Мы тут боремся за мирные перспективы, взываем к разуму людей, но в глубине души сомневаемся в успехе. Практика показывает, что изменить агрессивную природу человека трудно, поскольку, говорят, она в крови. Но не надо сдаваться, надо вновь и вновь искать варианты: в начале главы было сказано, что рассматривать можно любые, кроме “КВН” (там же дана расшифровка аббревиатуры).

Итак, если не получится переделать человека, то можно попробовать переделать войну.

Делается это так. Об “идеальном солдате” мы еще не говорили? Вроде нет. Идея не новая, но и не забытая. Известно, что Гитлер накануне Второй мировой посылал экспедицию в Тибет на поиски соответствующих идей, достижений и бессмертных солдат. Вкратце было так: они там нашли кое-какие свидетельства того, что люди иногда, не до конца умерев, возвращаются к жизни, обретя сверхспособности. Они бы и могли стать для рейха “идеальными солдатами”, практически неуязвимыми и внушающими ужас врагу. Нацистские ученые даже создали установку для оживления мертвецов, но, к их сожалению, воскрешенные “сверхчеловеки” оказались неспособными подчиняться приказам. Впоследствии германские исследователи приблизились к созданию психотропных препаратов, подавляющих волю и вызывающих подчинение приказам.

Сейчас другое время, и наука может намного больше. Зная ее силу, легко нарисовать такую картину. Берется инъекция, сделанная под конкретную боевую задачу, и вводится добровольцам или ничего не подозревающим индивидам. Или чип вшивается с той же целью. Получаем супервоина, мастера своего дела, не знающего ни страха, ни боли, ни сочувствия. Ну, да, нечто вроде киборга, а что в этом плохого? Будучи уколотым, он станет реагировать только на себе подобных и не тронет невоенных. Команда таких супербойцов (всего несколько сот или тысяч) способна выиграть любую кампанию.

Предположим, ученые какой-то страны, скажем России, сделали все, как надо, и в результате у нее мощная команда “идеальных солдат”, страна спокойна и готова к любому конфликту. Тогда другие государства тоже наделают классных киборгов. И пусть, отлично.

Тут и начинается другая война. Стороны договариваются о месте проведения операции, целях и о том, что достается победителю. Войну ведут наши и ихние суперсолдаты. Только они. Более идеальные (скорей всего “наши”) побеждают и РФ получает все, о чем договорились. Ей – гран-при, моральное удовлетворение. Противнику – немного унижения, некоторые финансовые убытки и, если был такой уговор, то какие-то материальные и/или географические потери. Конечно, в эйфории победы кое-что можно простить и не брать. Дальше можно начать переговоры о возможном реванше.

В принципе, это война умов и технологий, научной и инженерной мысли – без пролития чисто человеческой крови (киборги немножко не в счет, их потом можно сделать более многочисленными и даже сменить красную жидкость в венах). У кого ученые и техники лучше, тот и победитель – и это справедливо.

Такая война будущего лучше и гуманнее прошлых и нынешних. К ней надо стремиться. Она к тому же создаст большую занятость, рабочие места. В ней полно других нюансов: огромный простор для мысли, удовлетворение некоторых инстинктов. Словом, большое и выгодное развлечение, море адреналина.

Мы слегка иронизируем, но оппонентам хотим сказать следующее: при всей фантастичности такое решение спорных проблем – хоть какой-то выход. Или кто-то предпочитает классику жанра?

Фантазия, ее вымыслы сеют прекрасное и доброе в мире. Только фантазия делает человека великим.

Все же вариант, конечно, маловероятный. И не потому, что утопией сильно отдает, утопии иногда сбываются. Просто на подготовку таких развлекательных и малокровных сражений уйдет уйма средств и времени, которого все меньше: на подходе много всяких катастроф, о чем говорилось в предыдущей главе. Не исключено, что все ресурсы надо бросить на другие проекты.