Мы долго мчимся без остановки. Я все время сканирую местность и говорю Каю, в какую сторону ехать, чтобы ускользнуть от погони, пока наконец не перестаю кого-либо чувствовать — мы оторвались от них. Говорю Каю, чтобы остановился.

Он слезает с мотоцикла, разминает руки и ноги.

— Не могу поверить. — В глазах у него затравленное выражение. — Не могу поверить, что она выдала меня… моя собственная мать!

— Может, она не выдавала. Может, думала, что будет только Рохан, а он предал ее и устроил эту засаду?

Кай колеблется, раздумывает.

— Да, такое возможно. Даже более вероятно. Спасибо.

— Я все время была с тобой, слушала. Слышала все, что он сказал. Думаешь, они тебе поверили?

— Не знаю. Я сделал, что мог.

— Так рисковать, и все только для того, чтобы постучаться в закрытые двери. — Я хмуро качаю головой. — Ты же слышал, как он выразился: проблема выживших. — Я буквально выплевываю эти слова. — Его, похоже, не беспокоит, что этот Киркланд-Смит убивает людей, если они выжившие. Словно это один из путей решения проблемы каких-нибудь вредителей. Словно мы крысы или тараканы. Лично он предпочитает ловушки, но сгодится и отрава.

Кай протягивает ко мне руку утешающим жестом, но я отталкиваю ее, слишком злая, чтобы принять утешение даже от него.

— Давай, поехали. Чем дальше от них, тем лучше.