Церковь Света – это как государство в государстве. Сначала была создана она, и только потом, при её помощи на нашем континенте возникла Светлая Империя. Многие столетия именно церковь диктовала внутреннюю политику, пока… ситуация не изменилась, и дед нынешнего императора не призвал тёмных магов. Как ни удивительно, но это стабилизировало империю и принесло благополучие людям.

Всем, кроме Ордена инквизиторов. Они утратили цель и смысл. Столько лет бороться против тьмы…

При должном подходе и эта организация может обрести новое начало. Но не все её члены…

– И что будешь делать? – прервала я затянувшуюся паузу.

– Тут нужно действовать тонко… – задумчиво протянул Верлицкий.

Возможно, он ещё хотел что-то сказать, но нам помешали.

– Его преосвященство Алексий Добронравов и достопочтенный брат Курк! – торжественно провозгласил дворецкий.

– А эти что здесь забыли? – проворчал Дэнис. – Проси!

Мы оба приняли приличные позы, Верлицкий даже пересел на отдельный стул.

Фрост же ввёл к нам парочку соглядатаев.

– Хорошего вечера, – расплылся в слишком сладкой улыбке плюгавый инквизитор. Его сопровождающий предпочёл молча поклониться, и то лишь Верлицкому.

– Чем обязаны? – поднялся Дэнис в приветствии, я же решила не утруждать себя реверансами и просто устало кивнула.

– Ну как же! – развёл руками наш гость. – Такие хорошие новости! Я нисколько не сомневался в вашей доблести, брат! А госпожа Каролина? Какова героиня!

– Вы о чём? – заподозрила я нехорошее.

– Вы нашли коварную убийцу бедного брата Харта! Настоящую тёмную ведьму отступницу! Зверя в человеческом обличии! Мы как узнали, сразу поспешили к вам!

И как, интересно, они узнали? Я покосилась на Верлицкого, но судя по упрямо сжатой челюсти, узнали они это явно не от него.

– Расследование ещё продолжается, брат Алексий. Ведьма Аврикия пока имеет статус свидетеля. Какими бы ни были её другие преступления.

– Ах! Всё это ваша скрупулёзность, брат Дэнис! – махнул рукой противный старик, подходя ближе к нему, – всё же уже понятно! – Он попытался сесть в кресло, согнав Чера, которого принял за обычного кота, но был немедленно атакован без предупреждающего шипения, котик полоснул его когтём по наглой руке. – Ай!

– Вам помочь? – не шелохнулась я, зато в моём голосе звучало заботы не меньше, чем восторга в речи инквизитора.

– Нет, нет, всё в порядке, – тряся рукой, немедленно переместился тот на стул. – Котики они такие, – скривился он, – игривые.

– Да, Чер у меня очень… игривый, – согласилась я. – Так что вы говорили?

– Я говорил, дражайшая госпожа Каролина, что вы теперь наша героиня. Так искусно выйти на опытного врага! Вам уже пишут благодарность от имени Великого инквизитора! Это такая честь! Вы же понимаете, госпожа Каролина? – последнюю фразу он произнёс, слегка наклонив голову и пристально смотря мне в глаза.

Видимо, чтобы я прониклась и всё поняла.

Я-то, как раз поняла и, можно сказать, сильно прониклась. Всё предельно ясно. Но мне интересно, какой ход будет дальше. И что сделает мой Тёмный инквизитор, и главное, что потом сделаю я.

Благосклонно улыбнувшись, ответила плюгавому:

– Большая честь, ваше высокопреосвященство, но не рано ли?

– Поощрять героев никогда не рано! – бодро ответили мне.

Какая прелесть!

– Действительно, небывалый прецедент, – сухо согласился Верлицкий, но его явно не поняли.

– Вам тоже будет благодарность! От самого Великого инквизитора! Лично!

– Нет, – Верлицкий сказал это так, что стало тихо.

Даже Чер перестал демонстративно вылизываться.

– Я повторю, расследование ещё не окончено.

Верлицкий стоял посреди комнаты и чёрные тучи сгущались вокруг него, их мог почувствовать любой владеющий силой.

– Да, да, я понимаю, – тут же засуетился плюгавый. – Безусловно, ваша репутация безупречна. И суд, и решение – всё будет после полного окончания вашего расследования. Но… – тут он, мгновенно подскочив, оказался прямо перед Верлицким, – мы же можем забрать арестованную? В Обители есть подходящие условия для содержания столь… опасного существа.

Верлицкий и Главный инквизитор смотрели друг другу в глаза, и никто из них не отводил взгляд.

По большому счёту, мы так и собирались сделать. И даже нет оснований отказывать. Но пахло всё это – и их визит, и благодарности, и эта просьба, больше напоминающая требование – как-то не очень. Точнее, пахло желанием замять дело.

