Печальный блюз памяти Джеймса Типтри-младшего принято начинать с последних тактов мелодии: с выстрелов, прозвучавших 19 мая 1987 года в городе Маклин, штат Вирджиния, США. В этот день домохозяйка Алиса Шелдон семидесяти одного года от роду, женщина, некогда потрясавшая основы научной фантастики, застрелила во сне мужа Хантингтона, на двенадцать лет ее старше, ослепшего и почти утратившего слух, а через несколько минут, после телефонного разговора с пасынком и семейным адвокатом, покончила с собой.
Но это еще не конец: пару лет назад история получила драматическое продолжение. По общепринятой версии, Алиса и ее супруг еще в 1960-х договорились вместе покончить с собой, как только почувствуют, что начинают впадать в старческое слабоумие. Однако недавно сын Хантингтона Шелдона заявил, что в 1987 году его отец пребывал в здравом уме и ясной памяти и вовсе не собирался сводить счеты с жизнью – более того, не раз предупреждал родных, что в очередном приступе депрессии Алиса может совершить непоправимое. Естественно, никто не знает, что на самом деле происходило между пожилыми супругами, ведущими крайне замкнутый образ жизни. Но любители фантастики с тонкой душевной организацией оказались настолько травмированы известием, что, как сейчас принято, немедленно организовали кампанию за переименование премии Джеймса Типтри-младшего. Эта награда, созданная в 1992 году, почти двадцать лет была самой престижной в фэндоме премией за «научно-фантастическое или фэнтезийное произведение, которое исследует и расширяет тематику взаимоотношения полов». – однако бастион не устоял под напором возмущенных масс. После недолгого сопротивления организаторы сдались и переименовали «James Tiptree Jr. Award» в безликую «Otherwise Award». Признанные заслуги Типтри перед феминистическим движением не помогли: «Если равенство восторжествует, за мной, со свирепым оскалом, явятся как мужчины, так и женщины», – писала в 1970-х Алиса своей подруге Джоанне Расс – и попала в яблочко.
Это далеко не первый случай, когда Алису Шелдон, человека из плоти и крови, персонажа крайне противоречивого и неудобного, пытаются вычеркнуть из реальности, заменить комфортным симулякром. Будущая писательница родилась 24 августа 1915 года в семье Мэри и Герберта Брэдли. Ее отец (адвокат) и мать (популярный беллетрист, автор мелодрам, детективных романов и травелогов) принадлежали к верхушке немногочисленного в те годы американского среднего класса. Еще в детстве Алиса вместе с родителями трижды совершала путешествие по Африке, причем первый раз в шестилетнем возрасте – невероятное приключение с охотой на горных горилл и степных львов, неописуемыми красотами девственных джунглей, пигмеями и каннибалами и в то же время тяжелое испытание для юного интроверта. Но мнения девочки, разумеется, никто не спрашивал. С ранних лет Алиса училась прятать ужас и отвращение, боль и отчаяние и изображать безупречную героиню светской хроники, прекрасное белокурое дитя в идеальном платьице, неунывающую и озорную первооткрывательницу. Между тем уже в юности Алисе диагностировали биполярное расстройство, а ее сложные отношения с матерью, которая окружила девочку гиперопекой, только усугубили проблему. Впрочем, о степени искренности этих воспоминаний трудно судить с уверенностью: писательница конструировала свою биографию с той же легкостью, с какой Джеймс Типтри-мл. – сюжеты фантастических повестей и рассказов.
Из мира светских вечеринок, элитных пансионов и путешествий по экзотическим странам под прицелом вездесущих фотокамер Алиса, как и многие девушки ее поколения, бежала в раннее замужество. В 1934 году, после нескольких недель знакомства, она тайно выходит замуж за Уильяма Дэйви, юного красавца, наследника солидного капитала и амбициозного молодого писателя. И снова неудача: Билл ведет типичный для золотой молодежи образ жизни, поколачивает жену и, если верить письмам и дневникам Алисы, несколько раз стреляет в нее из ружья в пылу ссоры. Молодая супруга, впрочем, не остается в долгу: на склоне лет Дэйви вспоминал, что та якобы изменяла ему направо и налево, порой прямо у него под носом. Несколько раз супруги шумно расходились и сходились, пока наконец в 1941 году не расстаются навсегда с нескрываемым облегчением.
