Не всегда надо слушать мнение большинства. Даже миллиард мух не убедит нормального человека, что дерьмо – это вкусно! В данном вопросе требуется исходить из реальности. А она – эта самая реальность – это то, во что ты веришь.

После неожиданного общения с медиумом Алисой Брюнер, жизнь Пьера приобрела новый смысл. И хотя ученый-практик, сидящий в его подсознании, напрочь отрицал возможность общения с погибшей женой, он поверил медиуму, потому что очень хотел в это верить. Чтобы последние сомнения окончательно ушли, Пьер даже принялся убеждать сам себя простым, по логичным постулатом: в этой жизни всё возможно, если никто не доказал, что этого не существует. Его мозг с подобной трактовкой полусказочных явлений еще мог согласиться.

Остерегаясь, что их общение вдруг прервется, Ранье, поразмыслив, первым делом оплатил услуги медиума и положил на указанный счет Алисы сумму, превышающую запрашиваемую. Для себя решил: он не обеднеет, а её телефонный звонок дал ему надежду, что он сумеет снова соединиться с любимой Пэт. А ради это, никаких денег не жалко!

Чем больше Пьер размышлял, тем меньше оставалось у него сомнений. Безусловно, в наше время всевозможных шарлатанов появилось и обосновалось среди добропорядочных людей – немерено. Достаточно раскрыть рекламную газету или соответствующую страницу в Интернете, откуда, как горох, сразу же посыплются сомнительные, но яростные и крикливые призывы: сниму порчу, верну спокойствие в семье, приворожу любимого или помогу предвидеть возникающие опасные ситуации. Все это по убеждению Ранье, полная чушь и развод на деньги. Напротив, настоящих медиумов очень мало, но они все-таки существуют. Отличить их можно по одному очень простому признаку: способности сообщать информацию, о которой они не могли знать заранее. Иначе как объяснить феномены советского телепата Вольфа Мессинга, болгарской провидицы Ванги, американца Артура Форда и англичанина Лесли Флинта.

О двух последних Ранье постарался разузнать как можно больше, для чего в этот же день принялся собирать в Интернете всю имеемую информацию.

«Какое-то время с того момента, когда я впервые с тревогой открыл для себя, что мое тело можно использовать для своего рода телефонной связи с потусторонним миром, я не мог каждый раз быть вполне уверенным, что мой очередной сеанс действительно состоится, – в одной из публикаций рассказывал Форд. – Люди в «бестелесном секторе» спектра бытия во всех отношениях похожи на людей нашего мира: они остаются людьми. Захотят – придут, захотят – не придут. И действительно, они часто не являлись на связь и часто передавали через меня что-то важное для живых». Далее следовали многочисленные примеры. Одному молодому человеку медиум сообщил, где, по словам его покойного отца, тот спрятал акции, которые никто из родственников не может найти. После этого их действительно нашли в указанном месте. Другой девушке ее сестра с помощью Форда объяснила истинную причину своей трагической гибели. На пустынном шоссе ее ужалила ранее залетевшая в кабину пчела, девушка дернула руль, слетела в кювет и погибла. Эксперты скрупулезно проверили данную версию и она подтвердилась.

Ранье с особым вниманием отнесся к обнародованным словам медиума, в которых тот утверждал: «Мой собственный опыт за последние сорок лет жизни не оставил мне никакой альтернативы, чтобы я мог оспаривать продолжение существования личности человека после его смерти. И денно и нощно в течение сорока лет я жил среди неоспоримых доказательств этого», – сообщил Артур Форд в своей книге «Жизнь после смерти».

Примерно тоже самое, мог утверждать и англичанин Лесли Флинт. Чтобы доказать свои способности он начал активно сотрудничать с учеными. Его изучали психологи, психиатры, парапсихологи, специалисты в области информатики и электроники. Одним словом, – все исследователи, кому не лень. Опыты проводились самые разнообразные. Медиуму даже заклеивали рот липкой лентой и прикрепляли к горлу микрофон, чтобы выявить возможную вибрацию его голосовых связок. Но за всю более чем полувековую практику Флинта ни разу не уличили в мошенничестве.

