На обед все-таки остановились. Место выбрали живописное. Горная гряда здесь врезалась в широкую рытвину узким клином, обрывалась и далеко впереди вырастала вновь. «Оса» приземлилась на ледяную полку, залитую солнечным светом. Внизу раскинулась гладкая долина, укрытая крупнозернистым зеленоватым снегом. Мишке так захотелось выйти, пройтись по этим сугробам, скатиться с холма… Но шансов на это у него не было никаких: гулять на Энцеладе в аварийно-спасательном скафандре ему не разрешат, и говорить нечего. А другой скафандр, предназначенный для выхода в открытый космос, на его долю хотя и взяли, но скорее из вежливости, чем по делу.

Он хуже подгонялся по росту, и Мишке он по-прежнему был велик.

Валик с Васей снова заговорили о том, какой все-таки рельеф им нужен и почему. Леша иногда подключался, но в основном жевал. Мишка потягивал суп-пюре из пакета и переходил от иллюминатора к иллюминатору. Северные склоны были залиты светом. На фоне черного неба они казались яркими до невозможности. С трудом верилось, что отсюда до Солнца полтора миллиарда километров. Мишка до сих пор не привык к космическим расстояниям: такая цифра просто не укладывалась у него в голове.

Мишка щурился, рассматривая склоны, изрисованные тонкими трещинами. Он пытался найти в этих рисунках знакомые формы. Его внимание привлекло яркое пятно вдалеке. Там ледяная скала спускалась не отвесной стеной, а высокими узкими ступенями. Видно, когда-то она дала трещину, и часть льда обвалилась. Внизу под скалой громоздилась куча бесформенных ледяных глыб. А на нижней ступени, как солнечный зайчик, примостилось то самое пятно.

– У нас здесь, случайно, нет бинокля? – спросил Мишка.

– Случайно есть, – отозвался Леша. Он встал, покопался в одном из ящиков и протянул Мишке большой бинокль. Мишка навел его на загадочное пятно.

– Похоже, там грот, – улыбнулся он.

– Где? – Леша встал рядом. Остальные тоже повернулись в указанном направлении.

– Дай-ка я гляну. – Леша взял у Мишки бинокль. – Глазам не верю! – воскликнул он. – Это действительно грот. Да еще какой!

Леша отложил недоеденный обед, уселся в кресло, запустил двигатель. Валик взял бинокль и тоже посмотрел на грот.

– Похоже, ты нашел его – место для нашей электростанции, – объявил он. Мишка не понял, как так получилось, но это не помешало ему испытать настоящий прилив гордости. Он сиял, как новогодняя елка.

Перебрались на полку перед гротом. Места там было немного, и Леша припарковал «Осу» на самом краю, чтобы не загораживать вход.

Валик подошел к центральному иллюминатору.

– Смотрите, здесь борозда поворачивает вправо, получается небольшой угол. А с той стороны на склоне – здоровенная вмятина. Может, метеорит. – Он почесал бровь. – Хотя странно, почему он не разнес всю стену… Ну да ладно. Как бы там ни было, свет падает сначала на этот склон, потом отражается и собирается с той стороны, дальше снова приходит сюда. Конфигурация очень удачная. Если мы установим панели здесь, свет будет попадать на них практически весь световой день. Сутки на Энцеладе – около тридцати трех часов.

– Значит, в нашем распоряжении часов шестнадцать подряд? – уточнил Леша.

– Может, и больше: в северном полушарии сейчас лето.

– Это очень даже неплохо. – Леша улыбнулся. – Предлагаю готовиться к выходу.

* * *

Наружу вышли втроем. Леша и Валик осматривали грот. Вася тем временем принялся разгружать «Осу». Он выносил наружу все, что могло понадобиться для установки солнечных батарей: инструменты, детали монтажной конструкции.

Вася работал быстро и складно. Впервые за столько месяцев он почувствовал себя на своем месте. И даже дискомфорт от скафандра и странные ощущения от почти отсутствующей гравитации не могли ему помешать.

– Где будем ставить? – Он подошел к остальным.

– Ого! – Леша осмотрел аккуратно разложенные возле «Осы» детали.

– А что тянуть-то? – отмахнулся Вася. – Если на вас смотреть, так и до ужина не управимся.

– Раз уж все готово, давайте приступать. – Валик помог Васе отобрать детали основания. – Панели лучше всего устанавливать на краю полки напротив входа в грот.

Вася взялся за лазерный бур.

– Кто покажет, как эта штука работает?

– Смотри, – отозвался Леша. – Снимаешь с предохранителя, включаешь, а дальше – крутишь, как обычный коловорот.

