– Танцевальное действо… без музыки? – Молодой музыкант Джон Кейдж, сидевший за пианино, посмотрел на Мерса. Репетиция давно закончилась. А двое друзей, как обычно, остались в репетиционном зале: Джон наигрывал новые мелодии, Мерс набрасывал идеи для хореографии.

– Без музыки, – подтвердил Мерс.

– Но, Мерс… Я всё-таки музыкант!

Каннингем вздёрнул брови.

– А… Точно. Ну тогда… почему бы нам не поставить шоу, в котором танец не будет связан с музыкой?

– И смысл его в том, что…

– …это будет необычно.

Изобретатель создаёт то, чего раньше не существовало. Иногда это конкретные предметы, например летательный аппарат или мясорубка. А иногда – идеи.

Американец Мерс Каннингем изобрёл новый язык танца. Главный заводила в революционной атмосфере семидесятых, он был наделён огромным талантом, но терпеть не мог балетные традиции. В его понимании танец не нуждался в историях и балетных сюжетах, потому что танцевать уже означало рассказывать.

Вместе с музыкантом Джоном Кейджем он придумывал постановки, в которых движения танцоров и музыка жили на сцене каждый своей жизнью, словно между ними не было никакой связи.