Всякий день в жизни Юли начинается одинаково. Она просыпается, выпивает стакан теплой воды с лимоном, тренируется 15 минут под аккомпанемент новостей, принимает контрастный душ, завтракает овсянкой с сухофруктами и одевается… в доспехи.
Доспехи у Юли что надо. Про такие обычно говорят «добротные», «крепкие», «сделано на века». Титановые пластины, аккуратно спаянные между друг другом, а там, где невозможно было сделать конструкцию цельной, соединенные тонкими, но невероятно прочными цепочками. Тяжелая, конечно, штука, но зато какой эффект! Мощная защита, никто близко не подойдет, не проникнет, не заденет.
Так как Юля все же девочка, поверхность доспехов покрыта замысловатыми узорами, тут цветочки, там птички, а на спине целое дерево сакуры. Сверху – легкое золотое напыление.
На изготовление лат ушло немало времени и сил. Создавались они постепенно. Шаг за шагом. Но сколько Юля себя помнит, в том или ином виде титановое одеяние присутствовало в ее жизни всегда. И девушка им очень гордится. Ведь это – показатель силы, смелости, решительности, самостоятельности и безопасности.
До блеска натерев доспехи, так, чтобы их сияние было видно издалека, Юлия отправляется в большой мир. Отношения с коим у нее, кстати, довольно непростые. Дело в том, что миру Юля не верит. Он кажется ей конструкцией непредсказуемой, рискованной, опасной прежде всего из-за людей. Поэтому девушка всегда в боевой готовности. Защититься, решить любые проблемы, разрулить, поставить на место. «Никогда ни от кого не зависеть» – таков ее девиз. Быть сильнее, круче, успешнее и самостоятельнее, чем все остальные.
Нужно сказать, что Юля прекрасно справляется с этими задачами. Она действительно супергерой. Все может. И не просто может на словах, а реально делает.
Она почти никогда не обращается за помощью. Зачем просить кого-то о чем-то, если проще сделать самой? Тем более подобные просьбы могут быть расценены как слабость. А слабостью люди обязательно воспользуются, застанут врасплох, ударят.
День Юли проходит в разных заботах: работа, бытовые вопросы, самосовершенствование, культурные события, встречи с друзьями (хотя, наверное, правильнее назвать их приятелями, так как Юля держится слегка особняком, не подпуская слишком близко к себе).
Вечером она возвращается домой. Долго, аккуратно снимает доспехи, раскладывает их в специальной секции шкафа, готовит ужин, смотрит какое-нибудь кино и часто плачет. Бывает, тихо, почти без слез, внутри себя. А случается, что рыдает, горько, исступленно. Форма разная, причина одна. Все у Юли есть: и силы, и ум, и жизнь выстроена, а вот человека рядом, чтобы тепло, чтобы вместе, чтобы опереться, – нет. Да и не было никогда. Манекены беспомощные – были. Маменькины сыночки – были. Гады, пытавшиеся сломать и подчинить, – были. А своего, родного, безопасного, уютного человека не случилось.
Днем, защищенная доспехами, Юля легко хорохорится, да так, что и сама в это верит, мол, не нужны мне эти ваши отношения, одной от-лич-но! Все могу, все умею, какой смысл подстраиваться под кого-то, притираться, учитывать его постоянно? Ну, предположим, встретит она мужчину, придет он к ней в квартиру, и что? Сразу все засрет, там носки, тут бритвы. Или, например, привяжется она к нему, понадеется. А он возьмет да подведет, так уже много-много раз было. Ходи потом, лечи это разочарование подорожником. Вон, посмотрите на этих женщин, у которых про себя только одна информация «счастливая жена», а в голове сплошной борщ и «мне мушшш не разрешает». Разве ж так можно? Их потом и выкидывают на улицу, как собачонок. Или в лучшем случае просто ни во что не ставят. Живет, мол, у меня в доме какая-то, гуляю от нее, ору иногда по праздникам приласкаю. Спасибо, в детстве уже на такое насмотрелась. Папенька хоть и не буянил, но считал себя непризнанным гением. А мама во всем ему потакала. Тащила на себе семью, полы мыла, чтобы лишние сто баксов в месяц заработать, носила какие-то обноски, зато ЛЮБОВЬ. А то, что эта любовь ни о ней, ни о детях не заботилась, – ничего страшного. Тьфу.
