Разве не правильно убраться в комнате Эдуардо, если он так боится микробов? Разве Бен не должен помогать Ариэль осматривать дом, если это успокоит ее? Разве родители Ксавье не пример для подражания, если заботятся о сыне и оберегают его от чувства тревоги? Разве Николас не проявляет сострадание, защищая Линду от нежелательных сексуализированных мыслей? В конце концов, беспокойство может казаться невыносим для психики, а неопределенность – мучительной. Разве это не ужасно, когда в голове крутятся неприятные навязчивые мысли?

Нам не нравится видеть близких встревоженными или подавленными, а тем более сталкивающимися с тем, что им представляется опасным. Поэтому желание защитить их вполне естественно, особенно если мы способны обеспечить им безопасность. По такой логике вовлечение – это хорошее решение. Помочь близкому с ОКР избежать или уменьшить тревожность можно словами «я люблю тебя» или «я беспокоюсь о тебе». Возможно, эти действия уже привычка, которой вы или ваша семья следуете, просто потому что вам не все равно. В остальных случаях человек с ОКР может подать вам сигнал о помощи в избавлении от обсессий и тревоги. Иногда его слова обретают требовательный или угрожающий оттенок, и вы знаете, что, если не поможете, на вас разозлятся. Но независимо от того, делается это из-за беспокойства или во избежание ссор и скандалов, вовлечение помогает облегчить страдания в данный момент. И в этом легко увидеть что-то хорошее.

Но, как следует из заголовка, несмотря на то, что вы руководствуетесь благими намерениями, вовлечение в итоге оборачивается против вас и близкого с ОКР. Давайте подробно рассмотрим, как это происходит.

Вовлечение только подливает масла в огонь. Согласно исследованиям, существует связь между вовлечением и более тяжелыми симптомами ОКР. Это характерно для детей, подростков и взрослых, живущих с родителями, а также для взрослых пар, в которых один из партнеров страдает ОКР. Вовлечение играет определенную роль в порочном круге, механизм которого описан в главе 2. Неважно, выполняет ли ритуалы или стратегии ваш близкий в одиночку или при помощи других людей. Следование им и избегание триггерных ситуаций в моменте уменьшает тревогу, но в долгосрочной перспективе усиливает ОКР. Это происходит потому, что вовлечение лишает вашего близкого возможности узнать, что:

• катастрофические последствия, которых он боится, маловероятны;

• он может сам справиться с тревогой и нежелательными навязчивыми мыслями.

Чем больше члены семьи подстраиваются под близкого с ОКР, тем больше он полагает, что неспособен функционировать без постоянного вовлечения. Это формирует порочный круг: если вы постоянно действуете от имени близкого, решая за него сложные ситуации, у него не появится возможности и стимула научиться справляться с ними самостоятельно. Это снижает его уверенность в себе, и он будет чувствовать, что не может обойтись без помощи. Многие семьи застревают во взаимодействиях такого рода, нарастающих словно снежный ком месяцами и годами. Кроме того, вовлечение посылает ложное сообщение о том, что тревога и обсессии вредны и опасны и что для предотвращения катастрофы необходимо осторожничать и совершать ритуалы. Если окружающие стараются защитить вас от источника вашего страха, это только укрепит вашу веру в то, что опасность и вправду существует.

Вовлечение снижает потребность в изменениях. Родители Эдуардо озадачились, когда он отказался от помощи психиатра. Разве ему не надоело бояться микробов, запираться в комнате и так часто и старательно намыливаться в душе? Родители Ксавье тоже удивились тому, что он упорно не желал прибегнуть к помощи специалистов. Разве он не хотел преодолеть сомнения, стать более независимым и создать собственную семью?

Я консультировал многие пары и семьи, в которых человека с ОКР подталкивали к обращению за лечением те же домочадцы, которые подстраивались под их симптомы. Результат обычно предсказуем: человек с ОКР сопротивлялся – часто довольно упорно – и отказывался от помощи. Давайте подумаем, почему так происходит.

Когда не страдающие ОКР домочадцы меняют распорядок дня, чтобы приспособиться к проявлениям расстройства, человеку с ОКР становится легче с ним жить. Несмотря на то что Эдуардо страдал ОКР, его жизнь была вполне комфортной. Ему не нужно было ходить в школу, застилать постель, убираться в комнате, готовить еду или выполнять другие обязанности, характерные для многих его сверстников. Он весь день сидел в комнате, пока мать все делала по дому. Родители даже подарили ему компьютер и видеоигры! Избавляя Эдуардо от бремени ОКР, родители сами взяли на себя это бремя. Стоит ли удивляться, что он не горел желанием обращаться к специалисту? Конечно, ситуация не идеальная, но, по его мнению, все вполне неплохо, – хотя, конечно, если спросить об этом его родителей, то нет! В семье Ксавье развивалась похожая ситуация: ему не нужно было беспокоиться о работе и других обязанностях – обо всем заботились его родители. ОКР стало их проблемой. Хотел ли Ксавье выйти из своей зоны комфорта?

Вы можете заметить, сколько сделали родители Эдуардо и Ксавье, чтобы оградить сыновей от дискомфорта. Но, несмотря на усердия, их разочаровало отсутствие у их сыновей мотивации обращаться к специалистам. Они не понимали, в чем дело: вовлечение, которое ограждало Эдуардо и Ксавье от чувства тревоги, в то же время не мотивировало их обратиться за помощью.

В том числе по этой причине я хотел бы помочь вам снизить степень вовлечения. Когда вы и другие домочадцы больше не защищаете близкого от страданий, спровоцированных ОКР, он сам может захотеть избавиться от них с помощью психиатра. В следующих главах я предложу вам практические рекомендации для изменения моделей взаимоотношений с близким. Не волнуйтесь: я не стремлюсь разрушить вашу близость. Конечно, вы вольны поддерживать члена семьи в тревоге, но я помогу вам делать это, не подстраиваясь под его симптомы.

Вовлечение вредит отношениям. Конечно, Бену не нравилось, что Ариэль так беспокоится о взломах и пожарах, но как вы думаете, был ли он рад облегчать волнение Ариэль своими действиями? Ежевечерняя проверка дверей и бытовой техники – после того, как он давал Ариэль множество заверений в этом, – крайне раздражала его. Он все чаще выходил из себя и огрызался на Ариэль: «Что с тобой не так?! Мы каждый вечер повторяем одно и то же! Когда ты наконец поймешь, что я тоже забочусь о нашей безопасности? Я не собираюсь оставлять двери незапертыми! Почему ты мне не доверяешь?»

Точно так же Николас хотел защитить Линду от сексуализированных мыслей об Эмме, но его раздражали жертвы, на которые он шел для ограждения ее от бессмысленных обсессий. Он чувствовал себя обделенным, когда друзья и их семьи вместе проводили время, делились историями и фотографиями внуков. И хотя Николас никогда не говорил об этом Линде, он был глубоко обижен на нее за то, что она вынуждала его пропускать радостный этап в жизни. Он не чувствовал к ней эмоциональной близости, и об интимной близости тоже не шло и речи.

Вспомните все то время и энергию, которые вы потратили на попытки защитить близкого от тревожности. Возможно, вы внесли относительно незначительные коррективы, а может, наоборот, приложили немало усилий, чтобы справиться с его ОКР. Но какое удовлетворение вы на самом деле получаете от осознания, сколько делаете для близкого? Насколько он ценит ваши усилия? Правда в том, что вовлечение – это, как правило, «игра в одни ворота». Вы делаете всю тяжелую работу за человека и почти ничего не получаете взамен. И к сожалению, это верный путь к напряженным и несчастливым отношениям.