Жила-была одинокая гражданка. И была у неё весёлая безобидная собачонка – Мопсик. Вот как-то вечерком пригласила женщина к себе кавалера. Собрали на стол, сидят, выпивают, любезничают:

– Танюхе сказал… в ночную вызвали.

– Поверила?

– Конечно. Вру ей, вру, а она… Вообще, Нинка, я давно сделал вывод, что все вы бабы – дуры!.. ду-уро-чки-и… – кавалер обнял хозяйку и увлёк на кровать.

Шлепки, поцелуи… охи, томные вздохи…

Мопсик под столом крошки подбирает, мячиком носится – мух гоняет. Вдруг слышит… хозяйка стонет. «Ого! Наших обижают!» – Мопсик стрелой влетел на кровать. Мёртвой хваткой вцепился в белую ягодицу кавалера. Тот заорал благим матом, вскочил с висящим Мопсиком на голой заднице. Хозяйка кричит на собачонку, зовёт, пытается зубы ей разжать и так и эдак – ни в какую. Ну что делать? Кавалер, весь зелёный, уже танцует от боли. Спереди мужская гордость висит. Сзади Мопсик болтается.

– «Скорую» вызывай! – орёт пострадавший.

Бригада «Скорой» насилу оторвала преданного Мопсика. Бедолагу-кавалера отвезли в больницу. Много швов наложили, от бешенства укололи. Дама сердца с Мопсиком часто навещали больного. Мопсик весело вилял ему хвостом, пытался лизнуть в нос.

– Как выкрутился-то? – спросила кавалера женщина.

– Да уж выкрутился… Сказал, что работу закончили раньше да сели с мужиками отдохнуть-расслабиться. Дескать, пили гранёными. Я, мол, чё-то привстал, а кто-то из шутников два стопаря на мою табуретку и… подвинул… Короче, наплёл!..

– Поверила?

– Конечно, поверила. Вы же бабы – дуры. Ну, я пошёл, а то на обед опоздаю.

Он чмокнул полюбовницу в щёчку, потрепал Мопсика за ухо и, потирая больное место, отправился в палату.