Юле всегда было очень обидно и стыдно за маму. Обидно, потому что она такая красивая, такая интересная, такая хрупкая, а тащила, вон, баржу, да еще и груженную доверху. А стыдно перед другими детьми. Их мамы были ухоженными, уверенными в себе, модно одетыми.
С одной стороны, от мамы Юля переняла эту железобетонную уверенность: я все могу, всех вытащу, все организую, все решу. Я же женщина! Избы, кони, медные трубы – ничем меня не испугаешь.
А с другой, на ее же примере усвоила, что радости от отношений особенно ждать не стоит. Мужики – существа беспомощные, толку от них мало. Хотя, конечно, Юля слышала, что где-то есть «настоящие мужчины», способные нести ответственность за себя и своих женщин. Но… даже когда ей казалось, что она встретила кого-то подобного, либо оказывалось, что первое впечатление было ошибочным, либо что-то не складывалось, и романы заканчивались, толком не успев начаться, поклонники больно ударялись о Юлины доспехи и убегали. Трусы, что тут еще скажешь. А это ведь обидно…
Так что, хочешь не хочешь, а куда без доспехов-то? Никуда.
Без них сражаться за свое место под солнцем и право «быть» не выйдет.
Наверное, жила бы Юля так и дальше, не случись с ней преинтереснейшая история.
Дело было вечером. Ближе к ночи.
Юля, как обычно, приготовив все к следующему дню – завтрак, чтобы только разогреть, одежду, доспехи, – легла спать. Прочтя десять дежурных страниц (практика полезных привычек, найденная ею в каком-то журнале), провалилась в грезы. И… Снится ей странный сон.
Будто бы бродит она по удивительному лесу. Кругом красиво, цвета такие яркие, прямо как в кино или мультике. Деревья – пушистые, цветы – благоухают, миролюбивые животные тут и там мелькают, но не подходят, держатся на расстоянии. И воздух такой весенний. Вот знаешь, как бывает, выбегаешь на улицу в конце марта и чувствуешь – пахнет солнцем, пробуждением, жизнью. Дышится легко, свободно.
Одно только немного смущало – чувствовала себя Юля в этой красоте грустно, потерянно. Будто бы искала что-то или кого-то и никак не могла найти. От этого было тяжело на сердце, окружающая красота как-то меркла.
Шла Юля, шла по тропинкам, по дорожкам, иногда останавливаясь на полянках, пока не оказалась на краю обрыва. Да такого, что аж дух захватывало. На много-много метров вниз – ничего, только камни. Зловещее зрелище.
Зато на другой стороне, за пропастью, приглядевшись, изумленная Юля увидела… свою мечту. Уютный голубой дом, рядом озеро, большая светлая собака, радостно носящаяся по полю, солнце и силуэты людей. Лиц Юля не могла разглядеть, но чувствовала, прямо кожей чувствовала, что они очень важны и нужны ей, что она будто бы любит их и хочет быть рядом. Что интересно, любовь эта ощущалась легко, радостно, а не как бывало у Юли обычно – болью, страхом, страданиями.
Воодушевленная девушка сделала было шаг, но тут же вернулась обратно – не бросаться же в пропасть, право дело. Приглядевшись повнимательнее, Юля заметила, что через пропасть проходит канатная дорога: один канат расположен чуть выше, другой – чуть ниже, так, что можно страховать себя руками в процессе перехода.
– Отлично, – воодушевилась девушка, – даже если что-то пойдет не так, мои доспехи меня спасут и не дадут разбиться.
С этим мыслями Юля смело ступила на канат и двинулась было к своему заветному счастью, как вдруг толстая веревка начала сильно прогибаться под ее весом, да так, что ухватиться за верхнюю не осталось никаких шансов. Испугавшись, Юля поспешила вернуться.
