Эдуард Николаевич Щенснович (Edward Szczęsnowicz) родился на Русском Севере, неподалеку от Белого моря, в районе Архангельска в поселке Соломбала, но не в семье рыбаков или лесорубов, а в семье польского дворянина капитана Николая Войцеховича Щенсновича, участника восстания 1830–1831 годов[96]. Отец Эдуарда Николаевича был сослан в 1833 году в Архангельскую губернию. Тогда, после разгрома повстанцев в Польше[97] русскими войсками тысячи шляхтичей были лишены своих поместий и вывезены в Сибирь и Северные губернии России. Полякам припомнили многое: захват Москвы в 1612 году, постоянный натиск Речи Посполитой на Западные рубежи Руси, активное участие поляков (более 100 тысяч) в рядах Наполеоновских войск… Поляки всегда любили военное дело, мужественно рубились с крестоносцами, турками, казаками, московскими войсками.

К слову, надо упомянуть, брат отца Маниула Озерова, однокашника Эдуарда Щенсновича по МКК, Иван Андреевич Озеров (1811–1887) был гвардейцем[98], который в 1831 году в войну с польскими мятежниками получил Польский знак отличия «За военные достоинства» 4-ой Степени[99]. За одной партой в Морском корпусе во времена императора Александра II сидели дети вчерашних врагов, объединенных железной волей российских императоров в одну имперскую семью.

Отец Эдуарда Николай Войцехович был рабочим в Соломбале – пригороде Архангельска с расположенными там военизированными поселениями по кораблестроительной части. В 1862 году его перевели в военно-морскую базу Кронштадт[100]. Через пять лет на правах шляхтича и потомственного военного Эдуард в 15 лет поступил воспитанником в Морское училище (1867 г.). Через два года был принят на военную службу. Окончил училище 17 апреля 1871 году гардемарином. Практику проходил на клипере «Жемчуг» в Тихом океане.

Во время службы Эдуард Щенснович не раз заходил в порты Японии. За 33 года до войны он познакомился с этой страной и ее культурой. Если подумать, Россия много столетий осуществляла свой поход на Восток к Тихому океану и наконец стала соседом Японии. Соседом страны, тщательно избегавшей контактов с другими странами, страны, запрещавшей ее гражданам уплывать далеко от берегов Японии. Японец, оказавшийся в другой стране по воле морской стихии, считался умершим. И далеко не всегда он мог вернуться домой, его просто не принимали назад в страну. А тут российские корабли могли «баражировать» вдоль японских берегов рядом с ее столицей и важнейшими городами. Насколько это могло тревожить японцев можно понять, когда слышишь комментарии наших военных о заходах американских кораблей в Черное море. Те же японцы никогда не могли посылать эскадры боевых кораблей в Балтийское море и угрожать Санкт-Петербургу[101].

Далеко не все выпускники МКК сразу отправлялись в такие дальние плавания, как Щенснович. Судьба благоволила сыну польского повстанца на новой Родине. В ноябре 1872 года Эдуарду Щенсновичу было присвоено звание мичмана. С 1874 года он плавал на канонерской лодке «Смерч»[102] в должности ревизора.

Большое внимание тогда уделялось минному делу. И Эдуард в 1876 году окончил (МОК) с зачислением в минные офицеры 2-го разряда, после чего остался в Кронштадте преподавателем в Минных классах. В том же году назначен минным офицером канонерской лодки «Чародейка».

В 1877 году Э. Н. Щенснович произведён в лейтенанты и назначен флагманским минным офицером отделения миноносцев Чёрного моря. Участвовал в русско-турецкой войне. Боевой опыт был им получен. В том же 1877 году Э. Н. Щенснович переведён с Черноморского на Балтийский флот на должность минного офицера при заведующем минной частью на флоте. В 1878 году ему присвоена квалификация минного офицера 1-го класса. И, давайте, проследим дальнейший путь блестящего морского офицера.

В 1878 году как лучший специалист Щенснович направлен на Парижскую выставку для ознакомления с новейшими достижениями в области электротехники. Осенью того же года направлен в Англию и Францию для знакомства с новыми видами минно-торпедного оружия.

С 1880 года Эдуард Николаевич командует различными кораблями Балтийского флота (в том числе канонерской лодкой «Опыт»), проводит опыты с минным оружием. В 1885 году привёл из Англии в Кронштадт вновь построенный миноносец «Выборг».

В 1885 году в чине капитана 2-го ранга направлен в Сибирскую флотилию Тихого океана, где заведовал миноносцами и их экипажами. Т. е. в 33 года Э. Н. Щенснович уже был капитаном 2 ранга! Тот же Н. И. Лебедев только в 43 года (в 1893 году) удостоился погон капитана 2 ранга.

