Это была тяжелая ночь. Во-первых, она прошла в дороге, что уже делало ее просто адской, а во-вторых, она заканчивала рабочую неделю, и сегодня, в эту субботу, Клифф должен был проваляться со своей женой на диване и смотреть дешевый детективный сериал с тривиальным сюжетом и отвратительной игрой второсортных актеров. Возможно, для большинства людей оказаться ранним субботним утром где-то на задворках звездной системы Проттомм было бы в диковинку, но уж точно не ему – старшему лейтенанту галактического корпуса службы по расследованию особо сложных происшествий. Стражу порядка было бы лучше остаться дома, где он в обнимку со своей наскучившей за годы, но все же любимой женой насладится выходным, потягивая горячий чай или холодное пиво, жадно поглощая его большими глотками прямо из запотевшей бутылки. Для Клиффа не было ничего лучше провести выходные именно так, но эта сложная, ответственная и часто просто невыносимая работа лишала его отдыха, а порой и всего отпуска. На Орсисе, куда только что приземлился военный десантный корабль галактического союза, была глубокая ночь. На этой планете, по земным меркам, ночь длилась семь дней, а светлое время – все десять. Сейчас шел как раз первый день ночи.

– Построиться! – неестественным низким, с металлическими нотками голосом отдал команду сержант четырем сопровождающим солдатам комендатуры, и они выстроились у десантного люка. Казалось, от медвежьего рева сержанта содрогалась даже обшивка корабля. Клифф терпеть не мог военных. В последние несколько столетий в армии произошли сильные перемены, и теперь срок службы возрос до десяти лет. Солдаты имели право использовать любые способы модернизации организма. Военные к окончанию срока службы уже мало походили на людей. Солдаты могли и вовсе не уходить из армии и продолжать служить несколько десятилетий. Частой причиной увольнения была смерть.

Вот и сейчас Клифф наблюдал за сержантом, едва помещавшимся в десантном кресле из-за неестественно гипертрофированной мускулатуры. Рядом с ним сидела журналистка межгалактического канала. Она представилась как Цин-Чу. На вид девушке было лет двадцать, однако возраст и расовую принадлежность современных людей в это время, называемое апогеем безнравственности и вседозволенности, нельзя было определить невооруженным глазом. Девушка была славянской внешности с прямыми белыми волосами. Такой образ считался трендом этого десятилетия. Цин-Чу была очень красива. Порой детектив ловил себя на мысли, что он откровенно рассматривает ее. Подливал масло в огонь и ее облегающий костюм, подчеркивающий безупречную работу генетиков, хирургов и превосходный вкус родителей, которые создавали образ своего будущего ребенка еще на стадии зиготы.

«Да, такое настало сумасшедшее время, когда родители при помощи биологических компьютерных систем программируют внешность своему недавно зачатому ребенку», – почему-то ужаснулся детектив такой простой и традиционной возможности, которую дал человечеству технологический прогресс в тридцатые годы пятьдесят первого века.

Десантный люк открылся, и солдаты – сопровождение группы расследования – вышли из звездолета, чтобы обеспечить безопасность периметра. Группа по расследованию происшествия в колонии Заря 545-613 на Орсисе состояла из двух человек: журналиста и детектива. Так как сотруднику отдела по особо важным делам сообщили, что дело – особо секретное, он не мог понять, зачем в группе присутствует представитель желтой прессы. Клифф и сам не мог до конца понять, что происходит на этой Богом забытой планете.

Цин-Чу встала и прошагала за сержантом, распаляя фантазию Клиффа. Ее комбинезон хоть и плотно облегал тело, но все же скрывал его от гравитационных ботинок до подбородка. И чем дольше детектив находился рядом с ней – тем больше он представлял ее без одежды. Со дня его свадьбы прошло больше десяти лет, и он ни разу не предал свою жену Лилу. Причем его суженая выбрала естественный жизненный путь. Не прибегая к разнообразным улучшениям. И в свои тридцать пять честно выглядела на все тридцать шесть. Хотя Клифф твердил ей, что она выглядит моложе и, как всегда, – превосходна и изумительна.

Да, за многие годы совместной жизни только сейчас в его голове появилась мысль о предательстве, хотя он прекрасно отдавал себе отчет, что журналист – это всего лишь иллюзия, способная привлечь любого. Какую цель преследовала эта дама – Клиффу было неизвестно, но внешность и имплантированные за ушами железы, выделяющие феромоны, мягко говоря, отвлекали его от работы. Даже в своем номере, после душа и стакана виски он не мог выбить ее образ из головы.