Вася с ловкостью проделал четыре лунки.

Монтаж несущей конструкции для будущей электростанции занял около шести часов. Когда все было готово, Леша осмотрел каждый узел и сказал:

– Что ж, отлично поработали. Сейчас немного поспим, а как проснемся, возьмемся за установку панелей.

– Боюсь, установку придется отложить, – покачал головой Валик. – Пока мы проснемся, здесь наступит ночь. Работать в темноте не хочется.

– И что же мы будем делать? – нахмурился Вася. – Сидеть и ждать, пока рассветет?

– Можем слетать на север, – предложил Валик. – Северная полярная область геологически самая старая на Энцеладе. Там нет крупных разломов, как на юге, зато много кратеров. Будет интересно на них посмотреть.

– Давайте-ка собираться, – проворчал Леша. – Планы можно обсудить и за ужином.

Он начал убирать инструмент. Вася сложил вместе оставшиеся детали монтажной конструкции. Деталей было много, но в условиях гравитации всего в один процент от земной Вася без труда поднял их все и понес в сторону «Осы». Груда деталей закрывала обзор. Вася не заметил под ногами небольшую трещину и оступился. Попытался удержать равновесие, но вместо этого слишком резко раскинул руки: детали рассыпались перед «Осой», а он упал.

Вася летел медленно и никак не мог сообразить, что происходит. Только когда сверху показался карниз, на котором стояла «Оса», он все понял. Вася растерянно произнес:

– Ребята, я лечу вниз.

– Что? – Леша подскочил к краю обрыва.

Вася смотрел на него. Леша отдалялся медленно, будто в кино с эффектом замедленной съемки. А небо над ним было черное, заполненное миллиардами звезд. Никогда на Земле Вася не видел такого неба. Странно, что прежде он не обращал на него внимания.

– Как тебя угораздило? – прохрипел Леша.

Рядом с ним уже стоял Валик.

– Вася, попробуй развернуться. – крикнул он. – Под тобой ледяная призма. Ты летишь прямо на нее.

Вася барахтался, как младенец, брошенный в воду, но развернуться не мог: воздуха нет – оттолкнуться не от чего.

Он летел бесконечно долго. Удар при падении не был сильным. И даже неожиданным не был. За секунду до столкновения Валик крикнул:

– Готовься!

Вася упал на спину, ме-е-едленно поехал вниз. Оказавшись на дне борозды, он встал. Рыхлый снег лежал вокруг него крупными хлопьями.

Вася зачерпнул горсть и пропустил сквозь пальцы. Снежинки рассыпались, зависли на мгновение и неспеша полетели вниз.

– Я в порядке, – произнес Вася, – немного потянул шею.

– Проверь давление, – попросил Валик.

Вася посмотрел на манометр.

– Сто десять.

– У меня сто пятьдесят, – пробормотал Валик.

– Сто сорок, – прохрипел Леша.

– Вася, похоже, ты теряешь кислород. – Голос у Валика стал твердым и резким. – Ты должен вернуться на корабль. Миша, ты здесь?

– На связи, – еле слышно пробормотал Мишка. Все это время он молча стоял, уткнувшись лбом в иллюминатор и беспомощно наблюдал за происходящим.

– Заводи «Осу».

– Я? – испуганно выдавил Мишка.

– Больше некому. Пока Лешка разденется, мы потеряем кучу времени. Можем не успеть.

– Все в порядке, Миш, – ободряюще добавил Леша. – Ты справишься. Ты же пробовал с Эдиком, я знаю. Заводи и запускай «Соню». Скажешь ей: двадцать метров на юго-восток и вниз. Как сядете, откроешь люк. Когда Вася войдет, закрывай и выравнивай давление. Только сразу же, без заминок.

Мишка судорожно протянул:

– Я попробую.

– Вот и отлично. Теперь Вася. – Валик встал на колени у края обрыва. – Посмотри вокруг: видишь какой-нибудь проход? Сверху кажется, что ты окружен.

Вася посмотрел по сторонам: никакого прохода в нагромождении ледяных блоков не было. Он стоял на небольшом пятачке, словно рыцарь среди руин хрустального замка.

– Так и есть, – отозвался он.

Пока Валик не спросил у него про давление, Вася чувствовал себя хорошо. Даже отлично. Но теперь самочувствие резко ухудшилось. Ему сразу начало казаться, будто кислорода уже не хватает.

– Значит, придется прыгать.

– Чего? – Вася посмотрел вверх – на Валика, потом на призму, с которой только что съехал. – Тут этажей десять.

– Ты же не на Земле. – Валик натянуто усмехнулся.

