– Здесь предвзято относятся к славянам?

– Некоторые, – Спокойно ответил Ви.

– Почему?

– Они думают, что всякий ДРСН’овец служащий у наёмников ОНТ – это предатель. Считают, что так мы пытаемся спасти свои шкуры от линчевания, когда КОР и ССЗЦ победят.

– Они так уверены, что победят? – Спросил Влад, наклонившись к Виктору.

– Те, кто так думает – да. Такие люди, скорее всего, придерживаются национальных и милитаристических направлений. Считают, что миром может управлять только одна нация – Крамергон. Они даже вестокцев за людей не особо считают. Поэтому лучше их по возможности избегать и не ввязываться во всякие неприятности.

– Козлы, – Скривив недовольно «череп» сказала Настя.

– «Предвзято относятся? Прямо как мы к иногородним…» – Подумал про себя Влад.

– И часто такое случается? – Продолжала Катя спускаясь.

– Не так часто. В основном такие сидят на непыльных работёнках, стреляют когда хотят, а не когда необходимо. Хотя… Наверное, особо яростные и в боях участвуют. По крайней мере, я таких не видел.

Спустившись в подвал, послышались приглушённые звуки стрельбы. Небольшая очередь, тишина. Снова очередь и снова тишина. Так из раза в раз.

– Нам сюда, – Сказал Вик, показывая на дверь слева.

Все зашли. Внутри было пусто, только парочка парт и три стула позади них стояли в углу помещения. Сама комната была рассчитана больше на занятие для борьбы или чего-то такого, но запах пороха и стрелянных гильз стоял настолько плотно, что возникало ощущение, будто здесь была перестрелка не меньше, чем у тридцати человек. Из-за соседней стенки послышались новые очереди.

– Похоже, у них там занятие по стрельбе. Что ж придётся подождать, – Виктор прислонился к стенке, сложив руки на груди.

Настя пошла в угол комнаты, чтобы сесть за парту, и позвала Катю с собой. Обе девушки сели. Влад встал рядом с Виком.

– Тебе не тяжело? – Обратился наёмник к пулемётчику. – У тебя сзади, наверное, не меньше десят килограммов, на теле двадцать пять, да и пулемёт… – Влад посмотрел на М249. – Тоже наверняка нелёгкий.

– Я привык, – Просто ответил Виктор. – Тот, кто не готов таскать на себе тяжести, в какой-то момент может оказаться без патронов, гранат или чего-то другого необходимого. Поэтому я стараюсь носить с собой не только самое необходимое, но и что может пригодиться в бою.

– А спину не ломает?

– Ломает, конечно. Раньше часто такое бывало. Однако теперь у меня позвоночник привык и не так болезненно относится к тяжестям. В конце концов, лучше живым и уставшим, чем мёртвым, – Заключил Виктор.

– «Прямо как инструктор…» – Подумал Влад.

Пару минут в комнате царила тишина, прерываемая звуками очередей из соседней комнаты. Настя молча сидела, качаясь на стуле, а Катя смущённо положила руки на парту, как прилежный ученик. Дверь распахнулась и запахло горелым порохом, внутри зашли семь человек: четыре с автоматами и три без. Автоматчики были с арафатками и жёлтыми баллистическими очками. Они что-то бегло и громко обсуждали на своём диалекте, затем сказали что-то безоружным и ушли, не заметив квартет.

– Славянский? Крамер? Вестоксэ? – Спросил знакомой фразой один из трёх инструкторов.

Они все были в чёрных куртках с лёгкими бронежилетами без подсумков и в масках с безухими шлемами и наушниками. Единственное различие было в том, что у первого на груди был шеврон с буквой «А», у второго с «В», а третий с «С». Влад заметил, что у обращающегося к нему инструктора на груди буква «А».

– Славянский, – утвердительно ответил наёмник. – я и она, – Влад показал больши́м пальцем на Катю.

– Отлично, вы, я так вижу, на первоначальное обращение с оружием?

– Да, – Вмешался Виктор. – Они оба должны пройти тренировку по ТБ и стрельбе.

– Без проблем. Кто у вас старший? – Спросил тот же инструктор.

В его интонации что-то изменилось. Он стал растягивать «е», как «э» и комкал слова, пропуская гласные. Очень похоже на жителя стран Лабтиприйского моря.

– Я, – Виктор поднял руку и тут же опустил. – Где-то расписаться?

– Да-а, – Инструктор «А» достал из бокового отверстия бронежилета, куда ставиться бронепластина, журнал, похожий на такую же книжку, как и у оружейников.

– Значит, только пеэрвоначальный курс? – Уточнил инструктор.

– Нет, – заговорила Настя будто мёртвый из-за нарисованного черепа. Она показала указательным пальцем на Катю. – Ей нужен первоначальный курс по наведению снайперского огня.

– А ему, – Виктор показал на Влада, – со мной в килл рум на «Отработку командного взаимодействия».

– Хорошо… Кто из вас какие должности занимаеэт?

– Я всё напишу, не беспокойтесь, – Виктор подошёл к инструктору, тот положил журнал и начал что-то записывать.