Важный нюанс, о котором обычно забывают биографы: в отличие от большинства ее сверстников-фантастов даже на пике Великой депрессии Алиса не испытывала серьезных финансовых затруднений. Пока семья Рэя Брэдбери колесила по Америке в поисках хоть какой-нибудь подработки за пару долларов в день, а молодой Роберт Хайнлайн подсчитывал центы из скудной флотской пенсии, миссис Дэйви беспокоили совсем другие проблемы. Она недовольна своим телом (высокая красивая блондинка нордического типа с пышными волосами и большой грудью), не уверена в своем таланте, страдает депрессиями, много пьет вместе с мужем и в одиночку. Гарантированный благодаря происхождению доход, с одной стороны, освобождает Алису от необходимости халтурить, «гнать строку», с другой – лишает мощного стимула развивать свои разноплановые дарования. Она изучает искусство, пытается стать профессиональным художником и даже продает иллюстрацию в «Нью-Йоркер», но выставляет полотна в галереях лишь дважды. Работает арт-критиком, но быстро устает от газетной рутины и необходимости следовать формату. Берется за прозу – и бросает. Все валится из рук, годы бездарно утекают сквозь пальцы.
Как ни цинично звучит, спасением для нее стал японский налет на Пёрл-Харбор и вступление Соединенных Штатов во Вторую мировую войну. В августе 1942 года Алиса в первых рядах записывается в Женский вспомогательный корпус, а потом поступает в офицерское училище (со своим неоконченным, но элитным образованием она возвышалась над девушками-простушками как пик Коммунизма над сопками Манчжурии). Так и не дождавшись отправки на фронт и несколько месяцев помыкавшись на административных должностях, в ноябре 1943 года она переводится в подразделение военной дешифровки, созданное для работы с фотоснимками с самолетов-шпионов. Служба в разведке помогает будущей писательнице встретить человека, рядом с которым она проведет остаток своей жизни, мужчину, готового безропотно терпеть ее эксцентричные выходки и затяжные депрессии. В 1945 году, разбирая в освобожденном Париже трофейные документы, оставшиеся от нацистов, она знакомится с полковником Хантингтоном Дентоном Шелдоном по прозвищу Тинг. После страстного романа этот красиво стареющий мужчина, дважды женатый отец троих детей, выпускник Итона и Йеля, становится ее вторым мужем. Вместе они разводят кур на собственной ферме, вместе вступают в ЦРУ в 1952-м, – но если выдержки Алисы хватило только на три года, то Тинг, стоявший у колыбели организации, остается на службе до пенсии, достигает серьезных карьерных высот и, по некоторым сведениям, участвует в подготовке печально знаменитой высадки в заливе Свиней на Кубе.
Первая половина жизни Алисы Шелдон наполнена бесконечными метаниями, поисками себя и жестокими разочарованиями – доводить до конца начатое и цепко держаться избранного пути она научилась только после сорока. Покинув гостеприимные стены Пентагона, Алиса смогла наконец закончить высшее образование и в 1967 году защитила докторскую степень по экспериментальной психологии (с уклоном в этологию) в Университете Джорджа Вашингтона. Однако академическая карьера, как и служба в разведке, сама по себе ее не особенно привлекала: слишком много условностей, подковерных интриг, искусственных ограничений. И тогда свежеиспеченный доктор психологических наук берется за новую игру, которой суждено прославить имя Алисы, а точнее, ее псевдоним – Джеймс Типтри-младший.
