Не перечислить тех жизней, что унесла та страшная авария. Огромный грузовик, мчавшийся на бешеной скорости, из-за дождя не справился с управлением. Его длинный груз смело вырвался из оков и помчался прочь, убивая все на своем пути. Я осталась одна. Потеряла всех друзей по воле случая. Такого бездарного и безобразного. Артур, мой добрый друг, умирал так долго. Он успел понять все, что произошло. Паралич от сильного удара трепал его безбольным страданием, пока это не прекратило его жизнь. Алина, получив тот же мощный удар, тоже умерла не сразу. С затуманенным рассудком она поползла прочь. Ее нашли лишь спустя сутки. В лесу. Али бродила там часами, не принадлежа себе. И отнюдь не последствия той катастрофы забрали последний миг ее жизни.
Автомобиль Дена крутило по дороге с такой скоростью, что тот сам становился орудием смерти. Он умер от полученных травм. Машину Глеба, где была и я, швырнуло в кювет. Ему зажало ногу в перевернутом автомобиле. В нем же зажало и Эл, которая оказалась по большей части в воде. Она захлебнулась в этой канаве. Меня проткнуло металлическим штырем, вылетевшим из другого автомобиля, отчего я долго истекала кровью, но в итоге мне чудом удалось выжить.
Про парня, что был с нами, мне мало что известно. Автомобиль сестер, Олеси и Алисы, с такой скоростью врезался в другой, что им же был и раздавлен. Ярик оказался в эпицентре и не смог спастись от огня, который поглощал дорогу. Матвей же умер еще до столкновения. От резкого прилива адреналина его сердце просто не выдержало. Саша получил столько травм, что до сих пор не пришли к заключению, как именно он умер.
Дарина же, о милая моя подруга, мы были так далеко и так близко. По сценарию владыки Ада она умерла и воскресла. Вернулась, когда должна была погибнуть. Ее жизнь была возобновлена во имя покаяния, которого не состоялось из-за коварной игры. Ведь, не сбившись с плана, она бы погибла на глазах подруги, молясь в последние минуты. Но дьявол забрал свое и привел ее к смерти. Она встречала ее достойно. Просила у меня прощения. Это последние ее слова, которые навсегда остались в моей памяти.
Полину же я больше никогда не видела. После похорон коллег, включая ее брата Глеба, она, как говорили в офисе, уехала из города. Да и в фирме уже все поменялось. Люди сменились другими людьми, все довольно быстро забыли о трагедии. Мне же не удавалось прийти в себя еще очень долго. Первые несколько месяцев я ночами плакала навзрыд, утопая в алкоголе и сигаретном дыму. Меня мучило ощущение пустоты, оставшееся после моего палача, который, как мне казалось, заслуживал жизни намного больше, чем я. Я всем сердцем прониклась к нему. Полюбила монстра, оказавшегося в несправедливом заточении. Как бы он распорядился своей жизнью? Встретил бы любовь? Нашел бы друзей? Смог бы он, имея такой груз на душе, жить полноценной жизнью.
Меня не покидала мысль. Почему такая ценность тратится впустую. Почему я прожигаю эту жизнь, делая вещи, не имеющие смысла. Но та другая, единственная мысль о будущем моей души прокручивалась в голове снова и снова. Какой путь мне предначертан? Попаду ли я в Ад? Или дорога в Та́ртар так и останется моим путем? А если через покаяние? Но я не находила, в чем покаяться. Все, что было, что казалось реальностью, обернулось ложью… Оно четко всплывало у меня в голове, оно было таким осязаемым. Это не было похоже на сон, но и не могло не быть явью. Девять дней в самом аду. Осколок моей жизни навсегда останется в том месте. Загадочном и ужасающем. Месте, где бесконечная череда событий, проносящая нас по кругу неизбежности, в итоге возвращала в одну и ту же точку.
В один день пришло осознание, как надо жить эту жизнь… дабы иметь либо лучшее продолжение ее за границей мира душ, либо подарить воспоминания миру своего палача. Когда дорога предопределена, легче украсить путь. С того дня все поменялось. Я бросила ненавистную работу, нашла призвание. Посмотрела мир, изучая каждый его уголок. Использовала все возможности. Соглашалась на любой риск, любую авантюру, которая могла бы запечатлеться в самой глубине моей души. Я копила воспоминания. Научилась жить эту жизнь. С тем азартом, с той любовью, с тем рвением, что наблюдала когда-то в своем возлюбленном. Я дарила себе часы полного погружения, полной отдачи этому прекрасному миру. Проживала эти моменты для него.
Нежные руки обхватили меня за талию сзади, когда я двигалась в медленном ритме наполняющей пространство музыки, в Греции, в клубе, переполненном людьми. Прошел целый год, но я помнила эти прикосновения. Их нельзя было спутать ни с чем. В абсолютной нирване поддавалась им. Мы погружались в невероятный танец, пропитанный страстью и горечью.
Его тело прижималось к моему. Я чувствовала тепло и легкий древесный аромат. Держалась за его руки, боясь отпустить и снова потерять. Обернулась, уже не вынося этого терзающего меня желания. Напротив стоял он. Во всем своем великолепии, с блестящим, пронизывающим, глубоким взглядом. Его глаза отражали мою душу. Его лицо было теперь идеальным и без изъяна. Я нежно водила пальцами по его щеке, напоминая себе о месте давнего шрама, от которого не осталось и следа. Перевела взгляд на его шею, ту часть тела, которая, по его словам, должна была остаться человеческой. На ней красовался прекраснейший бутон орхидеи. И в тот миг я, наконец, сдалась этой реальности. Здесь были только двое. Все остальное лишь воспоминание.