Получил я письмо от Боголюбова только 26 октября. Пошел к Мурке в лагерь за книжкой – средь флотилийских дам и беженок дикий скулеж. Французы оставляют в лагерях только инвалидов, раненых и женщин с детьми до 15 лет. Остальные должны найти работу, квартировать и харчить самостоятельно. Срок дан до Нового года.

Куда им деваться, нашим дамам? Мурка списывается с городом Тунисом о месте интеллигентной вейтресс в американской семье. Дай бог, если получится. А вообще у ней какая-то лихорадка: истощала, глаза блестят, дрожь. Ей все время холодно, а константинопольскую шаль загнала, мне не сказав ни слова. Вот он, результат летней ссоры. Видимо, у Мурки малярия.

Эх, тоска, тоска!

Эскадра разъезжается. Кто нанимается на американские коммерсанты, кто идет на заводы техниками за четверть жалования итальянцев. Я занимаюсь. Зубрю и ударяюсь по механической части и взрывчатым веществам. Вечерами хожу на бульвар на музыку. Чудная у нас программа – «Онегин», «Травиата», «Летучая мышь» – чуток успокаивает.

На бульваре злободневная тема – сокращение штатов к 1 января. Списывают 75%. Настроение отвратительное – нервничаю, матросов не могу видеть. Господи! Какая сволочь! Ничего, кроме пьянства и загонки обмундирования и медных деталей машин.

Утром подал рапорт на одного из матросов – негодяй – обратился «эй, мичман такой-то, принять провизию» – это показатель нашей дисциплины!

Картинка на «Корнилове» – на полуюте весь адмиралитет, а с адмиральского балкончика вестовой рыбу ловит. Входит какой-то офицер, вместе с ним ловит и потом снова уходит.

Случай: после уборки свиней матрос вытер руки об андреевский флаг – характерно…

Ходил узнавать насчет приема в Пражский университет – оказывается, офицеров не принимают.

До сих пор ничего определенного, только говорят, говорят, говорят…

2/XI-21

Ну, наша песенка спета. Оставлять нас не собираются. Списывают всего 80% эскадры. На подплаве нас не оставляют. Придется, по-видимому, отправляться в лагерь Бен-Негро, а оттуда в город Тунис искать работу. Жаль, что из нашего курса подплава ничего не получится. И это при том, что до окончательного экзамена оставался всего месяц! Теперь лишь получим временные удостоверения, что курс прослушан.

5/XI-21

Стираюсь, послезавтра уезжаем в Бен-Негро.

6/XI-21

Приводимся в походное состояние. Собрали вещи. Вечером устроили ужин.

7/XI-21

Утром все съехали на французский катер. Я поехал на «Добычу» за обмундированием, вечером мотал в Бизерту, загонял все.

8/XI-21

Утром с 5-ти часовым поездом выехал вместе с Юнаковым в Тунис (Рукша остался на канонерке «Грозный»). Ужас этот поезд! Грязь какая!

В пути открыл очередное послание от вестового Грицая:

«Здравствуйте г-н мичман

посылаю я вам свое найлучше почтение и главное желаю скорейшего достижения вашей удачи

г-н мичман я устроился как вам известно Все это устройство не так для меня приятно потому что работаешь не по специальности и что придется например сейчас таскаю камни на третий этаж а завтра что придется так что если что то приду во к вам в бизерту на линейный кор.Генерал Алексеев.

Прошу вас передайте привет всем господам офицерам и матросам с севера России и скажите им я посылаю что письма и ответа ни на одно не получил

Прошу вас отпишите что у вас нового в бизерте у нас в тунисе ничего нет дикая безработица что слышно о судьбе флота прошу вас отпишите все о судьбе матросов очень очень прошу не оставьте меня в Африке если возможно выехать в европу или в Россию

Как во флот принимают или нет, я хочу поступать во флот кочегаром потому что надоело уже шляться по Африке хочу в море мне на суше скучно

Затем до свидание пишите ответ

Грицай».

Грицай переслал также записку нашего соплавателя матроса Воскресенского, еще в апреле списанного на берег:

«Письмо друзьям по службе

Здравствуйте премного-уважаемые друзья по Финляндии и по Сиаму и по Алексееву. Вани Володя Володя Федя Шура Шура Вася Гриша

Посылаю я вам свое нижайшее почтение а главное желаю скорого достижения вашей цели отеческого берега

Затем сообщаю вам что я уже приступил к работе в Тунисе Работаю по своей специальности Когда нет работы своей работаю что придется был и каменщик и чернорабочий Получаю 8 фр. но ожидаю 10 фр. Хозяин очень доволен мною. Харч из них. Квартера тоже но я живу на мельнице дали койку без постилки и за квартеру не плочу. Работал я две недели заработок мой 20 фр. всево на что нужно купить кепку и ремень и приодеться немного в штатское а то идешь по улице и французы говорят Руссо Руссо очень совестно

В воскресенье я иду на пристань и буду стараться поступить на транспорт или искать другое место а это место меня не устраивает потому что здесь работа не постоянная а временная возможно что хватит еще на 1 месяц а там куда глаза глядят потому что работаю у жида и от них сами знаете что можно всего ожидать большевики

Работы в Тунисе найти трудно ну знаете что у всякого человека есть свое счастье нашол красиву бабу она италианка

Затем друзья прошу я вас перешлите пожалосто мои вещи по указанному мною Адресу на мельницу деньги не плотите я заплочу здесь

Затем досвидание передайте привет всем господам офицерам с севера России

Писал письмо после литра вина с италианкой

До свидания

Прошу перешлите вещи!

Известный ваш друг Воскресенский».

«Мишка, – сказал я в пути Юнакову, – айда на мельницу к жиду, там матрос Воскресенский отчаливает».

«Репа, но мне уже обещали место на ферме у араба. А тебе в Тунисе может что и получше предложат?».