«Как хорошо, что человечество все же ввело реформу, благодаря которой солдатам угнетали влечение на уровне мозговых сигналов», – думал детектив. Сейчас этим гориллам – солдатам – были абсолютно безразличны привлекательные женские формы, распространяемые железами флюиды, феромоны и прочие сводящие с ума мужчин женские уловки. «Страшно представить, что эти вояки могли бы сделать сегодня с бабулькой Цин-Чу, если бы их сексуальное влечение не было бы подавлено!» – детектив сделал большой глоток и завалился на широкую гравитационную кровать, витавшую у одной из стен гостиничного номера. Когда человек ложился на такое ложе, казалось, что он вместе с постельным бельем левитирует в полуметре от пола.

Возбуждение все же стихло, и в голове начали появляться десятки мыслей о предстоящем расследовании. Шефом ГКРП было лично поручено Клиффу разобраться с проблемой на Орсисе. За последнее время подобные случаи – появление инопланетных организмов – стали частым явлением. Это неудивительно. Человечество поглощало космос, как невиданная ученым зараза – клетки живого организма.

Теперь люди были повсюду! Так что встретить на очередной присвоенной себе планете некую разумную форму жизни для человека было обычным делом! На сегодняшний момент разумной чужую жизнь уже никто не считал. Возможно, то, что обитало на других планетах, скорее походило на когда-то обитавших в доисторической эпохе существ – приматов ядерного века и прочих вымерших видов. На поимку подобных не посылали детективов ГКРП. С инопланетными видами справлялись местные власти. Но в этот раз, по всей видимости, человек встретился с чем-то гораздо умнее и опаснее тех примитивных существ, которых встречал за все время своей экспансии. За размышлениями детектив не заметил, как приговорил половину бутылки «Олд Блэк Волкера». Его чип-компьютер – венец нанотехнологий – вывел изображение на зрительную проекцию, и посреди комнаты, словно призрак, появилась его Лила.

– Привет! – она обратилась к Клиффу. – Как добрался?

– Не думал, что ты уже проснулась! Почему проснулась в такую рань? – мужчина отставил бутылку в тумбочку с целью скрыть факт распития спиртного, но женщина прекрасно видела это движение. – Не переживай! Я просто устал от перелета, – в голове Клиффа мелькнула мысль о том, как хорошо, что он все же решил повременить с посещением местных злачных мест и сразу направился в отель, а не в стрип-бар.

– Понятно, – бесстрастно промолвила она, однако он видел по лицу Лилу, что она была озабочена и недовольна. – Какие планы на завтра? Будешь дальше отдыхать от тяжелого перелета?

– Нет, отдохну сейчас, а завтра займусь делом! Я тебя люблю, – мужчина, зевая, потер веки. – Давай я завтра сам тебе позвоню, а сейчас я бы хотел уснуть.

– Буду ждать твоего звонка, – сухо произнесла Лилу и прервала связь.

«Черт! Так и знал, что забуду сменить общий связной код на рабочий». Параллельно с мыслями он вошел в меню связи и выбрал статус «отключен».

«Первое, что завтра нужно сделать, так это посетить местного шефа полиции этой глубокой, черной и вонючей дыры», – думал он, наливая в стакан виски.

***

Полицейский участок Зари 545-613 был обшарпанным, грязным и по-настоящему жутким местом. На планете Орсис, где царствование ночи длилось целую вечность, царил полумрак. Большая часть гелиевой системы освещения была неисправна, а те лампы, которые еще работали, давали уже тусклый и рассеянный свет. Только сейчас Клифф пожалел о том, что сэкономил на имплантах, обостряющих зрение в темноте. Тогда ему предлагали скидку на наноустройство как сотруднику ГКРП. Но обязательная замена эндогенных лейкоцитов на синтетические от компании «Гемо-Хеликс» выкачала весь бюджет, откладываемый многие годы на отпуск. Отказаться от процедуры невозможно, и уклонение каралось законом. Каждый житель Земли обязательно в установленный срок должен был пройти процедуру внедрения синтетических белых кровяных телец. Эти лейкоциты – нанороботы, функционировали совместно с командным чипом в головном мозге и, как утверждали маркетологи «Гемо-Хеликс», полностью предотвращали ряд опасных для жизни недугов. Помимо резкой боли в различных областях скопления капилляров, Клифф не ощущал никаких полезных эффектов от синтетических убийц бактерий и вирусов.

Кроме проблемы с освещением, грязи и плохой герметичности помещения, из-за чего сотрудники полиции не снимали термобарьерные комбинезоны, с перебоями и неимоверным гулом работала система фильтрации воздуха. В общем, полицейский участок был еще той дырой, находясь в которой рассчитывать на плодотворную работу не стоило.

– Как долетели? – с поддельным интересом начал диалог шеф местной полиции Гэбриэль Васкез Гарсия.