В Сибирской флотилии Щенснович тогда прослужил не более года (а тот же Лебедев безвылазно служил на Дальнем Востоке 12 лет (!) примечание мое. К.О.) и в 1886 году вернулся на Балтику. Здесь он «командовал броненосцем береговой обороны, а затем минным крейсером (миноносцем № 7 «Выборг»[103])». Назначенный командиром миноносца лейтенант Э. Н. Щенснович вынужден был докладывать морскому агенту о нежелании фирмы "Джеймс и Джорж Томсон" (верфь близ Глазго) проводить испытания водонепроницаемости переборок по правилам русского флота, а также о требующей подкрепления верхней палубе, об участившихся случаях явной небрежности в работах. Исправление неполадок затягивалось, и в итоге Э. Н. Щенснович вынужден был прийти к выводу о том, что "заводчики обнаружили крайнюю непрактичность" и что "хороший завод оказался неумелым в постройке миноносца".

В 1887 году Эдуард Николаевич назначен старшим офицером корвета «Скобелев» и исполняющим обязанности флагманского офицера штаба начальников судов Морского корпуса.

В 1888 г. назначен старшим офицером клипера «Пластун». В этом же году он представил в Морское министерство свою концепцию «использования миноносцев как главного средства обороны побережья Балтийского моря в виду угрозы со стороны немецкого флота (выделено мной. К.О.)», которая так и не была реализована. Здесь надо остановиться. Вы помните, в каком году однокашник Щенсновича К. Г. Шмидт пытался продать агентам немецкой разведки «липовые» схемы минных полей? Так ведь это случилось в 1889 году! Чем объяснить чрезвычайное обострение отношений между Россией и Германией и реальную угрозу Кронштадту и Санкт-Петербургу со Балтийского моря в конце 80-х позапрошлого столетия?

В последующие годы с 90-го по 95 год XIX века капитан 2 ранга Щенснович командовал канонерской лодкой «Вихрь» (1890–1891), блокшивом «Богатырь» (1891–1892)[104], транспортом «Секстан» (1892–1893), броненосцем береговой обороны «Колдун» (1893) и минным крейсером «Воевода» (1894–1895). Опять же канонерская лодка, клипер, блокшив, транспорт, броненосная башенная лодка, миноносец… Небольшие это были суда, но уже в январе 1895 года Щенснович был направлен опять в Сибирскую флотилию, где принял под командование крейсер 2-го ранга «Забияка». Очень любопытно, что следующим командиром «Забияки» станет в декабре 1895 г. его однокашник кап. 2 ранга Лебедев. Случайное совпадение?

Совмещая службу на крейсере, вмерзшем во владивостокский лед, Эдуард Николаевич числился с 1895 года помощником командира экипажа Владивостокского порта, с 1896 – заведующий миноносцами Владивостокского порта. В это же время во Владивостоке служил его однокашник по МКК И. Н. Лебедев, которому с 16 декабря 1896 года пришлось исполнять обязанности младшего помощника командира Владивостокского порта. А другой однокашник по МКК Г. И. Зотов в это же время бурил скважины на Сахалине и искал нефть. Естественно офицеры встречались, обсуждали текущую ситуацию в мире, войну Японии с Китаем, освоение Российской империей корейского полуострова, лесные концессии Безобразова и адмирала Абазы[105] и их покровителя адмирала Е. А. Алексеева, внебрачного сына Александра II, наместника на Дальнем Востоке.

В 1896 Щенснович году переведён на Балтику, где командовал броненосцем береговой обороны «Тифон», опять минным крейсером «Воевода» (1896–1897) и канонерской лодкой «Грозящий» (в 1897–1898 годах в Средиземном море).

5 апреля 1898 года 46-летний Э. Н. Щенснович произведён в капитаны 1-го ранга. Для дальнейшего продвижения по службе и углубления знаний Эдуард Николаевич поступил слушателем в Николаевскую военно-морскую академию. В том же году назначен заведующим 6-м флотским экипажем. В 48 лет он женился на полячке Ядвиге Змачинской. Поздновато женился, но служба, служба в России, трижды разделившей его историческую Родину и превратившей поляков в своих равноправных граждан. Польского флота в эти времена не существовало.

Для каждого морского офицера заведование флотским экипажем было делом хлопотным и очень ответственным. Оно как бы увенчивало многолетнюю службу на трех флотах: Балтийском, Черноморском, Тихоокеанском и Сибирской флотилии. Позади было командование небольшими кораблями, заведованием отрядами кораблей, и занятие портовых должностей.

В каждый флотский экипаж входил один большой боевой корабль, броненосец или крейсер, а также более мелкие суда, миноносцы, транспорты, канонерские лодки.