Во время спиритических сеансов медиум записывал на магнитофон голоса духов, с которыми устанавливал канал связи. Затем копировал пленки и предоставлял их всем желающим. На этих кассетах звучали голоса обычных людей, но были и записи звуковых контактов со знаменитыми личностями, такими как Вильям Шекспир, Фредерик Шопен, Оскар Уайльд, Бернард Шоу, Махатма и Индира Ганди. Так, Шопен сообщил, что пишет музыку и на том свете. Примерно в этом же признались Бернард Шоу и Шекспир: они тоже после смерти продолжают трудиться. Эти магнитофонные записи были весьма популярны в Англии. Но никто так и не сумел уличить медиума в жульничестве.

И Ранье решил сам пообщаться с Пэт и задать ей вопросы, на которые никто кроме них двоих ответа знать не мог. Пьер позвонил Алисе и принялся уговаривать её помочь. Женщина сначала отказывалась, ссылаясь на занятость и усталость, но когда Ранье предложил ей за помощь повышенный гонорар, поддалась искушению.

– Хорошо, через два дня я вас жду. Приезжайте к полудню… и деньги не забудьте, – распорядилась Алиса.

***

Возбужденный предстоящей встречей и вновь нахлынувшей надеждой, в назначенный день Пьер Ранье рано проснулся, принял душ, быстро оделся и, забравшись в кабину своего «Ford F-150», понесся навстречу неизведанному, но такому многообещающему событию. Слава Богу, ехать было недалеко. Городок, где проживала Алиса Брюнер, находился часах в двух езды от дома Ранье.

На место он прибыл заранее, чтобы осмотреться. По указанному адресу нашел причудливый дом в английском стиле, выходивший задним двором на обширный песчаный пляж, на который с причудливым шорохом накатывали волны Атлантики. Бросилось в глаза, что дом стоял на отшибе, без каких-либо строений поблизости. Как ни странно, Ранье почувствовал себя в этом странном месте спокойно и уверенно, не испытывая ни малейшего волнения перед встречей с неизведанным. В назначенное время он решительно подошел к тяжелой дубовой двери и постучал в неё.

– Кто там? – через какое-то время за дверью раздался знакомый голос.

– Это Пьер Ранье. Миссис Брюнер, мы с вами договаривались о встрече.

Тотчас послышалось глухое клацание отпираемого запора, тяжелая дверь распахнулась, и на пороге появилась невысокая, приятной полноты женщина, лет сорока пяти. Глаз её не было видно из-за темных очков. Линию скул подчеркивали румяна мягких тонов, полные губы, накрашенные под цвет яркого гавайского халата свободного покроя, рдели, словно лепестки алой розы. На первый взгляд она показалась Пьеру весьма приятной особой, хотя и немного эксцентричной.

– Входите, мистер Ранье, – пригласила она с приветливой улыбкой. Я жду вас и готова оказать вам посильную помощь.

Дом был со вкусом обставлен: белая плетеная мебель удачно сочеталась с обилием декоративной. На стенах были развешаны старинные морские гравюры и корабельные принадлежности – хронометры, секстан, деревянный штурвал и небольшой кусочек навигационной карты в рамке, которые удачно сочетались с великолепным видом на океан, открывавшимся из окон.

– Это работа моей племянницы, – заметив направление взгляда Ранье, отреагировала Алиса. – Я всегда говорила, что она могла бы стать неплохим дизайнером по интерьерам.

– А кем она сейчас работает? – поинтересовался из вежливости Пьер, одновременно наблюдая за крупной персидской кошкой, появившейся из кухни.

– Она пишет путевые заметки для журнала о путешествиях, – с гордостью ответила Алиса. – Непоседа! Ей бы родиться с крыльями вместо ног. Сейчас, кстати, она колесит по Азии и не вернется домой до зимы.

