Когда-то, неведомо когда, жила-была мышь. Норку себе она устроила на красивой лужайке, рядом с которой протекал небольшой ручеек.

Каждый день мышь выходила из норки, гуляла по лужайке и искала себе пропитание. Утолив голод, она садилась на берегу ручейка и слушала журчание воды. Жилось нашей мыши легко и беззаботно: ничто ей не угрожало, никаких диких зверей в окрестностях не водилось. Только томило ее одиночество. Не с кем на лужайке словом перекинуться, день и ночь – всё одна и одна, право, хоть с тоски помирай!

Так и тянулись дни за днями. Но вот однажды мышь, как всегда, покинула свою норку, чтобы побегать по лужайке и чем-нибудь подкрепиться, и вдруг услышала какие-то странные звуки!

Мышь удивилась и побежала к берегу ручья посмотреть, что это там такое? Кто там поет? Кто там «ква-ква-ква» говорит?

А это была лягушка, которая плавала в ручейке и сама для себя распевала песенку: «Ква-ква-ква».

Выпрыгнула лягушка из воды:

– А вот и я!

– Кто ты такая? – спрашивает мышь. – Что тут делаешь?

– Ты что, не знаешь меня? – говорит лягушка. – Я лягушка! Вот, добралась до этих мест, посмотреть, что да как. Живет тут кто-нибудь или нет, и каков здешний климат?

Обрадовалась мышь знакомству: может, это конец ее одиночеству?

– А ты кто? – спрашивает лягушка.

– Я – мышь, – отвечает мышь.

– Как поживаешь, – говорит лягушка, – что поделываешь?

– Спасибо, всё хорошо, – отвечает мышь. – Только я совсем одна, нет у меня ни родни, ни друга, словом, никого… Одиночество-то – вещь тяжелая!

– Я тоже жила там внизу одна-одинешенька, – говорит лягушка. – Вот меня и потянуло мир посмотреть. Может, нам стоит подружиться?

Мышь, которая только об этом и мечтала, говорит:

– Всем сердцем хочу дружить с тобой! И жить вместе!

Лягушка обрадовалась и осталась жить в том месте.

Мышь с лягушкой заключили договор о вечной дружбе и взаимной помощи во всех делах. Каждое утро, как только солнце показывалось из-за гор и наступал рассвет, мышь выскакивала из своей норки и стремглав бежала к берегу ручья. Лягушка тоже выпрыгивала из воды и приветствовала мышь. После этого они принимались беседовать, прогуливаясь туда-сюда, вместе искали пищу и завтракали. Так протекала их жизнь в довольстве и радости. Шло время, и дружба их становилась всё крепче, и если они не виделись хоть один день, то начинали беспокоиться друг о друге. В те дни, когда лягушка уплывала то к верховьям, то к устью ручья, мышь сидела на берегу и с нетерпением ждала, когда ее подруга вернется. И вот однажды мышь сказала лягушке:

– Хочу я с тобой своим беспокойством поделиться.

– Что случилось? – спрашивает лягушка. – Может, в этом моя вина?

– Дело в том, что порой, когда ты ныряешь и долго остаешься в глубине, я начинаю беспокоиться и всё вглядываюсь в воду. Зову тебя, а ты не отзываешься! Должно быть, голоса моего под водой не слышно!

– Твоя правда, – говорит лягушка, – да что поделаешь! Постоянно находиться на поверхности я не могу, а чтобы найти пищу, приходится глубоко нырять и долго оставаться под водой.

– Понятно, – говорит мышь, – норка моя в земле, в воду я войти не могу. А нужно сделать так, чтобы, когда мне захочется, я могла тебя видеть.

– Что же, – отвечает лягушка, – дело за небольшим, скажи только, как это сделать.

– Сама не знаю. Знаю только, что нам нужно чаще встречаться на берегу, чтобы можно было подольше беседовать, веселиться и наслаждаться дружбой. Мне иногда становится страшно: а вдруг мы больше друг друга не увидим! Тогда уж будет поздно сожалеть!

– Что верно, то верно, – говорит лягушка, – остается придумать, что делать.

– Найти бы способ, – говорит мышь, – сообщать друг другу о себе: вот, например, ты под водой и оттуда подаешь весть о том, что ты делаешь. Или я на берегу, зову тебя, и ты слышишь мой голос.

– Разве возможно такое? – удивилась лягушка.

– Если подумать хорошенько, можно. Ведь хотеть – значит суметь!

Задумалась лягушка:

– Нет, мне это не под силу, может, сама что-нибудь сообразишь?

Думала мышь, думала и додумалась: надо найти веревку подлиннее, один конец привязать к своей лапке, а другой – к лапке лягушки. Если кто-то из них понадобится другому – подергаешь за веревку и, где бы другой ни находился, он догадается, что нужен.

Лягушке понравился этот план, она нашла длинную веревку, один конец привязала к своей лапке, другой – к лапке мыши. Несколько дней они радовались своей затее, дергали за веревку и так давали друг другу знать о себе. Однако вскоре произошло удивительное событие.

Однажды летела по небу ворона. Увидела она мышь, гулявшую по лужайке, бросилась на нее с высоты, схватила бедняжку в клюв и взлетела в небо. Чем выше мышь поднималась, тем сильнее натягивалась веревка, и лягушка подумала, что мышь вызывает ее по делу. Она весело выпрыгнула из ручья, как вдруг заметила, что веревка тянет ее в небо. Ворона же увидела, что ухватила разом две добычи, и очень обрадовалась. Она летела и летела, за ней летели мышь и лягушка, а люди, трудившиеся внизу, с изумлением глядели на эту троицу.

Но послушайте теперь про лягушку. Когда она выпрыгнула из воды, то не собиралась долго оставаться снаружи, но сейчас она летела по воздуху и понимала, что, когда ее кожица совсем высохнет, ей придет конец. Тут-то она призадумалась, и ей пришло в голову, что ее дружба с мышью была ошибкой. Надо было выбирать друга такого, как она сама, дружить с тем, кто живет в воде, чтобы не пришлось связывать себя веревкой. Однако теперь сожалеть о своей ошибке было бесполезно.

Так и бывает: некоторые осознают свои ошибки слишком поздно, когда исправить что-либо уже невозможно. Это и случилось с лягушкой. А пока ворона из нашей истории лакомится своей добычей, мы пойдем и поищем другую историю.