Однако недолго Щенснович заведовал 6-м флотским экипажем, так как в конце 1898 года был направлен в США в Филадельфию в качестве председателя комиссии, наблюдающей за постройкой эскадренного броненосца «Ретвизан» и крейсера «Варяг»[106]. Оба корабля хорошо известны любителям истории российского флота. Крейсер «Варяг» вообще стал легендой. 15 февраля 1899 года Щенснович переведён в 12-й флотский экипаж и назначен командиром броненосца «Ретвизан»[107].

Во время пребывания Эдуарда Николаевича на Балтике в Китае вспыхнуло боксерское восстание. Тихоокеанская эскадра России приняла участие в составе международной коалиции в десантных операциях и в захвате Пекина. Щенснович знал, что в китайской компании принимали участие два его однокашника капитаны 1-го ранга Беклемишев, командир броненосца «Наварин» и Озеров, командовал броненосцем «Полтава» (1900–1902). С Японией тогда мы были заодно. Но напряжение в отношениях с Японией нарастало…

Эскадренный крейсер «Варяг» и броненосец «Полтава» в Порт-Артуре. 1902 г.

21 сентября 1902 года броненосец «Ретвизан» под командованием Э. Н. Щенсновича в составе отряда кораблей вышел на Дальний Восток и прибыл в Порт-Артур 20 апреля 1903 года.

Тихоокеанская эскадра в Порт-Артуре

Русская открытка времен русско-японской войны. На лубочной открытке мы казались себе непобедимыми

В ночь с 26 на 27 января 1904 г. стоявшие на рейде Порт-Артура русские корабли, в том числе броненосец «Ретвизан» под командованием капитана 1-го ранга Щенсновича, были атакованы японскими миноносцами – началась Русско-японская война.

В результате попадания торпеды «Ретвизан» получил серьёзные повреждения и был отведён командиром на мелководье. В дальнейшем броненосец своей артиллерией наносил урон врагу, участвовал в отражении ночных атак японских миноносцев[108].

После заделки пробоины броненосец «Ретвизан» участвует в сражении с японским флотом в Жёлтом море 28 июля 1904 г., при неудачной попытке прорваться во Владивосток. Для восстановления нарушенного боевого порядка эскадры командир «Ретвизана» совершил подвиг – своим маневром отвлёк на себя весь огонь противника и более того пытался таранить флагманский японский корабль. Японцы не знали, что с ними сражается сын ссыльного поляка Щенсновича. В этот момент сам командир броненосца едва не был сражен разорвавшимся снарядом. Множество осколков поразили голову капитана 1-го ранга Щенсновича, контузили брюшную полость.

Японский вице-адмирал Хейхатиро Того

Японская открытка с русским затопленным в Порт-Артуре броненосцем

19 декабря 1904 г. генерал Стессель решил сдать Порт-Артур и 20 декабря втайне от командования гарнизона вступил в переговоры с японцами. Широко распространенный тезис о том, что это было сделано вопреки мнению Военного совета крепости не соответствует действительности, поскольку никакого общего и окончательного мнения или решения Совет не высказывал. Полковник Виктор Рейс, специально назначенный Стесселем для этой миссии, отправил парламентеров в штаб 3-й японской армии с предложением начать переговоры о капитуляции. Японцы этому крайне удивились, они были уверены, что русские будут сражаться еще как минимум шесть – восемь недель.

В 9 ч. утра 20 декабря 1904 г. (2 января 1905 г.) генерал Ноги согласился начать переговоры о капитуляции. В тот же день в 13 ч. в помещении японского полевого госпиталя в Шуйшине начались переговоры. Русских представляли полковник Рейс и капитан 1 ранга Щенснович, японцев – начальник штаба 3-й армии генерал Итити и капитан 2 ранга Ивамура.

23 декабря 1904 (5 января 1905) была заключена капитуляция. От имени русского командования капитуляцию Порт-Артура подписали от сухопутных войск полковник Виктор Рейс, а от моряков капитан 1-го ранга Эдуард Щенснович. И капитулировали и отступали русские военные на этой войне с японцами, хотя были факты многочисленного героизма и подлинного мужества[109]…

Проявленная Щенсновичем в войне с японцами храбрость была щедро вознаграждена. Грудь командира броненосца «Ретвизан» украсил орден Св. Георгия 4-й степени[110]. Ему также была дарована золотая сабля с надписью «За храбрость».