Вот же черт. Слишком тяжелые доспехи, не дадут перейти и держать баланс.
Что делать?
Растерянная Юля присела на край пропасти и задумалась.
С одной стороны – с доспехами привычно и безопасно. Не раз они ее защищали от всяких бед, горестей и неприятностей.
С другой стороны – там, на том «берегу», то, что она очень хочет. То, чего ей не хватает. То, куда ее тянет. Вот, рукой подать, нужно только перейти пропасть. Канат вроде надежный, ветра нет, в общем, боязно немного, конечно, но есть ощущение, что попробовать нужно.
Объединить и то и то не получится точно. Перебраться на другую сторону в доспехах, увы, никак. Либо оставлять их здесь и идти туда, к своим, либо оставаться с доспехами, но одной.
Наверное, в реальной жизни Юля бы выбрала остаться, продолжить жить под надежной защитой. Посмотрев грустно туда, в сторону мечты, повздыхать, сказать себе, мол, ладно, ничего, не всем суждено, и уйти восвояси.
Но во сне она вдруг приняла неожиданное для себя решение. Встала, дрожащими пальцами расстегнула замочки, расцепила крючочки и, сняв с себя доспехи, не оглядываясь, двинулась по канату.
Поначалу все было действительно легко. Юля и не заметила, как прошла почти половину пути. Но вдруг поднялся ветер, канат стал раскачиваться, да так, что сердце уходило в пятки. Пришлось одновременно искать баланс и успокаивать себя:
– У меня достаточно сил и навыков, чтобы справиться. Я смогу удержаться и балансировать, – повторяла себе Юля, двигаясь маленькими шагами. Она ступала аккуратно, держала тело и каждое движение под контролем.
– Все нормально, я могу справляться с ветром сама, без доспехов. И даже если я сорвусь, я уцеплюсь за веревку и выползу по ней.
Смелая девушка двигалась вперед, вопреки разбушевавшейся стихии, и чувствовала себя очень сильной, гораздо более сильной, чем в доспехах. Она понимала, что сейчас гибкость и умение балансировать – гораздо важнее груды металла на плечах.
Постепенно ветер утих, и остаток пути удалось преодолеть уже без препятствий.
Едва ступив на землю, Юля почувствовала, что она именно там, где должна быть. То ощущение, когда ты – на своем месте. Его невозможно описать, никакие прилагательные, метафоры, аллегории не смогут передать его пронзительную простоту. Но наверняка с тобой, дорогой читатель, такое тоже бывало.
Юля увидела, как ей навстречу бегут те самые люди, силуэты которых она наблюдала с той стороны, и радостный лабрадор в красном ошейнике. Распахнула руки, чтобы обнять их, и… проснулась.
Открыв глаза, Юлия не сразу поняла, где находится, настолько явным и реалистичным был ее сон. Постепенно возвращалась реальность. Вот ее подушка, вот пузатый желтый будильник, а вот мягкий свет ночника. До подъема на работу оставалось еще полчаса, но уснуть уже не получалось.
Юля встала, сделала себе кофе и встретила первые солнечные лучи у окна, закутавшись в уютный мягкий домашний халат.
Она думала про свой сон. Думала о том, как же интересно выходит: защита от плохого становится еще и защитой от хорошего. И даже если тебе сильно этого хорошего хочется, добраться до него невозможно – перевес.
Любопытно, любопытно…
Перед выходом из дома Юля окинула взглядом свои доспехи. И решила сегодня надеть только их часть. А на следующий день и того меньше. Так, постепенно, день за днем, титановых пластин становилось все меньше, а Юля училась жить без них, балансируя и доставая свои латы только в случае крайней необходимости. Которая, кстати, случалась крайне редко. Зато начали происходить хорошие вещи. Например, те самые силуэты из сна через несколько лет приобрели вполне конкретные очертания.
Лабрадора в красном ошейнике назвали Дейзи.