– Да не допрыгну я! – рявкнул Вася.

– У тебя нет выбора. Мишка не посадит «Осу» между льдинами.

Вася перевел взгляд на спускаемый аппарат, как раз пролетавший у него над головой, потом на манометр.

– Девяносто пять…

– Этого достаточно. Но не трать время попусту, – посоветовал Леша. – А то я сейчас спрыг-ну и сам запущу тебя через эту ледышку.

– Было бы неплохо, – пробухтел Вася. К сожалению, он отлично понимал: делать нечего. Действительно нужно прыгать.

Первая попытка оказалась совсем неудачной. Вася подпрыгнул на месте. Высоко, но перпендикулярно вверх. Конечно же ни за что не зацепился и медленно полетел вниз. Чересчур медленно…

Когда он приземлился в сугроб, снова посмотрел на манометр.

– Давай еще раз, – попытался подбодрить его Валик. – Вверх и вперед. Ты должен допрыгнуть до ребра призмы.

Вася проследил взглядом за «Осой». Она плавно опускалась вниз по ту сторону от ледяной глыбы.

Он сделал три шага назад, чтобы прыгнуть с разбега. До вершины не хватило нескольких метров…

– У тебя получится! Мишка – прямо за этой ледышкой, – прокричал Леша.

Васю слегка передернуло. Хорошо им давать советы. К тому же зачем кричать, если в шлемофоне и так все слышно.

В ледяной призме виднелись мутные очертания «Осы».

Вася снова отступил на несколько шагов. Толчок. Еще толчок. Прыжок…

Он схватился за острую грань. Повис на трех пальцах левой руки. На одной фаланге. Пальцы пытались разжаться. Вася с ревом выбросил вверх вторую руку.

Все кругом замерло. Казалось, сам Энцелад замедлил свой бег вокруг газового гиганта.

Вася схватился за край двумя руками. Ему на глаза попался манометр. Кислорода становилось все меньше…

Он сделал глубокий, медленный вдох. Подтянулся и перекинул ногу через край. Перевалился всем телом, отпустил руки. Сейчас он ненавидел мизерную гравитацию Энцелада. Ту самую гравитацию, которая десять минут назад позволила ему упасть с высоты небоскреба и не разбиться. Ту самую, которая сейчас убьет его, не дав долететь до поверхности вовремя.

Пока летел, Вася думал о дочери. И о ее сыне тоже.

Его ноги коснулись льда. Он приземлился на очередной осколок, на этот раз небольшой. Осколок провернулся. Левая нога соскользнула. Вася упал на бок. Ногу пронзила острая боль. Плечо застряло между валявшимися на поверхности осколками льда. Снова потянул шею.

Вася сжал зубы, растолкал ледяные осколки и встал.

Он уже чувствовал нехватку кислорода.

Медленно повернулся: «Оса» стояла прямо перед ним. Всего в нескольких шагах. Люк в переходный отсек был открыт.

Припадая на левую ногу, он шел вперед. Добрался до «Осы». Люк закрылся.

Рамка дезинфекции.

Но почему так долго?

Еще один шаг. Вася знал: Мишка уже пустил воздух. Он потянулся к ручке, закрывающей ранец скафандра. Снял с фиксатора. Опустил вниз…

Потом он упал.

* * *

Мишка топтался у входа в переходный отсек, дожидаясь, пока давление выравняется. Его била мелкая дрожь. Он еще не отошел от первого одиночного полета, а его уже поджидало новое испытание. Он судорожно пытался вспомнить хотя бы что-то об оказании первой помощи. Из всего, что он слышал или читал про искусственное дыхание, сейчас в голову лезло только одно: если язык пострадавшего западает, его надо пристегнуть булавкой. Мишка смутно припоминал, как отец говорил, что это рекомендация скорее из серии «вредных советов» и что пристегивать все-таки ничего не нужно, но это окончательно сбивало с толку…

Он уже был готов упасть в обморок, когда дверь наконец открылась. Мишка бросился к Васе, наполовину вытащил его из скафандра, повернул на спину. Сделал глубокий вдох, протянул руку, чтобы зажать Васе нос… Но тот вдруг пошевелился, открыл глаза и промычал:

– Даже не думай.

Страх тяжелым камнем свалился с Мишкиной шеи и покатился прочь. Мишка выдохнул. Губы его задрожали.

«Э нет, – он затряс головой, чтобы не разреветься. – Сегодня я герой-спасатель, а не слезливый мальчишка!»

– Доложите обстановку, – четко и ясно прозвучал из Васиного шлемофона голос Валика.

– Пока живой, – отозвался Вася.