Негромкие переговоры, снова пулемётчик шаркает ручкой, а учитель «А» что-то показывает. Влад посмотрел на «В» и «С». Они холодно стояли рядом друг с другом. В глазах пустота. Безразличие. Словно им вообще без разницы, что сейчас происходит, но не похоже, чтобы они были под чем-то.

– «Может, во время обучения оживятся? Как тот за ресепшеном», – Подумал про себя наёмник.

– Итак… Да, вродеэ всё. Вы будете присутствовать при обучении?

– Нет, я бы хотел воспользоваться килл румом для отработки личных навыков владения оружия.

– А вы? – Инструктор «А» обратился к Насте.

– Я пойду с ним, – Она показала на Виктора. – Как вы закончите, я приду для того, чтобы она набралась немного практики.

– Хорошо, – «А» повернулся к инструктору «С». – Druvis, aizved ložmetēju uz šautuvi. Es parūpēšos par jaunajiem (Друвис, отведи пулемётчика на полигон. Я займусь новенькими).

– Jā (Да), – Коротко ответил «С», даже не повернув головой.

Он махнул рукой Виктору, и они вышли из комнаты, Настя встала и зашагала следом.

– Не буянь! – Крикнула она напоследок проводнице, закрыв дверь.

Инструктор «В» развернулся и пошёл на стрельбище. Катя и Влад встали напротив «А». Он негромко хлопнул руками.

– Итак, – Начал инструктор «А». – Меэня зовут Кристап. Я занимаюсь обучеэниеэм новичком, а также помогаю в повышеэнии квалификации ужеэ служащим у нас бойцам. Сегодня я познакомлю вас с вашим основным штурмовым карабином: М4А1.

– Простите? – Влад поднял руку.

– Jā? – Без раздражения ответил Кристап.

– А вы можете научить ещё обращению с пистолетом М9? Я понимаю принцип работы, но хотелось бы лучше знать своё оружие.

– Jā, nekādu problēmu, то есть: «Неэт проблеэм». Итак, пожалуй, начнём с основ. Проститеэ меэня на минуту, – Инструктор вышел в комнату со стрельбищем.

Катя и Влад переглянулись.

– Как думаешь, откуда он? – Спросила Катя.

– А по акценту не понятно? – Негромко ответил Влад.

– Да нет же, я в другом плане, – На лице наёмника появилось непонимание. – Он же явно непростой военный. А учитывая, как он обратился к тому с буквой «С» он тут не случайно.

– Что ты имеешь в виду?

– Мне кажется, – Катя наклонилась ближе к лицу Влада, – что он профессиональный инструктор. А знаешь, как появляются профессионалы в таком деле?

– Да, – Влад понял, что она имела в виду.

Она пыталась сказать, что на пути к профессионализму он положил немало человек. Не пять, ни десять и, скорее всего, не двадцать. Простой инструктор тут бы не оказался. Тут мог быть только человек, что не может жить без войны. Человек, у которого отсутствует разделение между жизнью в мире и войне. Для кого война – и есть мир.

– И всё же, может, мы ошибаемся? Давай посмотрим, что он покажет?

Катя встала в прежнюю позу. Влад повернулся к двери. Проводница стала негромко постукивать по металлу затворной рамы сначала медленно, а потом, наращивая темп с каждой секундой, пока это не переросло в нервный стук. Дверь открылась, и палец Кати застыл в воздухе.

На животе инструктора был М4, а на поясе висела кобура с пистолетом М9.

– Итак, начнём треэнировку. Для начала: как давно вы знакомы с войной?

– Мы с самого начала войны в этом городе, – Ответила Катя.

– Мгм… Значит, вы сталкивались с оружиеэм и пеэреэстреэлками?

– Да, участвовали в них неоднократно, – Произнёс Влад.

– Хорошо. В таком случае вы знаеэтеэ цеэну беэзопасности, правда?

Оба утвердительно кивнули.

– В таком случаеэ начнём с основ, – Инструктор встал в позу для стрельбы стоя. Он прицелился в стену рядом со входом в стрельбище. Приклад упёрся в плечо инструктора, левая рука обхватила цевьё сбоку..

– Самоеэ главноеэ: Неэ… – Он бросил взгляд на дуэт.

Они чуть скривили лица. Инструктор выдохнул.

– Проститеэ мнеэ мой акцеэнт… Кхм кхм… Так лучше? – Инструктор стал поднимать скулы выше обычного, когда говорил «е».

– Да, но вам не стоит напрягаться из-за нас, – Отмахнулась Катя.

– Пустяки. Я должен вас научить. Для этого вы должны меня понимать. Итак: не держите палец на триггере, если не собираетесь стрелять, – Он подвигал указательным пальцем на спусковом крючке. – Понятно?

– Да, – Ответили оба.

– Второе: вы должны полностью контролировать оружие. Не должно болтаться. Сидеть крепко.

"А" взял автомат одной рукой и начал им трясти как игрушкой. Инструктор показал пальцем «Нельзя». Затем взял двумя руками и двигал руками на автомате как жердями: резкий взгляд вверх, вниз, левее, правее. Автомат не двинулся ни на сантиметр, и инструктор попал бы туда, куда хотел, если бы вёл стрельбу. Он опустил ствол вниз и показал большой палец. Оба показали большой палец в ответ.

