Одиннадцать часов вечера. Обычно в это время мы уже спим. У нас дома нам разрешается бодрствовать так поздно только в дни рождения – наши с сестрой или дяди с тётей. Помимо тёти и дяди мы мало с кем общаемся. Иногда к нам приезжают друзья дяди Севена и тёти Джесс, но нам не разрешают присутствовать на этих встречах и слушать их перешёптывания.

Я снова одеваюсь, поминутно зевая. Не понимаю, как Аура умудряется не клевать носом.

Закрываю коробку, сую её под мышку и поворачиваюсь к сестре:

– Ну, ты готова? Идём в твою комнату?

Аура напряжённо хмурится и молча кивает. Протягиваю ей карманный фонарик:

– Держи, с ним тебе будет спокойнее.

Аура хватает фонарик (хотя, похоже, я её не убедил), приоткрывает дверь и выглядывает в коридор.

– Никого, – шёпотом сообщает она.

Мы на цыпочках выходим из комнаты.

– Предупредим Эдди?

Мотаю головой:

– Ему и без нас проблем хватает, лучше его не трогать.

Хоть нам обоим и не по себе, мы идём в темноте: мы уже несколько раз нарушали правила общежития и запомнили дорогу. Обстановка напряжённая. Мне постоянно кажется, что за нами наблюдает демоническая собака с красными глазами. Каждую секунду я ожидаю услышать рычание и всё время оборачиваюсь, проверяя, не крадётся ли зверь за нами. Но нет, кроме нас, в коридоре никого нет – во всяком случае, никого видимого.

Аура ныряет в коридор, ведущий к общежитию девочек.

– Ты ничего не чувствуешь? – шепчет она, останавливаясь.

– Что именно?

– Не знаю, здесь что-то странное… Как будто мы не одни.

– Слушай, это забавно: пять минут назад я говорил себе то же самое.

– Думаешь, эта собака за нами шпионит?

– Понятия не имею, но, учитывая, что мы собрались сделать, собака наверняка появится.

– Мне и так страшно, – вздыхает Аура.

Я напуган не меньше, но в любом случае у нас нет выбора: нужно во что бы то ни стало разобраться с этим диббуком до того, как мы покинем школу.

У комнаты Ауры мы останавливаемся и некоторое время собираемся с духом. Наконец сестра поворачивает ручку и толкает дверь. В комнате темно. Вместо того чтобы включить свет, Аура направляет на кровать тонкий луч света карманного фонарика, выхватывая из мрака голову Наташи и край одеяла.

– Она ещё спит, – шепчет Аура, на случай если я вдруг не заметил.

Мы беспокойно переглядываемся и входим. Аура запирает дверь на задвижку. Чем ближе мы подходим к центру комнаты, тем сильнее возрастает наш страх, но убежать мы не можем: из-за себя, а главное – из-за Наташи.

Аура садится на пол, я усаживаюсь по-турецки напротив неё. Пол холодный, как лёд. Передёргиваюсь – то ли от холода, то ли от страха. Ставлю коробку между нами и крепко сжимаю протянутые ко мне руки Ауры.

– Готов? – шепчет она.

– Готов, – шёпотом отвечаю я.

Аура закрывает глаза. Я сглатываю и тоже смыкаю веки. Затем делаю глубокий вдох и произношу слово, до ужаса пугающее нас обоих:

– Бизу.