Их обработали из «Града»,

Добили минами к утру,

И после этого-то ада

Отбили эту «высоту».

Иваныч был живой, но ранен,

Без памяти лежал в крови,

Очнулся в земляном зиндане

Вдали от собственной земли.

Держали сутки…, не поили,

А раны ныли просто жуть,

Но мысли на одной застыли:

Как бы оружие вернуть?!

Замолк один, в углу кричащий —

Отмучился, видать, герой!

Второй и третий, и незрячий

С пробитой пулей головой.

Потом достали, допросили,

Узнали в нем военспеца

Того, что громко наградили

В Кремле…, не били молодца…

Потом допросы, предложения,

Шантаж, но он «держал лицо»,

Все относились с уважением,

Хоть пленный здесь и был никто!…

Гноились раны, боль нещадно

Пытала, медленно грызя,

Но он терпел… и беспощадно

Ругал неистово себя:

За плен, за раны, бессознание,

За то, что жив, а не погиб,

За то, что в нём его признали —

Не заглушить в душе тот крик!

Он пробовал сбежать, но тщетно,

Его хотели расстрелять,

Но появился тут же некто

И приказал вести в санчасть.

Зашили раны и лечили,

Но он не знал зачем живет,

И вот однажды пригласили:

– Вы здесь уж скоро полный год…

– Я Вашим никогда не стану!

Я русским жил и им умру…

– Я тоже русский, кстати, раны —

Спасибо русскому врачу…

Он промолчал и молча слушал,

Не зная, как тут отнестись

К тем новостям, что слышат уши:

– И вот мы за обмен взялись…

Мы честно Вашим предлагаем

И Вам… – хотите жить у нас?

Мы каждому предоставляем

Гражданство – это шанс для вас!

Зачем вам грязная Россия?

Зачем вам нищета, война?

Но если тянет, всё же, сильно

Мы включим в список… – вам решать…

– Я русский!… И мой дом Россия!

В ней для души надежный храм!

Наверно, я уже бессилен

Солдатом быть, но сдохну там!..

– Ну что ж, похвально…, пусть Россия…

Другого и не ожидал…

У вас специальная миссия,

Запрос по вам отдельно дан.

Вас обменяют на «азовца»,

На генерала, что у вас…

Конечно, он ублюдок…, просто,

Он дорог кой-кому у нас…»...

Он не придал тому значения,

Что генерала стоил сам,

Не всё поняв, имея мнение,

Что им виднее явно там…

Везли полночи до границы,

И после вывели на мост,

Вели, а яркие зарницы

Сверкали от весенних гроз.

Вдали, на срезе леса с небом,

И вдох свободою давил,

Но вот сошлись парламентеры

И он лицо врага узрил!

А генерал был «Генералом»,

Что уничтожил его жизнь,

И он вот этим своим шагом

Зло в Божий мир освободил!!!

Гуляли челюсти у «беса»,

Он знал Иваныча беду,

Злорадствовал и, встав на месте,

Назвал фамилию свою.

Свою назвал Андрей чрез силу

И понял: «Так быть не должно!

Продолжит убивать безвинных,

А значит время подошло!»…

Из рук расслабленных конвоя

Он вырвал наспех автомат

И выстрелил в лицо немое,

Чтоб не вернулся тот назад…

Андрея расстреляли тут же,

Тела пришлось всё ж поменять,

Ведь сторонам, всё-таки нужно,

Договорённость соблюдать…