– Перелет был сносным, а вот к Орсису я, наверное, не привыкну и к концу пребывания на нем, – говорил Клифф, размышляя о диссонансе в имени и внешности начальника полиции. Его имя говорило о латинском происхождении, а внешность была славянской. «Ну, в это безумное время можно было сделать себе любую внешность и даже менять облик каждый месяц. Были бы деньги и здоровье. Чего удивляться?» – думал детектив.

– Я слышал, что гости нашей планеты для легкой адаптации используют Дизиприм. За неделю негативные психические эффекты проходят. Останется свыкнуться с сыростью. Как вы понимаете, дождь на планете не заканчивается никогда! – Габриэль подошел к тянущемуся во всю стену закрытому магнитной занавеской окну и нажал на голограммную панель. Белая пелена моментально рассеялась, и взору Клиффа открылся мрачный пейзаж Зари 545-613. Улицы были плохо освещены. Изредка появлялись гравикары и силуэты горожан, облаченные в плотные водонепроницаемые комбинезоны. На этой планете легко было отличить гостей от местных. Обычно приезжие были одеты менее защищенно от воды, поэтому перед местными они появлялись промокшими до нитки. Местные никогда не появлялись на улицах без комбинезонов. «И живут же люди! А Лилу все жалуется. Привезу-ка я ее сюда на следующих выходных».

– Да, сказать честно, не понимаю, что держит вас, местных, на этой планете, – детектива передернуло от увиденного пейзажа, от штурмующей стекло воды, от переполненных водой стоков. Он уже успел прочувствовать на себе прелести местной погоды. Завывающие ветра, властвующие здесь, обрушали капли дождя с неимоверной силой. Радовало одно: температура на поверхности Орсиса никогда не опускалась ниже нуля.

– Местные и гости, которые постоянно прибывают к нам, рады находиться на этой планете, потому что, как и на любой другой планете, граничащей с космосом, незахваченным людьми, платят тройной оклад. Возможно, через двадцать-тридцать лет, когда процесс терраформирования будет завершен и люди продвинутся еще дальше, Орсис превратится в очередную планету-захолустье, а пока для простых смертных мир Орсиса – Рай!

– Боюсь, что Орсис превратится в одну из многочисленных брошенных планет, таких как Минск, Шика-7 или Венера в Солнечной системе.

– Я не сомневаюсь. Когда ресурсы будут исчерпаны, а планета полностью истощена – власти содружества оставят ее. Люди, которые останутся на ней, будут влачить жалкое существование. Те, кто уедет, начнут новую жизнь в новом мире. – Гарсиа поставил на стол кружки и всыпал чайный порошок. Внутренняя поверхность кружки была горячей. Порошок моментально принял жидкую форму, и в помещении появился цветочный аромат. – Угощайтесь, – сказал он и подвинул кружку с парящим чаем.

– Благодарю! – Клифф поднес ароматный напиток к лицу и вдохнул химический аромат. Запах имитировал благоухание альпийских луговых цветов, настоящий аромат которых уже несколько поколений никто не чувствовал. – Хорошо пахнет, – сказал следователь и перешел к делу. – Расскажите, с чем мы имеем дело? Обычно ГКРП не имеет дело с какими-либо видами внеземной жизни.

– В этот раз мы на пороге открытия! Правда, только о нем скорее мало кто узнает. Во всяком случае, нужно сделать так, чтобы не узнали. Нельзя допустить паники…

– Паники? – удивленно произнес Клифф.

– Паники. Дело в том, что при разработке месторождения кварца была обнаружена пещера, – Гэбриэль сделал глоток, а потом протянул голографический планшет следователю. На устройстве хранились материалы о найденных артефактах. На фотографиях, которые были сделаны в пещере, Клифф видел необычный силуэт некоего создания, невиданного ранее.

– Интересно… – протяжно произнес он, листая фотографии и описания к ним, – но такими находками должны заниматься специально обученные люди, если таковые на Орсисе есть. А где сейчас эти экспонаты?

– Да, ученые и занимаются трупом этого создания. Вы нам нужны для поиска шахтеров, нашедших это чудовище. – Габриэль протянул следующий планшет. – Здесь данные о четырех пропавших без вести. После того как эти люди нашли пещеру и существо, а после, вызвав нас по каналу для спасательной службы, их больше не видели. Можно сказать, эти четверо исчезли бесследно.

– Так уж и бесследно?

– Есть запись с камер наблюдения. На диске планшета будет видео. Эти четверо организованной колонной вышли из шахты. И все. – Шеф полиции допил напиток, заменявший чай, и закрыл магнитную занавеску. – На планшете есть материалы по вскрытию инопланетянина, а также протоколы дачи показаний семей пропавших, дирекции шахты и кое-какие замечания сотрудников научно-исследовательского института. Как вам напиток? – спросил полицейский в завершении диалога.