– Конечно, – отступил Верлицкий, – буду благодарен за помощь. Только… мой Пёс вас сопроводит. Для вашей же безопасности.

Теперь Тёмный инквизитор был сама любезность.

– Вышло не очень-то… тонко. – заметила я, после отъезда соглядатаев вместе с арестованной.

– Мне нужно к Тару. Немедленно. Поедешь со мной?

– Нет. Я лучше почитаю ещё.

– Уверена? – Верлицкий внимательно посмотрел мне в глаза.

– Да.

Он кивнул и вышел.

Вот и посмотрим, как мы доверяем друг другу. Ведьмы и инквизиторы.

Новое утро началось не так благостно, как предыдущее.

За мной явилась имперская служба безопасности, дабы препроводить к их главе. По крайней мере, так выразился суровый капитан средних лет. Спасибо, что не арестовали.

В стерильно чистом и по-канцелярски скучном кабинете сэра Персиваля я сидела и смотрела, как этот образец государственности что-то строчит в своих документах, даже не поднимая глаз на «гостью».

Пока Главный безопасник «мариновал» меня, я его разглядывала. Потрясающе красивый мужчина. Если Тар поражал своей силой, то сэр Персиваль – красотой. «Золотой мужчина», так его прозвали в свете. Он весь светился солнечным светом, волосы и даже кожа, он производил ошеломляющее впечатление. Сильнейший маг света, даже Зейфиран восторгалась его способностями.

Не первый раз я встречалась с ним. Но почему-то ни разу у меня не возникло желания заполучить его в свою коллекцию. Почему такой красавец не вызывал во мне желания? Загадка. Но на меня он производил какое-то скучное впечатление, как какой-нибудь начальник или чинуша, кем он, впрочем, и являлся.

Раньше, когда у меня была интрижка с наследным принцем, этот гордец был вынужден прикрывать и охранять меня. Подозреваю, сие ему сильно не нравилось. Возможно, сейчас он будет отыгрываться, теперь-то у меня нет высокой защиты.

– Итак, – отложив в сторону свои бумаги, наконец выдал он, – вы, госпожа Каролина, занимаетесь расследованием происшествия в Обители Ордена инквизиторов.

– Это вопрос или утверждение, ваша светлость?

На меня мрачно посмотрели.

– Что вы можете рассказать о ведьме Аврикии?

– А не могли бы вы прояснить мне один момент, сэр Персиваль? Министр Тар передал мне просьбу его величества помочь с этим делом. И я так понимаю, отчитываться мне надо ему.

– Всё, что касается безопасности империи, касается и меня, госпожа Каролина. Уж вам ли не знать?

– Ах вот как… А разве это дело касается безопасности империи?

– Это вы мне скажите.

– Расследование ещё ведётся, – пожала я плечами.

Персиваль тяжко вздохнул:

– Каролина, мы с вами уже хорошо знакомы, и я… хочу помочь вам. У меня, конечно, есть результаты расследования, – он указал на бумаги, которые при мне же и изучал, – и всё выглядит так… словно существует заговор ведьм.

– Заговор? – мои брови взлетели вверх от этой изумительной чуши.

– Я знаю вас, вы знаете меня. Расскажите мне, что на самом деле произошло? Этот отчёт Церкви Света верен?

Так проникновенно глава имперской безопасности со мной ещё никогда не говорил.

– Дорогой сэр Персиваль, я же могу вас так называть, памятуя наше давнее знакомство?

Безопасник благожелательно кивнул.

– Дело в том… что я… не читала ваш отчёт. Поэтому и не могу сказать, верен он или нет, – я мило улыбнулась.

– Хорошо, – сэр Персиваль был явно терпелив со мной, и, скорее всего, из-за Зейфиран, в которую был влюблён. – Я вам покажу его.

И он протянул мне бумаги.

А бумаги эти были интересно составлены. В отчёте Верлицкого о результатах моих исследований, где указано, что Натанеэль Харт был отравлен «Бодростью молодости», написано о версии, что некая (неизвестная) ведьма пила его силы. В качестве подозреваемой указана Аврикия Блоудбери. Но ни слова нет о «Вечном покое», которым хотели умертвить будущего покойника ещё раньше.

Зато отчёт Старшего инквизитора Алексия Добронравова всё прекрасно разъяснял.

В нём подводились, так сказать, итоги «расследования». Ведьма Аврикия называлась убийцей, именно она, поняв, что не смогла отравить святого человека, ворвалась в Обитель (и как смогла то!) и снесла ему пол черепа своей богопротивной магией. А так как было чётко доказано, что она пила силы инквизиторские при соитии, то дальше от его преосвященства Добронравова следовала просьба проверить всех ведьм в столице на сие дело мерзкое.

Да уж, что-то высокой благодарности себе я тут не заметила.

– И как вам? – не дождался моей реакции безопасник.

