— Мари, вы согласитесь составить моё счастье? — Крайтон встал передо мной и озвучил свой главный вопрос.

И тут…

— Ваша светлость, ваша светлость! — скрипуче, с нотками истерики раздалось со стороны дома, и на садовой дорожке появилась компаньонка Сиены. — Вы обещали рассказать о той ужасной батальной сцене, которая произошла в вашем замке.

М-м-да… Официальная причина нашего уединения (я про сидр и яблони) сразу перестала казаться такой уж дурацкой. Кажется, с выбором поводов тут вообще никто не заморачивался.

Тётка так торопилась узнать ответ на свой такой «важный», а главное, «срочный» вопрос, что даже дыхание сбила. Ну да, побегай-ка в такой утяжке. На самом деле, надзирательница просто невовремя проснулась, обнаружила, что двух разнополых единиц в поле зрения не хватает, и помчалась проведать, не творим ли мы с Крайтоном посреди бела дня какое неприличное непотребство.

Следом за грымзой нарисовались остальные. Шерлок за спиной тётки только извиняясь пожал плечами. Мол, ничего не смогли поделать. Остановить этот носатый танк в корсете не представлялось возможным.

— Достопочтенная Амели, немного позднее я с удовольствием удовлетворю ваш интерес. — пряча раздражение за безупречной маской вежливости, ответил герцог.

— А сейчас, думаю, всем пора переодеться к ужину. Ваши комнаты уже готовы. — сочувственно глянув на меня, предложила Лиля.

— Милый герцог, тогда проводите же меня. — жеманно улыбаясь, продребезжала достопочтенная, протягивая тому обтянутую перчаткой кисть.

— С удовольствием. — ответил Крайтон, подставляя локоть и увлекая зловредную любопытную занозу в сторону дома. — Но скажите, разве дамам интересны подробности кровавых битв?

— О-о, дорогой мой, конечно! И потом, в моём возрасте осталось так мало радостей, что послушать рассказ о приключениях — просто дивное удовольствие. Дивное!

— Единственная радость старой перечницы — портить жизнь счастливым людям. — раздалось рядом, и мою руку тоже подхватила другая рука. — Пойдёмте.

Наблюдая за удаляющейся парой, я и не заметила, как ко мне подошла Сиена. Кажется, девушка ничуть не смущалась совершенно прямо выражать свои мысли.

— Соглашусь, не слишком приятная особа. — я тоже не стала разводить политесы. — Почему вы выбрали именно её?

— Не я. — усмехнулась собеседница. — Но на что не пойдёшь ради дорогого друга детства. Сопровождение Амели было условием их величеств, при котором нам обоим дозволили уехать из столицы. — герцогиня остановилась, сделала секундную паузу, бросив на меня короткий оценивающий взгляд, — И маленькая месть его величества за уступку, которую ему пришлось совершить. Я надеюсь, всё было не зря, и вы согласились?

— На что? — не желая сдавать маленький секрет Крайтона, я сделала невинные глаза.

— Мари… — собеседница снова замерла на тропинке, весело улыбнулась и посмотрела на меня лукаво-укоряющим взором. — Кстати, вы не против, если я буду называть вас так? Мне хотелось бы рассчитывать на вашу дружбу, а меж друзей титулы неуместны.

— Ого! А герцогиня не привыкла ходить вокруг, да около… — мысленно отметила я.

Впрочем, отторжения эта её не самая традиционная манера общения не вызывала. Знаете, гостья характером чем-то напоминала мне маленькую разбойницу из сказки «Снежная королева». Помните такую?

А ещё она, похоже, легко и верно угадала ключик к моей симпатии. И вообще, а почему я, собственно, должна была стать исключением из правил? Кажется, обаяние Сиены уже вовсю влияло на моё к ней отношение. Хотя распахивать душу навстречу новой дружбе я, всё же, не торопилась. Очень уж хрупкое, интимное это дело — дружба и доверие.

— Так вы всё знаете? — спросила я.

— Про то, что никакой помолвки не было? — улыбка собеседницы стала ещё ослепительней. — Догадалась. Причём, почти сразу. Но вашему герцогу не сказала. Эти мужчины иногда бывают такие наивные.

— Тогда почему вы взялись протежировать за нас перед его величеством?

