Два одинаковых двухэтажных дома, стоящих почти напротив друг друга, завершали город. Их разделяла дорога, делавшая недалеко от домов крутой поворот, за которым сразу же начиналось село. Перед поворотом провожала выезжавших из города людей бетонная стела с надписью «В добрый путь!» А за поворотом была автобусная остановка, отмеченная прикрученной к деревянному фонарному столбу белой табличкой с большой буквой А.

Дома-близнецы, разделённые дорогой, были похожи и цветом, и палисадниками перед ними, и лентами заборов из сплошных, посеревших от времени досок. Отличались они только тем, что рядом с одним из домов возвышались, прикреплённые к перекладине между двумя вертикальными брёвнами, железные качели. Они были высокими, виделись издалека и служили неким опознавательным знаком. С другой стороны этого дома были разбиты ровные грядки, по одной на каждую семью. В восьмиквартирном доме семей и грядок было в полтора раза больше, чем квартир.

Во дворе, напротив входа в дом, выстроились в ряд под общей крышей одинаковые сараи, где хранились запасы дров, старые вещи, зимой стояли бочки с засоленной капустой, которую в зимние холода приходилось хозяевам вырубать топором. И долго потом ещё посреди стола, рядом с чугунком с дымящейся горячей картошкой оттаивали в капусте блестящие маленькие льдинки.

Перед каждым сараем выстроились ряды красиво и аккуратно сложенных поленниц, среди которых можно было играть в прятки.

Населявшая дом ребятня была разнополой и разновозрастной; кто-то уже заканчивал школу, а кто-то только ещё появился на свет. В какой-то период сложилась странная, но интересная компания, объединявшая детишек от трех до десяти лет, которую возглавила веселая и энергичная девчонка-фантазёрка. То ли потому, что она была чуть постарше остальных, то ли потому, что явно обладала лидерскими качествами, но вся ребятня слушалась её беспрекословно, а родители полностью доверяли ей своих сокровищ.

Фантазёрка устраивала выставки ребячьих рисунков, открывая в тамбуре дома вернисаж с подписанными авторскими работами, с висящими на гвоздике половинкой школьной тетрадки, являвшейся книгой отзывов, и ручкой. Взрослые оставляли отзывы, по числу которых потом распределялись места. Неугомонная Фантазёрка рисовала и подписывала Почётные грамоты, подбирала небольшие, но ценные для ребятни призы, которыми награждались потом победители каждой художественной выставки.

Сама же Фантазёрка занималась в балетной студии и всё, что связано с балетом, было её страстной любовью. В непогоду детвора высыпала на лестничную площадку первого этажа, где Фантазёрка давала балетный мастер-класс. Поочередно высоко поднимала ноги, ставила их на деревянную, с резными балясинами лестницу, демонстрировала упражнения на растяжку, делала разные балетные движения, сопровождая каждое непонятными нерусскими названиями. Батман тандю, плие, пассе, конечно же, не мог повторить никто. Но зато вся ребячья стайка старательно выворачивала ступни непослушных ног, чтобы встать в ту или иную балетную позицию.

К лету некоторые сараи освобождались от дров, и тогда Фантазёрка устраивала там представления кукольного театра. Сочиняла сценарий, вырезала из плотной бумаги головы и ладошки персонажей, шила им костюмы. Ширма из куска цветной ткани, натянутая на деревянные рейки, прятала от зрителей реквизит и саму артистку. Зрители заходили в сарай как в театр, предъявляя на входе Фантазёрке ею же нарисованные билеты, которые она тщательно проверяла, а затем помогала неловким зрителям занять места в зрительном зале.

Потом она скрывалась за ширмой, надевала на руки самодельных кукол с бумажными головами и руками и разыгрывала на глазах удивлённых и восторженных зрителей замечательные представления, в которых сама играла все главные и неглавные роли. Автором пьес тоже была она. Простые, всем знакомые сказки в этом театре не ставились.

В тёплые летние дни Фантазёрка, собрав детвору, устраивала игры, устав от обычных пряток. Придумывала сюжеты и распределяла роли. Главные роли, конечно же, играла сама. Она могла быть и Доброй Феей, и Злой волшебницей, или даже Бабой Ягой. А всем остальным доставались в спектакле роли детей – братьев и сестёр.

Ребятня подчинялась правилам игры, следуя сюжетной линии, придуманной Фантазёркой. Вот все у поленниц, как будто у себя дома, где мирно, светло и уютно, но нужно отправляться в далекое и опасное путешествие за волшебным смородиновым листом, чтобы помочь заболевшей матери.

Трёх-четырёхлетняя малышня не всё понимала в правилах игры, но не отходила от тех, кто был чуть постарше. О том, как ребятне действовать, сообщала прекрасная и добрая Фея лесов и полей. Лишь ей одной было ведомо, где Баба Яга прячет волшебный листок, приносящий здоровье. Сообщив братишкам и сестрёнкам новости, Добрая Фея улетала в каком-то немыслимо прекрасном танце, обещая помочь, как только её позовут.