– Прекрасный образец художественного вымысла. Впрочем, именно такой шедевр следовало ожидать от старшего инквизитора Добронравова.

– Почему именно от него?

– Так фамилия сути явно соответствует, – мило улыбнулась я.

– А что вы скажете об отчёте Тёмного инквизитора Верлицкого?

– Этот отчёт был вам?

– Нет.

– Тару?

– Нет. Его отчёт приложил его преосвященство Алексий.

– Вот вам и ответ, – я пожала плечами.

– Вы так верите в него? – буравя меня глазами, спросил сэр Персиваль.

А вот тут пришлось задуматься. Утром я не успела переговорить с Верлицким по той причине, что Тёмный инквизитор, уйдя на доклад к Тару, домой так и не вернулся. Я могла лишь подозревать, что что-то происходит, и наше расследование взбаламутило весьма высокие круги Светлой Империи.

Поэтому да, оставалось только довериться своему «напарнику». Или нет.

– Расследование ещё продолжается, сэр Персиваль. Ещё рано говорить о выводах – они могут быть ошибочными.

– Вы понимаете, что Орден инквизиции пытается переложить ответственность за произошедшее у них в Обители на ведьм?

– Они вольны защищаться. – снова я пожала плечами (заметила, что Главного безопасника бесит этот легкомысленный жест). – Но что же вы хотите от меня, сэр Персиваль? – решила я задать прямой вопрос.

– Я хочу, чтобы вы мне всё рассказали о том, что обнаружили в Обители, рассказали всё, что вы узнали об Ордене и об инквизиторах.

– Вот как? С удовольствием… – я сделала паузу. – Но только после письменного распоряжения министра Тара или его величества. Они мне поручили это дело, а про вас там не было ни слова.

Я встала, мило улыбаясь:

– Не сочтите мой отказ за пренебрежение, сэр Персиваль. Но в этой ситуации будет лучше нам всем соблюдать правила. Согласны?

И не дождавшись от мрачного безопасника ответа, добавила:

– Я же не задержана? – тот покачал головой. – Тогда я пойду.

И изящно развернув юбки своего делового платья, подошла к двери.

– И можно вас спросить? Вы же дружны с Верлицким? Почему тогда настаиваете о показаниях против него?

– Я поставлен на страже интересов империи, это выше любых чувств, в том числе дружественных. – пафосно ответил он, вставая.

– Похвально.

И я выскользнула за дверь.

Итак, ситуация складывалась… странной. Орден что-то скрывает, и более того, пытается перевести всё на ведьм. Даже был намёк на меня, слабый, но неприятный. Инквизиторы что, хотят новых конфликтов с тёмными? Или только с ведьмами? По старой памяти, так сказать.

И что делает Верлицкий? Я не стала выступать против него, так как действительно узнала его ближе за эти дни и решила довериться. Он не такой человек, чтобы устраивать заговоры и лгать. Но что, если я ошибаюсь? И для него репутация церкви Света дороже правды и, тем более, дороже влюблённости к ведьме?

Что ж, попробую довериться своим суждениям о Тёмном инквизиторе. Тем более, моё предвидение молчит.

Кто-то, может, скажет: «Доверилась ведьма мужчине, как и все бабы». Но нет. Я доверилась себе, своей способности разбираться в людях. Ну, а что если я ошибаюсь? Значит, буду нести ответственность за свои ошибки. А последствия? Последствия будут неприятные. Для всех причастных.

Верлицкий быстрым шагом пересёк проспект. Ситуация становится всё сложнее. Из простого расследования оно вышло политическим. Почти. Увы, так всегда бывает, когда преступником становится высокопоставленное лицо. А значит, итоги расследования могут стать неоднозначными.

А вот и здание министерств. К сожалению, невозможно попасть к Имперской службе безопасности порталом, пришлось идти пешком. Нужно быстро найти ведьму. Его ведьму.

А она как раз стояла в воротах, высматривая себе наёмный экипаж. Стройная фигура, затянутая в чёрное платье, и ярко рыжие волосы, усмирённые в высокой причёске. Почему она без шляпки? Неужели жандармы безопасности не дали его женщине нормально одеться? Верлицкий понял, что сжал кулаки, Персиваль поплатится за свои интриги!

– Каролина!

Взгляд зелёных глаз обратился на него. В них не было тревоги, была уверенность. Как она прекрасна!

– Доброе утро, дорогая, – он широко улыбнулся. Просто из-за того, что она рядом, и смотрит на него с радостью, без упрёков. Значит, всё ещё можно спасти!

– Доброе? Не уверена.

– Почему?

– Булочек на завтрак не было, да и вообще, завтрака.

Зелёные глаза ведьмы сияли, и он не сдержался. Обхватив руками стройный стан, он поцеловал её в алые губы.

«Ммм, малина», – это была последняя мысль Верлицкого, когда их накрыла тьма.