Надо заметить, что обращение А. Шелдон к научной фантастике не стало случайностью. Уже много лет, с самого детства, Алиса время от времени почитывала фантастические журналы и, что называется, держала руку на пульсе. Правда, не спешила в этом признаваться даже самым близким друзьям: беседуя с психиатрами, она охотнее рассказывала о проблемах с сексуальностью, чем о своем интересе к НФ. И ее трудно винить, если вспомнить, какой была американская фантастика в 1920–1930-х, до пришествия великого реформатора жанра Джона Вуда Кэмпбелла. Мужская маска была призвана разграничить миры, подчеркнуть несерьезный, карнавальный характер всей этой затеи. По собственному признанию, фамилию Типтри Алиса взяла с банки супа, которую увидела в супермаркете, а приставку «младший» подсказал Тинг – сплошная игра, ребячество, клоунада.
За несколько месяцев Типтри сочиняет полдюжины рассказов и рассылает их по журналам – сопроводив каждое письмом, написанным размашистым округлым почерком, совсем не похожим на почерк Алисы. По иронии судьбы именно Джон Кэмпбелл, давно растерявший былое влияние, но все еще возглавлявший один из самых важных американских журналов фантастики, становится первым его/ее издателем: рассказ «Рождение коммивояжера» («Birth of a Salesman», прямая отсылка к «Смерти коммивояжера» Артура Миллера) вышел в ежемесячнике «Аналог» в марте 1968 года. Гарри Гаррисон, купивший второй рассказ начинающего писателя для журнала «Amazing Stories and Fantastic» вслед за Кэмпбеллом, спустя десятилетия будет горько сокрушаться в мемуарах, что упустил честь открытия новой звезды.
Первые рассказы Типтри написаны остроумно, динамично и бесхитростно, в духе американской НФ 1940–1950-х – не удивительно, что они приглянулись Кэмпбеллу. Но уже начиная с «Последнего полета доктора Аина» («The Last Flight of Dr. Ain», 1969), безжалостной истории о любви, смерти и экологии, автор выходит на новый уровень и привлекает внимание продвинутых читателей, избалованных экспериментами англо-американской Новой волны. В том же году «Полет» номинируется на премию «Небьюла», но закономерно уступает «Пассажирам» маститого Роберта Сильверберга.
Параллельно Джеймс Типтри-мл. ведет бурную переписку с ключевыми фигурами американского фэндома и молодыми любителями фантастики. Среди его корреспондентов Лестер дель Рей и Фредерик Пол, Филип К. Дик и Гарри Гаррисон, Урсула Ле Гуин и Джоанна Расс. Люди легко попадают под «его» очарование, Дик и Ле Гуин предлагают соавторство – ФКД напористо, Урсула с долей неловкости. Увлекшись телесериалом «Звездный путь», Типтри спрашивает у одного из коллег, можно ли предложить продюсерам сценарий эпизода, но узнав, что необходимо личное присутствие на съемочной площадке, тут же отступает. В 1972 году Типтри участвует в этапной для американской фантастики антологии «Новые опасные видения» («Again, Dangerous Visions»), включающей нонконформистские, провокационные, разрушающие табу рассказы, а составитель сборника, писатель Харлан Эллисон, надолго становится его другом. Типтри, то есть Алиса Шелдон, ловко уклоняется от прямых вопросов, кто скрывается под псевдонимом, – вот где пригодились навыки психолога – и постепенно формирует образ галантного пожилого джентльмена с бурным прошлым, харизматичного, внимательного к собеседникам и острого на язык сотрудника одной из одной из правительственных структур, возможно ЦРУ или Белого дома. В фэндоме в шутку предполагают, что под маской прячется сам Генри Киссинджер. Разумеется, появляется конспирологическая теория и о том, что Типтри – женщина, но друзья по переписке, прежде Роберт Сильверберг, решительно отвергают эти беспочвенные инсинуации.
Между тем в текстах Типа, как зовут его коллеги, хватает завуалированных намеков: автор много пишет о женской отчужденности, об эволюционном аспекте гендерных отношений, о естественных и навязанных поведенческих моделях. К вершинам его/ее творчества традиционно относят повесть «Хьюстон, Хьюстон, как слышите?» («Houston, Houston, Do You Read?», 1976), действие которой разворачивается на Земле будущего, где мужчины вымерли от скоротечной эпидемии, а женщины, размножающиеся партеногенезом, ведут спокойную и счастливую жизнь, свободную от агрессии и тяги к доминированию. В 1976 и 1977 годах повесть принесла Типтри премии «Хьюго» и «Небьюла» и по сей день остается одним из самых мощных феминистических высказываний в жанровой литературе.