Орден Св. Георгия 4-й степени

Золотая сабля с надписью «За храбрость»

Эскадренный броненосец «Ретвизан». В боевом строю и затопленный в Порт-Артуре

Тот факт, что затопленный новейший и совершенный броненосец «Ретвизан», только что построенный в США и стоивший казне баснословных денег (также как и крейсер «Варяг»), был поднят японцами со дна порт-артурской бухты, переименован в «Кагеро» и служил под японскими флагами в японском флоте, никого не интересовал. Комендант Порт-Артурского укрепленного района А. М. Стессель сдал крепость… Суд над генерал-адъютантом Стесселем состоялся лишь в 1906 году, а наши броненосцы, крейсера и другие корабли, затопленные в бухте, никто под Шпицем особо не оплакивал… Здесь уместно будет напомнить читателю, что план затопления 33 русских кораблей в Порт-Артуре, если она окажется безнадежно заблокированной во внутреннем рейде, был разработан заблаговременно еще при руководителе I-й Тихоокеанской эскадры контр-адмирале В. К. Витгефте. Под этим планом каждый присутствующий из командного состава 1-ой Тихоокеанской эскадры должен был поставить свою подпись. Первым подписал адмирал В. К. Витгефт, за ним – остальные. Отказались подписать лишь командир «Ретвизана» Э. Н. Щенснович и командир «Севестополя» Н. О. Эссен.

После окончания русско-японской войны и возвращения из японского плена Э. Н. Щенснович получил назначение на Балтику, где «за отличие по службе» был произведён в контр-адмиралы и назначен младшим флагманом.

Указом Императора Николая II от 19 марта 1906 г. назначен заведующим подводным плаванием и первым командиром Отряда подводного плавания. Это было первое подводное формирование, включавшее все имевшиеся подводные лодки Балтийского флота. Щенснович стал первым организатором практического подводного плавания в русском флоте, по его инициативе в России появилась первая настоящая база для подводных сил. Всего за два года в Порту Александра III (военной гавани Либавы) построили специальный бассейн на 20 подводных лодок, оборудованный всем необходимым для субмарин и их команд – от пирсов до учебных лабораторий. В 1908–1909 гг. Щенснович был командиром Учебного минного отряда, куда входил и Отряд подводного плавания.

Его назначают в чине вице-адмирала членом Адмиралтейств-совета (1908–1909). Руководя комиссией по пересмотру «Положения о кондукторах русского флота» в совете, адмирал готовил докладную записку по поводу наших недостатков в минувшей войне, промахов, повторявшихся в отечественном судостроении, но довести до конца эту работу не успел.

Полученные ранения давали о себе знать. Эдуард Николаевич умер 20 декабря 1910 г. в Санкт-Петербурге в возрасте 58 лет. В тот декабрьский день, когда Эдуард Николаевич скончался, стоял лютый мороз. К дому адмирала съезжались экипажи, подходили офицеры в морской форме. Траурная процессия, по словам его дальнего родственника, Станислава Змачинского, двинулась по набережной Фонтанки к католической церкви Успения Пресвятой Девы Марии. После отпевания гроб с телом покойного из церкви выносили Морской министр вице – адмирал Воеводский С. А. его заместитель вице – адмирал Григорович И. К., Начальник Главного Морского Штаба контр – адмирал Яковлев Н. М., Командующий Балтийским флотом вице – адмирал Эссен Н. О. и некоторые члены Адмиралтейств – совета. В сопровождении батальона от Гвардейского флотского экипажа с положенными знамёнами, оркестром, артиллерийской батареей траурная процессия вновь по набережной Фонтанки двинулась к Выборгскому римско – католическому кладбищу. Там под грохот орудийного салюта гроб с телом вице-адмирала Эдуарда Николаевича Щенсновича, закончившего свой путь чести и славы, был предан земле.

Могила адмирала, как и само кладбище, не сохранилась… Выборгское римско-католическое кладбище в 1939 году закрыли и сровняли с землёй. Дом на набережной Фонтанки № 127 был разбомблен гитлеровской авиацией в ноябре 1941 года.

Детей у Эдуарда Николаевича не было. Но остались плоды интеллектуального труда. Он был автором «Положения о службе на подводных лодках» и ряда работ по применению минного оружия: «Краткие записки общего курса минного искусства» (1880 г.), «Руководство по общему курсу минного искусства» (1884–1888 гг.), «Общие взгляды на миноносцы и минные крейсера…» (1888 г.) и др.; научные статьи в «Морском сборнике», а также его перу принадлежит известная книга воспоминаний «Плавание эскадренного броненосца «Ретвизан» с 1902 по 1904 гг.».

Книга Э. Н. Щесновича о броненосце «Ретвизан»

Книга К. Г. и Г. В. Озеровых о броненосце «Сисой Великий»

Из всех выпускников МКК 1871 года, возможно, именно он, сын польского повстанца, получил наибольшее количество наград за участие в боевых действиях. Щенснович был заслуженно прославлен, и оставил значительный след в истории российского флота.