчас снова воды в ванну наносим, нагреется, сами искупаемся, Ленку искупаем.

— Ладно, пойдем.

Наташка быстро застелила кровать покрывалом, надела шортики и маечку и мы, прихватив с собой Ленку с охапкой игрушек, пошли в свой тупичок. Ната возилась с сестренкой, а я установил ванну на солнцепеке и натаскал в нее воды.

— Ну вот, вода уже набрана, можно и передохнуть. — С этими словами я вытянулся на раскладушке. Полуприкрыв глаза, я смотрел на стоявшую на коленях Наташку, которая играла с сидящей на корточках сестрой. Зрелище было замечательное: попка Наташки, обтянутая шортиками, а ниже, меж ее расставленных ног было видно письку Ленки, так как ее трусики вновь отвисли и ничего не скрывали. Мой член снова поднялся.

— Ната!

— Чего?

— Оставь ее, иди сюда, пускай сама играет.

Наташа выпрямилась и подошла ко мне. Ее взгляд сразу остановился на бугре, выпирающем у меня в шортах. Она улыбнулась и начала раздеваться. Я тоже быстро сбросил шорты вместе с трусами и подвинулся, давая ей место рядом с собой. Наташа легла рядом и прижалась ко мне своим худеньким телом.

Я обнял ее одной рукой, а вторую положил на низ Наташиного живота. Она тоже обняла меня и поцеловала в губы.

— Ну что, попробуем, как в книге?

— Давай!

Ната поднялась и встала на колени надо мной, так, что ее писька находилась прямо у моего лица, потом легла на меня грудью и взялась за мой торчащий член двумя руками. Она оттянула кожицу вниз и подула на головку, потом лизнула ее.

— А это вкусно, ты чуть-чуть соленый.

С этими словами она взяла головку в рот и начала ее посасывать, как барбариску, мне стало очень приятно. Желая сделать приятное и Наташе, я взялся за ее попочку и пригнул ее вниз, чтобы добраться до вожделенной дырочки. Я лизнул Наташину щелку и сообщил ей:

— А ты на вкус кисленькая.

Наташка хихикнула, продолжая облизывать мою головку. Я обхватил крошечный Наташин клитор губами и слегка покатал его. Ната застонала. Розовая дырочка ее попки стала сжиматься перед моими глазами. Недолго думая, я намочил палец слюной и потихоньку стал его вставлять внутрь попки. На удивление, он почти свободно вошел на всю длину. Наташа охнула и вдруг вобрала в ротик член до основания, я даже удивился, как он влез… От неожиданности я почувствовал, что больше не могу сдерживаться и начал спускать свою сперму в ротик Наташки. Она поперхнулась, но так как я не прекращал ласкать ее клитор и дырочку попки, жадно проглотила все, что я слил ей в рот и тут же сама кончила, сжимая мой палец мышцами попки и брызнув на меня ароматной влагой из своей девственной щелки. Я не вынимал пальца из попы девочки. Ей быдо явно приятно.

Наташка распласталась на мне, переводя дыхание. Я вынул палец из попки и тоже лежал, расслабившись.

— Если бы кто знал, до чего же хорошо… Когда ты мне пальчик в попу вставил, мне так приятно стало… Я сама люблю туда себе то пальчик вставлять, то фломастер. И мне так хорошо делается…

— Я так и понял, что ты любишь играться со своей попкой, очень уж свободно мой палец туда вошел… Маринка скоро придет?

— А что?

— Ты ей про книжку не говорила?

— Так это она мне и принесла, ей кто-то из подружек дал почитать.

— Да-а, если родители эту тетрадку найдут, попы будут синие от ремня.

— И не говори, поэтому я ее и прячу.

— Ну так все-таки, когда Маринка появится?

— Да уже скоро должна прийти. А ты что, хотел и с ней так же развлечься?

— А почему бы и нет? Или ты ревнуешь?

— Вот уж ни капельки! Мне даже интересно будет на вас посмотреть.

Надо заметить, она посмотрела.

В это время заигравшаяся Ленка куда-то влезла, а Наташка, вскочив с раскладушки, бросилась к ней и, наклонившись, стала ей помогать. Вид сзади был чудесный: округлая попка, а внизу меж слегка расставленных ног, выпуклость лобка. Ната повернулась ко мне.

— Опять смотришь?

— Мм, Лена… Твоя попа… Слушай, давай оденемся пока, а то вдруг кто-нибудь зайдет…

— Ага, давай.

Мы быстро оделись и занялись кто чем. Ната возилась с сестрой, а я принес молоток и гвозди, сделал вешалку, потом приволок из сарая старое зеркало и повесил его на стенку. Стало уютней.

— А если дождь пойдет, куда спрячемся, вы подумали? — спросил я у Наташки.

— Когда дождь был, мы в комнате играли.

— Понятно. Я предлагаю устроиться в нашем сарае, там, где старая мебель. Только там надо порядок навести и расставить все как надо. А здесь пусть останется как есть: и ванна и раскладушка. В жару будем здесь играть, а по вечерам или в дождь — в сарае.

Наташка запрыгала и захлопала в ладошки.

— Скорее пошли!

— Сейчас, только ключ возьму… Забирай Ленку и подходи к сараю.

Я сбегал за ключом и, немного повозившись с замком, открыл дверь.

— Да тут можно неплохо устроиться.

— Ага, только пыли много, порядок наводить надо, а так все есть — и диван-кровать, и пара кресел, даже свет есть и розетки работают. Я сейчас сюда приемник принесу.

Я отправился за ВЭФом, а Наташка, отведя Ленку домой и сдав ее вернувшейся тете Софе, вместе с пришедшей Маринкой занялась наведением порядка. Девчонки принесли веник, ведро, какие-то тряпки и развили бурную деятельность, выставив меня за дверь, чтоб не мешал. Иногда они звали меня, чтобы передвинуть что-либо тяжелое и опять отправляли во двор. Я слонялся по двору, слыша шум работы и хихиканье девчонок, видимо, Ната делилась с Маринкой последними новостями.