В воздухе ощущался легкий запах цветов, а через открытое окно доносился мерный рокот прибоя.

– Мистер Ранье, пойдемте на веранду попьем чайку на травах. Перед контактом с потусторонним миром необходимо обрести душевное равновесие.

Пьер последовал вслед за хозяйкой на веранду и уселся в одно из двух плетеных кресел-качалок. Пока хозяйка ходила за чаем, гость через широкие окна веранды изучал окружающий пейзаж. Здесь громче слышались шум прибоя и крики чаек. На берегу с дюнами из белого песка, кое-где покрытыми пучками зеленой травы, не было ни души.

Кошка напомнила о своем присутствии ласковым трением о ногу Ранье. Когда Пьер нагнулся и погладил гладкую длинную шерсть, его поразили огромные глаза чайного цвета.

– Боже, случилось что-то необычное, – удивилась Алиса, толкая перед собой небольшую тележку с чайником и чашками. – Марта обычно сторонится незнакомых людей. Очевидно, вы ей приглянулись.

Убедившись в дружелюбных намерениях гостя, Марта подошла к окну, легко и грациозно запрыгнула на подоконник и внимательно принялась наблюдать за летавшими над водой чайками.

– Надеюсь, вам понравится чай, мистер Ранье. Это смесь цветом ромашки, апельсина, листьев мяты и розовых бутонов. Я готовлю его сама.

– Звучит прекрасно, – похвалил хозяйку Пьер и отпил глоток ароматной жидкости. – Скажите, миссис Брюнер, как вы стали медиумом и открыли в себе столь необычный дар?

Алиса самодовольно улыбнулась и принялась с минуту рассуждать о беспредельных человеческих возможностях. Что касается ее уникального дара, то, по словам хозяйки, она узнала о нем случайно. «Много читала про «жизнь после жизни»: Моуди, Сведенборга, Майкла Ньютона, Тибетскую книгу мертвых, Кастанеду и прочие трактаты на данную тему. Однажды решила попробовать: вызвала дух по имени и услышала телепатический ответ. Теперь, если мне личность интересна, то стараюсь связаться так. Пишу заголовок – кратко о том человеке, с которым хочу поговорить. Затем без паузы мысленно задаю первый вопрос: «Хотите ли говорить?», «Готовы ли разговаривать?» и т. п. Видимо, настраиваюсь на его «волну мысли». Обычно ответ бывает мгновенный, я его записываю. По ходу дела задаю новые вопросы. Записываю ответы. На связь может выйти не тот дух, которого я вызываю, а который оказался «на линии связи» в данный момент. Запись проходит быстро, на каждый разговор уходит примерно 10 минут – 10-20 вопросов и ответов. При записи ответа нет пауз для размышлений – всё записывается непрерывно. Телепатические мысли не имеют языка.

Никаких «холодных прикосновений» и «веяний с того света». Правда, однажды моя племянница присутствовала при разговоре и сказала, что ей не по себе, руки замерзли. После этого разговариваю без посторонних.

За прошедшее время у Алисы Брюнер было уже больше 70 «разговоров» с потусторонними сущностями. Нет, она, с её слов, не стремилась к славе, а ставила совсем иную цель. «Мечтаю, чтобы люди изменили своё представление о смерти, не боялись ее, поверили в бессмертие и заботились о своей душе», – гордо заявила медиум.

– Госпожа Брюнер, – перешел к конкретике Пьер. – по телефону вы сообщили, что берете за свои услуги тысячу долларов. Я заплачу вам вдвое больше, если вы сумеете организовать разговор с моей женой. Кроме того, я планирую задать моей бедной Пэт несколько вопросов, ответы на которые вы знать не можете. О них знаем только мы с Пэт. Если я сумею убедиться, что вы действительно связались с моей женой, я заплачу вам не две, а три тысячи долларов. Вы согласны?