– И третье: не держать руку там, где не должна быть! – Инструктор положил руку напротив ствола, затем отодвинул затвор и сунул туда палец, потом запустил руку в магазиноприёмник снизу. Снова жест «Нельзя». Опять рука инструктора жёстко взяла цевье, потом "А" отодвинул затвор и посмотрел в него, затем перевернул и сделал вид, что стряхивает патрон. Потом "А" перевернул автомат магазиноприёмником наверх и на свету посмотрел, что внутри. Следом за этим инструктор посмотрел на учеников и показал большой палец.

– Поняли, – Ответили они, но чуть вразнобой.

– Отлично. Тогда перейдём к основам стрельбы.

Инструктор «С» стоял рядом с Виктором в крохотном коридорчике перед дверью с потухшей красной лампочкой.

– Готов? – Холодно спросил "С".

– Да, – Ответил Вик.

Инструктор вышел из коридора в дверь позади пулемётчика. Тишина. Вик размеренно стучал пальцем по планке, прижимающую пулемётную ленту. Громкое гудение. Красная лампочка загорелась. Виктор тут же вскинул М249 и с ноги выбил дверь. Комната, мишень слева и справа прямо перед ним. Очередь, громкий треск пулемёта, вылетающие держатели пуль. Резкий поворот влево, проход. Забегая внутрь, Вик видит ещё одну цель. Треск, справа поднимается ещё мишень, грохот подлинне́е. Позади первой мишени дверной проём. Пулемётчик забежал, здесь ещё пять железок рядом друг с другом. Сплошной треск несколько секунд. Снова проход. Виктор выхватывает пистолет и заходит внутрь. Коридорчик, мишень и перед ней заложник манекен, диван. Выстрел, второй, третий, ещё и ещё. Пулемётчик медленно сокращает дистанцию, не прекращая огонь. Резко из-за дивана поднимается мишень чуть левее заложника. Снова выстрелы, пока магазин не опустел, и затвор не откинулся назад окончательно. Звучит громкое гудение. Упражнение закончено. Виктор, не спеша, вынимает обойму и вставляет в Глок новый.

– Неплохо, десять секунд, – Инструктор «С» подошёл сзади и Вик обернулся. – Мишени поражены, ни одного промаха, все мертвы. А что здесь? – "С" не спеша подошёл к манекену и осмотрел цели.

– Заложник жив. Мишени – нет. Отличный результат.

Виктор убрал пистолет, и пулемётчик с инструктором пошли прочь из килл рума.

В комнате с шестью столами и таким же количеством стульев сидела Настя, положив СВД на стол. Виктор сел рядом с напарницей.

– Сколько? – Спокойно спросила снайперша.

– Десять.

– Недурно, – Она посмотрела в потолок. – В прошлый раз было одиннадцать.

– Я стараюсь расти в огневом плане.

– Даже если норма упражнения пятнадцать секунд?

– Даже если так, – Виктор положил пулемёт на стол и разрядил его.

Настя запрокинула руки за голову и положила ноги на стол, покачиваясь вперёд-назад.

– Что думаешь? – Спросила снайперша.

Вик взял короб и, звеня патронами, аккуратно вынул ленту.

– Насчёт чего?

– Насчёт новичков, – Не отрывая взгляда от потолка, продолжала напарница.

– Нужно время, чтобы понять, кто они такие и на что способны.

– И это весь твой вывод? – Настя посмотрела на Виктора.

– Пока что да, – Вик достал из рюкзака свёрток патронов и пустую ленту.

Снайперша снова перевела взгляд на потолок.

– А чего вы вчера смеялись-то так?

– 100…150…Ага, 173… – Виктор отсчитал по засечкам на ленте количество патрон в ней и снял часть пустых держателей для пуль с другой ленты.

– Эй, ты меня вообще слышишь?

Вик взял патрон из свёртка и скрепил две разные ленты воедино после чего начал её снаряжать. Снайпер закатил глаза и тяжело вздохнул.

– Ботаник оружейный…

Пулемётчик только продолжал считать. Лента слегка позвякивала из-за патронов. Когда лента была полностью заряжена, Виктор, не спеша, начал класть её в короб.

– А Катя, похоже, тебе приглянулась. – Негромко сказал напарник.

Настя взглянула на пулемётчика, приподняв бровь. Вик посмотрел на снайпершу.

– Ты не каждому предлагаешь сделать грим. Я не помню, чтобы ты рисовала его кому-то другому.

– Пф-ф, тоже мне. Раз она работает со мной, то должна быть похожа на меня.

– Вот как? – Вик снова посмотрел на ленту и аккуратно уложил последнюю часть. – И давно ты решила, что она будет с тобой вместо меня?

– А что? – Снайперша по лисьи улыбнулась. – Ревнуешь?

– Вовсе нет. Но мне интересно, почему ты так быстро решила ей довериться.

Настя почесала голову и начала качать ногой на столе. На несколько секунд воцарилась тишина.