Практически месяц прошёл в бездействии русского флота. Под давлением всеобщего недовольства Чичагов предложил начать общую атаку силами корабельного флота, флотилий Нассау и Козлянинова. Только 21 июня прибыла эскадра принца Нассау-Зигена, задержанная встречными ветрами. Храбрый флотоводец сразу атаковал вражеские канонерки в Бьёркезунде, у острова Равица. Ожесточенная схватка продолжалась до раннего утра. Шведы не выдержали натиска и отступили на север, очистив Бьёркезунд. Позиции шведского флота значительно ухудшились.

Однако вечером 21 июня ветер сменился на восточный. Этого шведские моряки ждали четыре недели. Рано утром 22 июня шведские корабли начали движение на север, чтобы выйти на фарватер у мыса Крюссерорт. Параллельно кораблям, но ближе к берегу, шли гребные суда. Начало движения было неудачным: на северном фланге корабль «Финляндия» плотно сел на мель.

С отдачей парусов вражеским флотом Чичагов отдал приказ приготовиться к бою. Адмирал, очевидно, ожидал, что враг атакует его главные силы и готовился принять бой на якоре. Однако шведы шли к русскому левому крылу. В 7 часов 30 минут передовой шведский отряд вышел к кораблям Повалишина. Головной шведский 74-пушечный корабль «Дризигхетен» («Отвага» под началом полковника фон Пуке), несмотря на сильный огонь, вошёл в интервал между кораблями Повалишина и почти в упор дал залп. За ним последовали другие шведские корабли. Гребные суда проходили у берега. Все они активно вели огонь по отрядам Повалишина и Ханыкова.

Русские главные силы в это время бездействовали, оставаясь на якоре. Командующий медлил. Он считал, что главные силы врага пойдут на прорыв южнее. Только в 9-м часу Чичагов приказал своему северному флангу сняться с якоря и оказать помощь повреждённым кораблям. Около 9 часов отряд Лежнева получил приказ идти на левый фланг. И только в 9 часов 30 минут снялся с якоря сам Чичагов с основными силами. В это время шведский авангард уже вышел на чистую воду. А корабли Повалишина и Ханыкова были расстреляны и не могли преследовать врага.

Однако и шведы не ушли без потерь. В клубах дыма, окутавшего северную часть залива, три шведских корабля, «Едвига-Элизавета-Шарлотта», «Эмхейтен» и «Луиза-Ульрика», два фрегата и шесть мелких судов, отстали от ядра флота, сбились с курса и в 10-м часу наскочили на банки Репье и Пассалода. Корабли погибли.

Арьергардный корабль «Энигхетен» по неосторожности сцепился со своим брандером, который предназначался для русских. Огонь быстро охватил корабль. Началась паника, и корабль навалился на фрегат «Земфира». Огонь быстро перешёл на фрегат, и оба корабля взлетели на воздух.

К 11 часам весь шведский флот был в море. Чичагов сильно отстал. Параллельно русскому корабельному флоту, вдоль берега, шла сильно растянувшаяся шведская гребная флотилия. Шведские суда были всего на расстоянии двух пушечных выстрелов от русских кораблей. Однако русские капитаны, увлеченные погоней за кораблями врага, не обращали на шведские гребные суда внимания. Далеко позади, в режиме усиленного марша, шли эскадры Нассау и Козлянинова. Они были слишком далеко и не успели принять участие в бою. Вечером, уже за Готландом, их передовые суда атаковали и заставили спустить флаг концевой шведский корабль «София-Магдалина», который был сильно повреждён ещё в прежних боях и отстал от своих. 23 июня уже у самого Свеаборга, куда бежали шведы, фрегат «Венус» и корабль «Изяслав» отрезали и захватили корабль «Ретвизан».

К. В. Шаренберг. Захват фрегатом «Венус» шведского линейного корабля «Ретвизан» 23 июня 1790 года

Если бы Чичагов отделил от главных сил хоть несколько кораблей, он мог захватить большую часть шведского гребного флота и даже самого шведского короля, который был на галере. Её захватили, а Густав сбежал на гребном боте. Ослеплённые огнем и дымом, оглушенные пальбой и взрывами, шедшие медленно, опасаясь скал и мелей, шведские малые суда сдавались практически без сопротивления. Немногие русские фрегаты, которые попали в шведский строй, были отягощены пленными и не знали, что с ними делать. Было захвачено около 20 судов.