Под покровом якобы наступившей в игре ночи маленькая семейка осторожно пробиралась к логову Бабы Яги, которую опять довольно убедительно изображала наша Фантазёрка. Все потихоньку крались между поленниц, заглядывая в каждую щёлочку между дровами в поисках волшебного листа. Баба Яга кряхтела и ворочалась во сне, а малыши замирали в испуге. И, как во многих сказках, с первого раза добыть заветный листок никак не получалось. Злая колдунья вот-вот могла проснуться, и все вынуждены были убегать от опасного места.

– Фея лесов и полей, приди к нам! – трижды взывала детвора на весь двор.

И, кружась в танце, выделывая немыслимые балетные па, прилетала к ним добрая фея, чтобы дать новую подсказку. Но вот наступала последняя, решающая ночь, с которой усиливалась опасность, а вместе с ней напряжение и смятение игроков от страха и желания найти волшебный листок. В самый кульминационный момент Баба Яга просыпалась и бежала за ребятнёй, сея в рядах убегающих панику и ужас.

Игра заканчивалась мощным рёвом всех участников, разумеется, кроме Фантазёрки. Из дома выбегали ошалевшие от многоголосного рёва родители, долго не понимавшие, в чём причина всеобщего детского горя. Потом ворчали и пеняли Фантазёрке за её неуёмную фантазию, так напугавшую их родных чад.

Позже, усаженные на длинную широкую лавку около дома, успокоенные, с заботливо утёртыми родителями глазами и носами, герои этой удивительной игры продолжали тихонько всхлипывать, изредка бросая взгляды на хохочущую девчонку, которая почему-то вовсе не была похожа ни на какую Бабу Ягу.

А Фантазёрка придумывала всё новые забавы и дела, в которые втягивала соседских мальчишек и девчонок, забывших прежние обиды. С теми, кто постарше, она ходила на Старое болото, которое было не очень далеко от дома, стоявшего на окраине города. Болото было небольшое, светлое, сухое, но почему-то родители не особо разрешали мелкой ребятне туда ходить. Именно там, на Старом болоте, среди кочек и редких невысоких ивовых кустов водилась необычная, несказанно вкусная и сочная ягода поляника.

Зимой Фантазёрка вместе со своими родителями устраивала для ребятни новогодний праздник. Вольно или невольно подтягивались взрослые, помогающие своим чадам учить новогодние стихи и песни. С праздника все уходили с найденными под большой нарядной ёлкой сладкими подарками в синих бумажных пакетах с изображением доброго и весёлого Деда Мороза.

С теми, кто постарше, Фантазёрка играла в школу. Из всех детей в доме лишь у неё был маленький игрушечный рояль на полторы октавы, поэтому одним из самых главных предметов в этой школе была музыка. Внимательно слушая свою строгую учительницу, ребятишки повторяли за ней звукоряд, стараясь в меру своего понимания усвоить музыкальную грамоту. И очень её смешили, когда на задание спеть гамму до-мажор вразнобой затягивали, следуя движению мелодии вверх, не до-ре-ми-фа-соль, а га-мма-до-ма-жо-о-ор.

По весне почти во всех квартирах дома с подачи Фантазёрки детвора ставила в банки с водой веточки деревьев, наблюдая, как обычная ветка с каждым днем начинала постепенно оживать, выпуская из набухших почек крошечные зелёные листочки. На фоне весеннего по календарю, но совершенно зимнего пейзажа за окнами, это было удивительно и радостно.

А ближе к лету у высоких качелей Фантазёрка с ребятами устраивала торжественную посадку черёмуховых побегов, давших листья и корешки. Через несколько лет рядом с качелями вырос и зацвёл по весне буйными гроздьями большой черёмуховый куст.

…Фантазёрка давно живет далеко от этого дома и даже от этого города. Она так сильно скучает по родным местам, что те, кто с радостью уехал из старого деревянного дома на окраине и даже в мыслях не очень-то желает возвращаться к прежней жизни, начинают ностальгировать вместе с ней, пробуждая в своей памяти детские воспоминания и ощущения.

Трое из тогдашней маленькой компании стали профессиональными музыкантами, ещё один – не музыкант, но всю жизнь осваивает один за другим музыкальные инструменты.

Город наступает на окраину. На месте Старого болота – автомойка. Дорога, повторяющая своим изгибом излучину реки, стала обустроенным шоссе, ведущим в аэропорт.

…Уезжая из города в этом направлении или возвращаясь обратно, начинаешь заранее высматривать в окошко автомобиля или автобуса старый двухэтажный дом за дощатым, серым от времени забором, железные, опирающиеся на высокие деревянные столбы, качели и возвышающийся над качелями многоствольный куст черёмухи нашего детства.