Я слыхал о подземной железной дороге. Я был бы рад, если бы она действительно существовала, пусть даже мне и не воспользоваться ею. Но у кого-то же получалось пробраться на Север: вот во что хотелось верить и мне, и многим из нас. Мне было больно при мысли, что без белого спутника, без того, кто сойдет за белого, я не могу свободно перемещаться по свету и обречен скрываться в лесу. Без белого, который заявит, что я его собственность, нет оправдания моему присутствию где бы то ни было – а может, и существованию.

Из укрытия я посмотрел на берег. Все выжившие собрались в одном месте ниже по течению. Мертвые остались лежать где лежали. Я поискал взглядом длинное тело в короткой, дурно сидящей одежде. Сам не знаю зачем. Видеть мертвого Нормана у меня не было ни желания, ни нужды. Однако рядом с безжизненным телом какой-то толстухи я заметил коричневый квадратик. Не сознавая, что делаю, я спустился с травянистого склона холма, на котором мы прятались, на берег. Чем ближе я подходил, тем более убеждался, что это мой блокнот. Так и оказалось. Мне следовало бы оглядеться по сторонам, действовать осмотрительнее, но я не подумал. По глупости, по рассеянности я допустил промах.

– Эй! Глядите! – крикнул кто-то. – Этот негр грабит мертвую белую женщину!

– Он притронулся к ней? Он притронулся к ней? – завопил другой. – Господи помилуй, он точно к ней прикоснулся.

– Эй, да я же его знаю!

И я, как идиот, обернулся к тем, кто указывал на меня.

Среди них был и Дэниел Эммет. Он мигом смекнул, чем именно я занимаюсь.

– У этого раба мой блокнот! Он не ее, он меня ограбил!

К счастью, люди на берегу от изнеможения могли только указывать пальцами и громогласно негодовать. Движимый страхом, я припустил прочь. Я понесся на север по берегу, потом ринулся обратно в лес.

Утомленный, я прислонился к платану, чтобы перевести дух. Я так силился отдышаться, что не сразу заметил Гека. Все это время он бежал за мной по пятам.

– За нами никто не гонится, – сказал он.

– Это пока. – Я посмотрел на него. – Что ты творишь?

– Ты спас мне жизнь, – сказал Гек. – Твой друг тонул, но ты выбрал меня. Ты спас меня.

– Ну да.

– Нам нужно держаться вместе.

– Нам нужно отнюдь не это, – возразил я. – Мне нужно попасть на Север и стать свободным. Мне нужно заработать денег и послать кого-нибудь выкупить мою семью.

– Я тебе помогу.

– Даже если я вру? – я всмотрелся в его лицо. – Слушай, ступай на берег, а как придет шериф, скажешь ему, что ты из Ганнибала, и тебя отправят домой.

Я выпрямился и направился прочь. Гек увязался следом.

– А это что? – Он указал на блокнот.

– Книжка, – ответил я.

– И ты умеешь читать? Я так и знал. Мы же дружим с тобой всю жизнь! А ты настолько мне не доверяешь, что даже этого не сказал. Что за книжка?

– Она пустая. Я в ней пишу.

– Она вся мокрая.

– Высохнет.

– Ты умеешь писать? Я вот с трудом. Что еще ты умеешь? Летать? О чем еще ты мне не сказал?

– Теперь я сказал тебе обо всем.

Гек впился в меня взглядом.

– Будет лучше, если каждый из нас пойдет своей дорогой, – добавил я.

– Нет, я с тобой.

– Зачем? Я же тебе вру. Я же тебе не доверяю.

Он пропустил эти слова мимо ушей.

– Если тебя увидит кто-то из белых, я могу, как и раньше, сказать, что ты мой. Я могу сказать, что ты мой раб и мы направляемся домой, что мы искали корову, она потерялась или ее украли.

– Ты, как и раньше, еще ребенок. Никто не поверит, что я твой раб. Идея дурацкая – и была, и есть. – Я направился дальше.

Гек не отставал.

– Я тебе пригожусь.

Как ни досадно мне было это признавать, но он был прав. Если я буду изображать преданного раба, любой белый поверит в россказни Гека. И еще в глубине души мне не хотелось бросать его здесь одного. Я шел впереди, он следом. Мы шли несколько часов, и река все время была от нас сбоку, текла рядом с нами.