В России степень недоверия населения к власти, по утверждению социологов, подходит к опасному пределу. И в этой связи избранному президенту и кандидатам в его кремлевскую команду было бы полезно провести ревизию хотя бы некоторых из известных российских грехов. В том числе тех, которые особенно раздражают население. Среди таких грехов наипервейшее место, несомненно, занимает чиновничья ложь. По степени вреда, который официальное вранье наносит обществу, политической системе, имиджу России, ее следовало бы отнести к категории смертных грехов.

Способы вранья неисчислимы, между тем как истина двоиться не может.

Свободен тот, кто может не врать.

По части лжи, очковтирательства, а по-народному – брехни, у нас в России идет какое-то соревнование. Врут все. В результате народ не верит никому. Не верит депутатам, милиции, чиновникам. Министры говорят, что у нас инфляция 8–12 %, а независимые аналитики утверждают, что за прошедший год цены только на продукты питания выросли на 50 %. Люди не верят генералам, когда те говорят о уменьшении случаев “дедовщины”. Не верят МВД, когда оно докладывает о падении преступности. Не верят суду и прокуратуре, работающим по принципу “телефонного права” или “кто больше даст”. Не верят даже врачам. Падает доверие к журналистике, к СМИ, к власти в целом. Падает вера в то, что нынешняя избирательная система обеспечивает честные выборы. Ведь не случайно около 70 % опрошенных накануне выборов высказывались за то, чтобы в бюллетени вернули графу “против всех”.

Еще пример максимально “высокой” лжи. Вспоминается канун кризиса в России в 1998 г. Буквально за пару дней до дефолта президент Б. Ельцин по телевидению решительно заклеймил всякие слухи и дал свое высокое слово, что никакого кризиса нет и не будет – клялся голову на рельсы положить. Тогда на его столь мощное выступление один наш сатирик откликнулся забавным стихом: “Такого кризиса Еще не видел свет: Писец уж близится, А кризиса все нет”.

Как узнать, что чиновник говорит неправду? Очень просто: когда он ее говорит, он шевелит губами.

Он чином от ума избавлен.

Совесть не отвечает или временно недоступна.

В начале XXI столетия в России, как и во всем мире, разразился новый кризис. О нем позднее поговорим подробнее, никуда не денемся – уж больно он суров. Сейчас же отметим пока только то, как власть в этот раз опять проявила свою либо некомпетентность, либо лживость – но скорее всего и то, и другое. В марте 2008 г. незадолго до начала глобального кризиса глава Минфина РФ заявил: “Мы не ожидаем кризисных условий в РФ, кратковременный недостаток ликвидности будет компенсирован Центральным банком…”

Между прочим, уже за первые два месяца 2008 г. чистый отток капитала из РФ составил 20 млрд долл., и Минфин признал, что это больше, чем после дефолта 1998 г., когда деньги из страны вывозились в огромных количествах. В целом же по итогам 2008 г. отток капитала из России намного превзошел ожидания правительства и составил рекордные 129,9 млрд долл.

Потом были месяцы большой неправды о том, что кризис по России несильно ударит, что мы из него вот-вот выберемся, мол, правительство знает, что делать и именно это и делает.

С плохими законами и хорошими чиновниками можно править страной. Но если чиновники плохи, то и самые лучшие законы не помогут.

Интересно, что бы сказал знаменитый германский канцлер о том варианте, который сложился в России: и законы плохи, и чиновники ужасны? Еще к этой задачке для Бисмарка мы бы добавили то, как исполняются законы. Недавно в прессе попались заметки журналистов об их поездке на Алтай. Там они разговорились с водителем, который только за огромные деньги взялся подвезти гостей. “Скажите, как у вас правительственные программы реализовываются?” – спросил корреспондент. Водитель улыбнулся: “Все что во благо – не реализовывается, а все что во зло – очень даже реализовывается. Что вы хотите, если представителем президента нередко является бывший уголовник”. Речь идет, конечно, не только об Алтае.

Неприятный факт для президента. И не только для него. Допускаем, что он может и не знать, что за деятели представляют его на местах, но ведь должен! Такой казус – все равно огромный минус для него и настоящая беда для населения: президент-то как-нибудь переживет, а вот на простых людях связь власти и криминала сказывается больнее всего.

Есть еще вид связи, который власть не любит афишировать – сращивание с бизнесом. Имеется в виду не только обычная и широко распространенная коррупция, а подкуп власти. Тут взятки даются и берутся не “налом”, а местами, должностями: недобросовестные чиновники получают важные и доходные посты в крупных частных фирмах. Или же они влияют на предприятия и фирмы через назначаемых ими лиц и лоббируют интересы “своих фирм” в органах власти, обеспечивая им выгодные заказы от государственных предприятий. Словом, варианты есть и представители власти ими пользуются, причем знают, что это не только нечестно, но в ряде случаев наказуемо, потому стараются скрыть свои махинации; спроси их напрямую – солгут.

Честный человек боится позора преступления, нечестный – наказания за преступление.

Обманщик в конечном счете обманывает самого себя.

Итак, из перечисленных грехов российской власти получается такой дурнопахнущий букет: коррупция, лживость, сращивание с бизнесом для самообогащения, связь с криминалом.

Но это еще не все, что ей следует вменить – раз уж заговорили о ней.