Впрочем, в полной мере заслуги Алисы Шелдон перед феминистическим движением были признаны только после раскрытия псевдонима. В 1975 году Джоанна Расс даже попросила Типа покинуть эпистолярную дискуссию по проблемам феминизма, поскольку реплики представителя мужского пола «будут отвлекать нас от действительно интересных (для меня) вещей: наших мыслей». То есть отчетливо дала понять, что сами по себе идеи интересуют ее гораздо меньше, чем, извините за цитату, «форма гениталий» собеседника. Любопытно, что после раскрытия мистификации та же Расс предложила подруге по переписке встретиться лично и прозрачно намекнула на секс – что, по ее словам, никоим образом «не стоит рассматривать как измену Тингу». Алиса от предложенной чести мягко отказалась.
Автобиографические мотивы звучат и в другом известном произведении Типтри-младшего, «Девушка, которую подключили» («The Girl Who Was Plugged In», 1973), небольшой повести, ставшей одной из краеугольных камней киберпанка. Автор пишет о безжалостном мире высоких технологий и транснациональных корпораций, о маске, прирастающей к лицу, о подмене, об идеальном симулякре, постепенно занимающем место живого несовершенного человека, – и, разумеется, о любви и смерти, как всегда. В 1974 году эта повесть всколыхнула сообщество любителей фантастики, принесла Типтри «Хьюго» и вышла в финал «Небьюлы».
Увы, все хорошее рано или поздно заканчивается. По мере роста влияния рос и нездоровый интерес фэндом к тайне личности неуловимого писателя. Алиса оформила на имя Типтри отдельный счет и арендовала абонентский ящик, однако разоблачение было неизбежно. В 1976 году она рассказала в письме одному из доверенных корреспондентов о смерти матери, писательницы, скончавшейся недавно в Чикаго в возрасте девяносто четырех лет, – этого хватило, чтобы коллеги по цеху перерыли стопку некрологов и обнаружили заметку о кончине Мэри Брэдли. Вот только единственным ребенком и прямой наследницей покойной числился не загадочный цэрэушник Джеймс Т., а скромная миссис А. Шелдон, проживающая по адресу Маклин, штат Вирджиния.
Не исключено, что Алиса сделала эту описку сознательно: судя по ее дневникам и письмам, в последние годы ей все тяжелее было скрываться под псевдонимом, делить свою жизнь с незваным попутчиком. Но если она рассчитывала, что раскрытие мистификации принесет облегчение, то просчиталась. Скорее наоборот: Алиса продолжает писать, заканчивает роман «Границы бытия» («Up the Walls of the World», 1978), давно обещанный издателям, за ним второй, «Померкнет воздух рая» («Brightness Falls from the Air», 1985), выпускает повести и рассказы, готовит сборники, рисует, получает престижные премии, заводит новые знакомства. Но с тех пор, как тайна личности «старины Типтри» оказалась раскрыта, дела никак не идут на лад. Даже искренние поклонники, такие как Джулия Филлипс, самый кропотливый и добросовестный биограф А. Шелдон, признают, что новые произведения писательницы заметно уступают прозе 1970-х.
Мы можем только гадать, что именно послужило триггером, что заставило Алису потянуться за пистолетом в тот роковой день 19 мая – затянувшийся творческий кризис, панический страх старости, отчаяние от медленного угасания Тинга, многолетний прием амфетаминов или отказ от них по настоянию врачей. Одно можно сказать наверняка: последнее свое решение – может быть, ошибочное и даже преступное – она приняла сама, на собственный страх и риск, не дожидаясь, пока это сделают за нее непогрешимые и морально безупречные люди завтрашнего дня. И довела дело до конца, вопреки всем естественным психологическим барьерам и социально одобряемой норме.
21.08.2020