На следующее утро просыпаюсь с приятным волнением, ощущением чего-то важного и, еще не до конца отойдя от сна, лежу и гадаю, что бы это могло быть.

Во-первых, удаленный мысленный контакт Септы, с ощущением которого я просыпаюсь каждое утро, исчез. Это настолько непривычно и удивительно, что, когда доходит до меня, я широко открываю глаза.

Потом что-то шевелится рядом — Чемберлен. Неужели он оставался со мной всю ночь?

И, наконец, слышу какое-то движение за дверью, которая не закрыта, а приоткрыта, как я и просила.

Я улыбаюсь и встаю с кровати. Но когда выхожу из комнаты, то вижу не Шэй, а Ксандера.

— Доброе утро, Лара.

— Привет. — Я пытаюсь незаметно оглядеть комнату. Шэй нигде нет, но ведь она сказала, что будет тут.

— Шэй скоро вернется, если ты ее ищешь; нужно было кое-что сделать. И я подумал, что мы могли бы поговорить.

— Ладно. — И все же я нервничаю, боюсь, что Шэй не вернется. Но потом до меня доходит — ее кот ведь здесь. Я немного расслабляюсь и, когда Ксандер жестом приглашает меня сесть, устраиваюсь рядом с ним.

— О чем ты хочешь поговорить? — спрашиваю я.

— Хочешь, чтобы Шэй жила с тобой?

Воспринимаю этот вопрос с недоверием. Септа имеет обыкновение спрашивать, хочу ли я чего-нибудь, прежде чем сказать, что нет, этого нельзя. Я пожимаю плечами.

— Думаю, да.

— Почему?

Я в замешательстве хмурюсь.

— Не знаю. Она мне нравится. Ей ведь можно остаться, да? И Чемберлену?

— Да, столько, сколько захочешь.

— Но ты не всегда бываешь здесь.

— Нет. Есть и другие общины, которые я должен иногда навещать, и работа, которую нужно делать.

— А когда тебя здесь нет, командует Септа.

— Ясно. И ты считаешь, что она сделает по-своему?

Молчу. Знаю, что так и будет.

— Я обо всем позабочусь. Не волнуйся.

— Ладно.

Мы вместе завтракаем, а потом он говорит, что должен идти. И когда он выходит и удаляется от дома, контроль Септы над моим разумом мало-помалу возвращается.