Говорят, обретение смысла жизни увеличивает силы, стимулирует к активной деятельности: человека вдохновляет, что от него тоже в этом мире кое-что зависит, имеет значение, желанно и нужно.

Один врач втолковывает другому: да ты что, у нас самая благородная работа в мире, пусть сами мы и грешные, но мы лечим людей, избавляем от страданий, спасаем от смерти. Когда я смотрю в глаза матерей, детей которых спас, я понимаю, что мы делаем прекрасное, необходимое дело, и в этом великий смысл нашей жизни! Второй ему горько возражает: но, может, те же спасенные нами или их дети будут помыкать ближними и доставлять им страдания – пороки мира исправить мы не в силах, и нет в нашей работе по большому счету большого смысла.

Кто прав? Оба правы. Кому легче? Тому, кто постиг почти непостижимое и от того наполнился радостью, а не печалью.

Единственная честная дорога – это путь ошибок, разочарований и надежд. Жизнь есть выявление собственным опытом границ добра и зла.

Выдающийся французский математик XIX в., основатель современной алгебры Эварист Галуа в ночь перед дуэлью спешно записывал математические формулы (не для себя, для нас) – то был великий принцип жизни двадцатилетнего ученого. И в этом смысле она удалась, хотя и оборвалась в том поединке.

Когда летчик сажает неисправный лайнер с сотней пассажиров, со смыслом жизни у него все в порядке. Наверное, с трудом справляясь со штурвалом, обливаясь потом от сверхнапряжения, он об этом не думает, но потом в каком-нибудь разговоре он может сказать: смысл в моей жизни есть, я для того, видимо, и был создан, чтобы в безнадежной ситуации спасти жизнь сотни человек.