В городе, богатом стуком и мучью,

Где в улицах серьги фонарей висят,

Где залив моря, точно грудь проститучья,

Вываливается из корсета камнистых громад,

И на этих грудях прыщами желтеет пена,

А утесы жмут морскую ладонь,

И витрины глотают пастью бессменной,

Как в цирке факиры, рекламный огонь,

Где город перебросил на ленте бульваров суму,

Незримую даже и мне – поэту,

Там видал я его, застывшего ни к чему,

Считавшего минуты, как нищий монеты.

Он привычным лицом улыбнулся мне,

Сознался навыклым тоном в обидах,

И вот я беспомощен и снова весне

Отдаю свой мечтательный пламенный выдох!