Расхожая фраза «Годковщину» никто на флоте не отменял» – нет-нет да и раздается в нашей компании. В нашей офицерской компании! Мы-то знаем, что такое “годковщина”, и как с нею надо бороться. Трудно, к примеру, упрекнуть меня в легкомысленном отношении к этой проблеме, если я за свою службу сам неоднократно инициировал возбуждение уголовных дел на хулиганов в матросских погонах, доводя эти дела до логического завершения. Но речь-то идет не об этой “годковщине”, не о пресловутых “неуставных взаимоотношениях”. Речь идет об уважении старших младшими. Оно-то ведь должно присутствовать в любом коллективе: семье, обществе. Должно, а не присутствует. Не знаю как где, но на флоте этого попросту боятся. Какое там уважение. Уважение – это завуалированная форма “годковщины”, скажет вам любой военный воспитатель (или, говоря по-старому, “политработник”).
Конечно, когда люди обжигаются, они дуют на холодное. И я ни в коей мере не берусь судить кого бы то ни было. Но почему-то нам, офицерам и мичманам, тоже нравится эта фраза: “Годковщину на флоте никто не отменял”. И звучит она в устах убеленных сединами людей не как сообщение о том, что на флоте действует старый принцип, согласно которому младшие по возрасту и званию должны всегда, безропотно и беспрекословно, бегать первыми в магазин за водкой, например, или еще куда-нибудь. А произносится она всякий раз, утверждая незыблемые истины: “Молодым везде у нас дорога, старикам всегда у нас почет”. “Старый конь борозды не портит”. “Уважайте нас, стариков – и вас когда-то будут уважать”. “Опыт и мастерство – не пропьешь”… И многие, многие другие.
Как хотелось бы отделить зерна от плевел. Неужели мы, русские, так и будем всегда шарахаться из крайности в крайность, никогда не придерживаясь “золотой середины”. Неужели никогда молодые не научатся уважать старших, а старшие – любить, благоволить и помогать во всем молодым. Ведь это так просто.