– Очень неплохо, но сейчас бы мне не помешал бурбон.

– На улицу выше, севернее полицейского участка, на перекрестке Звездной и Улицы Содружества Миров есть бар «Эдем Орсиса» – неплохое местечко. Рекомендую заглянуть как-нибудь.

– Буду иметь в виду. – Клифф поставил кружку. По ее стенкам стекало нечто вязкое, напоминающее мазут. Сначала он подумал, что ему просто показалось, но вещество будто не поддавалось законам физики: медленно поднималось к краям стенок. Можно было подумать, что едва заметная скорость означала тяжесть преодоления отвесного участка пути – вертикали стенок сосуда, но потом охваченный ужасом Клифф понял, что вязкая субстанция крадется, пытаясь выбраться незамеченной из пустой кружки.

– Не думай об этом… – вдруг прозвучал чей-то голос, и это не был шериф. Гарсия же замер, будто был восковой скульптурой, и с каким-то изумлением уставился на следователя. – Ты пришел из мира, который давным-давно Шан-Гаст даровал вам, люди, – опять послышался голос. Клифф оглянулся. В помещении никого не было. Шериф полиции стоял с широко раскрытыми глазами молча. – Мы – сыны Шан-Гаста – пришли издалека, чтобы линчевать пожирателей миров.

– Что происходит? – наконец-то начали высвобождаться мысли из внезапно появившихся оков.

– Ты будешь служить оружием в уничтожении других пожирателей миров, человек. Племя Адель должно быть уничтожено. Вы не оправдали надежд… Не сдержали… – Внезапно голос исчез, и на появившемся виртуальном табло, проецируемым мозгом и встроенным в него нейрочипом, показалась информация: «Неизвестный организм блокирован…», «Происходит процесс установления происхождения… Ждите…» – прочитал Клифф и обратил внимание на шефа полиции. Его тело быстро меняло форму. Из его кожи, стремительно увеличиваясь, лезли отростки, напоминающие колючки, а вслед за ними вырывались длинные черные конечности, походившие на щупальца. Голова с треском изменила форму. Человеческая челюсть на слизи упала в лужу субстанции из смеси органических жидкостей, а на ее месте вперед на метр вытянулась напоминающая крокодилью зубатая пасть. В следующий миг раздался взрыв с противоположной стороны, и дверь в кабинет к шефу полиции вылетела, обдав помещение раскаленным воздухом. В дверном проеме показался один из солдат сопровождения. Несколько очередей из штурмовой винтовки, словно лезвие меча, разрубили тварь надвое.

– Уходим! – проревел солдат и открыл огонь в сторону противника, по всей видимости, атаковавшего в коридоре.

Клифф, не оглядываясь, выскочил в коридор, где лежали останки других чудовищ, и, ухватившись рукой за пояс коменданта, следовал за ним.

«В теле присутствует паразит неизвестного происхождения… Поиск решения проблемы… Ждите…» – кибернетическая иммунная система, которую следователь несколько месяцев проклинал, начала работать. У входа в полицейский участок стояла машина, у которой их ждали остальные члены группы. Улица, несмотря на непрекращающийся ливень, обрушивающий тонны воды на Орсис, была в огне. Множество уничтоженных чудовищ лежало повсюду.

«Способ борьбы найден… Увеличиваем концентрацию NaCl до возможного предела… Ждите…» – появилась информация, когда транспорт мчал по бетонной площадке космопорта. На площадке сгруппировалось несколько транспортных кораблей, у которых столпились люди. Жителей Орсиса было так много, что Клиффу показалось невозможным уместить их всех в эти, пусть и огромные, транспортники. Автомобиль остановился у космического корабля ГКРП. Двигатели судна уже работали в режиме тестирования, поэтому, как только пассажиры заняли свои места, корабль мгновенно начал движение вверх. Из иллюминатора следователь наблюдал за толпами людей, пытающихся проникнуть на корабль.

– У них нет шансов, – вдруг произнес старший солдат, уставившийся на толпы обреченных внизу.

– Почему?

– Эвакуация разрешена только людям с внедренными синтетическими лейкоцитами от компании «Гемо-Хеликс», а на этой планете таких немного.

– Что же будет с этими людьми?

– Планету уничтожат, чтобы зараза не проникла в другие миры до тех пор, пока «Гемо-Хеликс» не заменит иммунную систему всем, – на этом диалог завершился.

«Посторонний организм был уничтожен…» – прочитал Клифф возникшую информацию. Теперь, когда риск погибнуть был позади, процессор, вживленный в мозг, дал команду спать, чего совершенно не хотел человек, но его сознание не могло не подчиниться устройству, и Клифф погрузился в крепкий сон.