— Крайтон — на редкость светлая, добрая душа. Он с детства такой. Я не могла не помочь. — став серьёзной, ответила Сиена. — И потом, моя собственная судьба… По глазам вижу, вам уже кое-что известно. И сразу хочу прояснить, — в серые очи девушки снова вернулась улыбка. — я его не убивала.

— Кого? А, мужа?

— Ну да. С тех пор, как он скончался, этим вопросом задаются все. Не вслух, конечно, не напрямую. Но они все об этом думают. А вы, кажется, нет. — она внимательно изучала мою реакцию. — От того и появилось желание рассказать. Мой супруг не был хорошим человеком, до меня он уморил трёх жён, и очень не хотелось стать четвёртой. Но я его не травила. Просто повезло, что я была не первой. Возраст и вредные привычки сделали своё дело.

Теперь уже я остановила спутницу и посмотрела на неё с выражением «Ой, ли?».

— Ну и регулярные нервные приступы, обеспеченные строптивой супругой, не желавшей становиться ни рабыней, ни покойницей. — одёрнув длинный рукав и на миг вспыхнув непрощением, добавила Сиена.

Однако, краешек уродливого шрама на руке я успела заметить. Крайтон говорил, что её муж был садистом. Вот прям таким словом. Я понимала, что она не всё договаривает, но это и не нужно. Не настолько мы были близки, чтобы делиться такими страшными, болезненными подробностями.

— Так как же вам удалось сменить гнев его величества на милость, и переломить ситуацию? — поменяла тему я.

— Шантаж. — легко призналась девушка.

— Вы… — опешила я и даже не нашлась, как сформулировать вопрос.

— Нет, не подумайте, никаких грубых форм. Видите ли, я никогда ничего не просила для себя…

— А их величество, чувствуя за собой грех, вину за покалеченную судьбу любимицы, не сумел отказать ей в просьбе за другого. — я мысленно закончила ответ за собеседницу.

— Верно. — она словно прочитала мою мысль. — Знаете, разговаривать с вами чрезвычайно приятно. Редко кто без лишних слов умеет уловить суть.

— А вы не боитесь…

— Быть такой откровенной? — спутница изогнула красивую бровь. — Нет. Во-первых, вряд ли у кого-то, кроме меня самой, получится поколебать особое отношение их величеств к Сиене Девойской.

— Однако, это палка о двух концах — внимание людей, обличённых безграничной властью.

— Хорошее замечание, правильное. Иногда лучше, чтобы о тебе и вовсе не знали.

— А во-вторых?

— Опыт дворцовой жизни научил меня разбираться в человеческих душах. А заточение замужеством — ценить хороших людей. Вы простите меня…

— За что? — я не поспевала за сменой её мыслей и не уставала удивляться. Впервые с появления на нашем пороге в интонациях герцогини скользнула тень неуверенности и какая-то совершенно сердечная теплота.

— За мою бесцеремонность. Не думаю, что вам приятно было увидеть Крайтона в обществе другой женщины. Я просто не могла там оставаться. Ни в замке мужа, ни в отчем доме, ни во дворце. Если бы не встреча с братом, уехала бы одна, куда глаза глядят. Но это было бы совсем дурно.

Ясно. Как и жестокого мужа, не смогла простить тех, кто повинен в том, что он им стал — родителей и короля.

— Буду рада принимать вас в своём доме. — искренне ответила я.

— Благодарю. — она на ходу слегка склонила голову. — А вы хорошо держались! — Сиена снова резко сменила тему и звонко рассмеялась. — Такие сюрпризы кого угодно могли выбить из колеи. А вы вон даже не дрогнули. Восхищаюсь вашей выдержкой!

Ага, не дрогнула! Ещё как взбодрилась!

— Да уж, неожиданности сегодняшнего дня просто фееричны. — согласилась с гостьей.

Смеясь и вспоминая казусы встречи, вошли в дом. Здесь царила возбуждённо-радостная суета.

Так, это всё хорошо. Просто замечательно. Но на пороге гостиной стоял Крайтон. И он ждал от меня невысказанного ответа.

— А мы вас уже совсем потеряли! — рядом с ним появился Серёга.

— Немного заболтались… по девичьи. — думая совсем о другом, не отрывая взгляда от глаз герцога… моего герцога, я кивнула ему согласием.