Мой миг блаженства был прерван омерзительным визгом. От страха теперь я боялась пошевелиться. Он был повсюду. Этот звук. Этот крик, что-то такое непередаваемое. Будто скрежет мела по доске сливался со звуками царапающегося стекла и сигнализации. Высокий, пронзительный, разрывающий барабанные перепонки. В тот миг, когда он достиг своего пика так, что я выронила все из рук дабы закрыть уши, последовал громкий удар. Дверь слетела с петель от той силы, которая была направлена на нее ногой незваного гостя. В комнату ввалилась, просто влетела, омерзительная лохматая женщина. Она была в полнейшей ярости. Как только взгляд ее упал на меня, незамедлительно перешла к нападению. С криками, уже менее противными, но громкими воплями, побежала на меня. Ее отвратительная вонь нанесла мне первый удар. От второго я чудом увернулась. Отчего она влетела в диван и свалилась на пол. Спинка ударила ее прямо в корпус, задержав только половину тела. Она буквально перелетела через нее, но моментально вскочила.

Я ошарашено бегала от нее по всей комнате, а она сносила все на своем пути. Два удара под дых достались мне от валявшейся на столе книги, после чего последовал такой же сильный в голову, но я чудом увернулась. Меня достали эти нападения. Я завопила громче нее и вступила в смертельную схватку. Мой противник был невменяем, оттого и не особо техничен. Я почти сбила ее вонючее тело с ног, побежав на него как бык на тряпку. Но сама чуть не вылетела в окно. Отчего теперь еще больше разозлилась. Схватила стул и принялась сражаться. То замахивалась на нее, то удерживала, как дикое животное, направляя на нее ножки. Пару раз ей влетело в живот, чему я была невероятно рада. Она замахнулась ногой и все же смогла нанести грубый и мощный удар, от которого я своим телом повергла «хрупкий» стол. Он развалился подо мной не сразу. Сначала ударил меня в спину. Через мгновение его покосившиеся треснувшие ножки прибили меня вместе с ним к полу. А женщина все не унималась. Я едва не лишилась головы от ее следующего рывка.

Бешеная, она орала и орала, не давая мне и шанса. Мы крутились по комнате как ошпаренные. Я била ее по лицу, по спине, она отвечала. Казалось, это был какой-то бессмысленный бой. Потом двинула ей со всей дури в коленную чашечку. От этого удара она наконец повалилась, скрючившись от острой боли. Она перегородила мне выход из гостиной, поэтому я рванула от нее на улицу через террасу. Ступни сразу зажгло от мороза. Эта же тварь полетела за мной. Мы бегали по кругу как разъяренные крысы.

– Каталея, – вдруг послышалось, наконец, из той обезображенной арки, что недавно удерживала дверь.

Адам стоял в проходе с саксофоном в руках. Я помчалась к нему, не понимая, неужели это и был миг моей кары, такой тупой и нелепый, раз тот даже не пытался мне хоть как-то помочь. Почти удрав от этой тетки, я едва добежала до Адама, который просто кинул в меня инструментом. Я поймала его на лету. На лице его была какая-то глупая ухмылка. Что за цирк? Просто с разворота, почуяв всем нутром «аромат» этого создания, я ударила ее саксофоном с такой силой, что она тут же потеряла сознание. Нокаут. Адам истерично засмеялся. Просто от самой что ни на есть души. Как человек, который увидел самое веселое зрелище в своей жизни. Окинув его не то гневным, не то удивленным взглядом, я принялась орать.

– Что за шутки? – кричала я.

– Нет, ну так тоже можно, – смеялся он, почти падая на пол.

– Что смешного?

– Они музыки боятся, – он стирал с глаз капли той детской радости, которая заставила его чуть ли не биться в конвульсиях от этого представления.

Я просто недоуменно пялилась на него. Другого слова было здесь не подобрать. Тут меня охватил настоящий, лютый холод. Я быстро забежала в дом. Теперь он был на регулярном проветривании. Просто невероятное какое-то наказание. Адам спокойно зашел за мной. Буквально отвернувшись на минуту, бросил взгляд на этот портал и на его месте оказалась дверь. Прошел в гостиную, где также уже царил порядок. Я не понимала этих иллюзий и просто осматривала место, недавно выступавшее рингом.

– Могу вернуть, как было, – сказал он, видя мое удивление. Он будто насмехался теперь надо мной.

Кинув на него еще один гневный взгляд, поспешила на кухню. От этого боя я проголодалась. Сделала себе сэндвич под надзором своего палача. Он просто наблюдал за тем, как выдавливаю ломтик сыра от основного брикета, вместо того чтобы отрезать. Никогда не умела этого делать. Я просто швырнула на тарелку кусок хлеба, после чего уже украсила его сыром. Взяла ее и, возмущенно игнорируя его, проскочила мимо, но как только вышла за пределы кухни, снова столкнулась с этой тварью. Уже было готовилась к удару, однако она лишь пыхнула на меня, схватила бутерброд и удалилась в гостиную.

– Давно не было тебя, – пробубнила она, перемалывая своими гнилыми зубами пищу.

– У меня аппетит пропал, – тихо сказала я.

Адам поник. Он снова погрузился в прежнее мрачное состояние. Лишь рявкнул на нее. Выпалил какое-то слово, смысл которого был мне неизвестен, и хотел было удариться в бегство вверх по лестнице. Как вдруг мадам продолжила.

– У тебя гости.

В эту же секунду в дверь вошел человек. Один из тех, кому я могла когда-то доверять.

– Сергей Владисла… – я просто опешила. – Ты! – заорала я и накинулась на него, но была моментально повержена.

Он схватил меня и ловко скрутил руки так, что мне оставалось лишь пинать воздух ногами, что приносило массу неприятных ощущений.

– Я сейчас обижусь, – прошептал он мне.

– Да пошел ты! – заорала я.

– Ох, смотри-ка… – посмеялся он. – Поговорим? – обратился он к Адаму.