По лукавым глазам Алисы Пьер понял, что предложенная им сумма намного больше, чем ожидала хозяйка. Пауза, которая возникла после слов Ранье, свидетельствует не о нерешительности или неуверенности медиума, а об артистическом таланте. Не зря же говорят: «Чем больше актер, тем больше пауза!»

– Хорошо, – через некоторое время согласилась миссис Брюнер. – Но у меня два условия. Первое – деньги вы заплатите мне наперед. Второе, я завяжу вам глаза. Это необходимо, чтобы вы почувствовали, что разговариваете с Пэт, а не со мной.

Пьер согласился. После того, как ему завязали глаза, Алиса придвинула свое кресло поближе и взяла Ранье за руку.

– Когда ваша Пэт будет на связи, я сожму вашу руку и вы сможете задавать свои вопросы. Не забудьте, вы будете разговаривать не со мной, а со своей женой. Я всего лишь ретранслятор. Если хотите, мобильный телефон…

Так и поступили. Когда Алиса принялась негромко повторять, что приглашает на связь Пэт Ранье, Пьер напрягся, стараясь не пропустить ни единого слова медиума. Наконец, миссис Брюнер слегка сжала руку Ранье, словно призывая – говорите.

– Пэт, дорогая, если это действительно ты, скажи мне. Где мы с тобой встречались в последний раз. Как называется это место?

– Родной мой, это было в маленьком домике в Шотландии у подножия холма с видом на Хантерс Куэй на окраине Дануна, – сразу же ответила Пэт голосом Алисы.

– Верно! – обрадовался Пьер. – Скажи, милая, ты помнишь, что я называл «наш знак любви?»

– Помню, любимый. Когда мы бывали наедине, ты всегда целовал меня в правую грудь, где у меня родинка в форме сердечка. Ты целовал и приговаривал, что это наш с тобой знак любви…

У Ранье перехватило дыхание. Об этом интимной и личной особенности никто не мог знать. Он, наконец, поверил, что общается со своей погибшей женой. Это невероятно, но факт. Тем временем Пэт устами Алисы принялась быстро ему говорить.

– Пьер, скоро в твоей жизни произойдут важные события и тебе поручат важную миссию, ты будешь испытывать свой новый прибор. Если ты сумеешь все правильно рассчитать и осуществить, то, когда он заработает, ты в ту же секунду перенесешься ко мне. В нашем мире каждый имеет свой индивидуальный код. У меня: 77PT12ZW05FD. Я буду тебя поджидать. Я люблю тебя, Пьер. Я скучаю без тебя. Сделай так, чтобы мы снова были вместе. Мой индивидуальный код: 77PT12ZW05FD…

– Любимая, я запомнил твой код, я все сделаю, чтобы снова быть с тобой, – закричал Ранье и, уже мало чего соображая, обнял миссис Брюнер, сжал её правую грудь и принялся жадно целовать.

– Отпустите меня, мистер Ранье! – закричала медиум. – Что вы себе позволяете? Сеанс связи завершен, – и сорвала повязку с глаз гостя.

Увидев перед собой не свою красавицу-жену, которую он успел в приступе неописуемой страсти несколько раз назвать Вишенкой, а полноватую миссис Брюнер, Пьер сначала несколько секунд приходил в себя и соображал, медленно возвращаясь к суровой реальности. Наконец, сообразив и испытав негатив внезапного стыда, он моментально остыл и извинился перед миссис Брюнер, пообещав медиуму возместить финансово её моральный дискомфорт.

– Это правильное решение с вашей стороны, – тотчас согласилась медиум. – Ваше общение с женой и нанесенное мне физическое неудобство будет стоить вам в пять тысяч долларов. И я не буду сообщать в полицию, что вы насильно меня целовали и щупали мою грудь…

Ранье безропотно расплатился. Когда он передавал чек на названную сумму в пухленькие ручки миссис Брюнер и ненароком заглянул в её глаза, то никакого смятения и тем более неудобства он там не отметил. Скорее наоборот: ему показалось, что миссис Брюнер даже понравилось на время исполнять роль его жены. Тем более, за повышенный гонорар.