Адмирал-масон по наследству Павел Чичагов, был дрянным морским министром и неудачным командующим Южной группировкой войск в 1812 году. Адмирал-масон Меншиков так же масон по наследству, был таким же странным морским министром и неудачным Командующим группировкой войск и флота в Крыму. В «братство вольных каменщиков» был посвящен в Дрездене в ложи прусской системы «Золотое яблоко» и «Пеликан». Его «масонский чин» вероятно историки никогда не узнают. Если даже захотят знать.

Князь Александр Сергеевич Меншиков начал службу в 1805 году в Министерстве Иностранных Дел – в вотчине русских масонов. Затем служил и воевал в артиллерии, в Лейб-Гвардии Преображенском полку, а в 1826 году был уволен в отставку с чином сухопутного генерал-майора. И вдруг в 1828 году Николай I выуживает его из забвения и назначает… начальником Морского штаба с производством в контр-адмиралы. На флот новоиспеченный контр-адмирал раньше смотрел лишь пассажиром с палубы прогулочной яхты. В 1829 году был произведен в вице-адмиралы, а спустя два года покинул морскую службу. В 1836-м вернулся с должности Генерал-губернатора Финляндии… морским министром. И своей некомпетентностью довел ВМФ страны до огромного отставания от европейских держав. Что было доказано под Севастополем.

Так кем же был князь Меншиков – флотоводцем, полководцем, дипломатом? Ни тем, ни другим ни третьим… Но тем не менее он оставляет свое министерское кресло в Адмиралтействе и спешит в Крым командовать флотом и войсками. Светлейшего более всего беспокоит мысль, а вдруг герои Синопского сражения адмиралы Корнилов и Нахимов забудут, что английский флот – «это неприкосновенная корова» для русского и дадут ему в зубы?!

И он приказывает топить Черноморский флот, еще до встречи его с англо-французской эскадрой. Весь, целиком. Когда ошарашенный таким поворотом дел адмирал Корнилов пришел к нему с вопросом – что же ему делать с флотом? То масон-главком ответил флотоводцу с издевательской иронией: «Положите его себе в карман!»

Сбылась давняя мечта англоманов – масонов, русский Черноморский флот не сделав ни единого выстрела по англичанам, был полностью уничтожен. Кем? Получается, что «Нельсоном с тыла», для русского флота стал адмирал-изменник-масон Меншиков.

Принято считать, что черноморцы не могли дать сражение англо-французской эскадре, по причине, что их парусный флот уступал паровому европейскому. Что их орудия уступали английским по дальности боя, мощности снарядов и скорострельности. Что русские матросы были хуже выучены, офицеры менее грамотны, а адмиралы менее талантливы, чем на эскадре союзников.

Подумаем, столь уж истинны эти аргументы? Во-первых, Черноморский флот к 1854 году имел в своем составе паровые суда вооруженные бомбическими орудиями. Их было меньше, чем у англичан («заслуга» Морского министра Меншикова), но они были. Во-вторых, далеко не все корабли и суда англо-французско-турецкой эскадры подошедшей к Севастополю имели паровые машины. В-третьих, паровые фрегаты середины XIX века имели преимущество перед чисто парусными, лишь при слабом ветре или абсолютном штиле. Да, в гонке по прямой, парусам помогали лопасти винтов, но в морском сражении флот на флот, редко кто бегает наперегонки. И в Черном море редко бывает штиль и слабый ветер. Храбрость, выучка, талант русских моряков никогда не уступали британским – об этом не стоит и говорить. В вероятном сражении между европейцами и черноморцами, на стороне последних были бы береговые батареи Севастополя. А преградить фарватер вражеским кораблям вполне смогли бы затопленные старые суда и баржи.

Наконец, более современные корабли ЧФ можно было увести в порты Кавказа, Малороссии и Новороссии и оттуда совершать набеги на английские транспорты, снабжающие экспедиционные войска союзников в Крыму. Зачем же было все корабли топить в Севастополе?

Окажись на месте Главкома ЧФ не масон, а русский патриот, верящий в свою страну и ее флот, то морская война на Черном море могла бы стать примерно такой.

Самые быстроходные и вооруженные русские корабли увели бы из Севастополя в порты Одессы, Новороссийска и Кавказа. Для набегов на транспорты, для внезапных обстрелов высаживаемых десантов. Это бы заставило англичан распылять свои силы, выделять корабли для сопровождения транспортов. Что ослабило бы эскадру союзников у Севастополя.

Подойти близко к главной базе русского ЧФ англичанам можно было бы лишь при угрозе атаки русских многопушечных линейных кораблей. При этом их бы поддерживали огнем все береговые батареи. Начать дальнебойную артиллерийскую дуэль, используя некоторое преимущество в артиллерии. И надолго бы хватило у англичан такого боезапаса, тем более, что русские корабли маневрировали бы? А покрепчает ветер и все преимущества пароходов сводятся почти к нулю, а русские линейные многопушечные корабли уже подошли на дистанцию поражающего огня…

Говорят, русские корабли при таком варианте погибли бы. А в реальной истории они, что уцелели? К тому же уцелела бы большая часть новейших, рассосредоточенная по другим портам Черного моря. Зато понес бы потери флот союзников, уже распыленный для прикрытия флангов. Вероятнее всего была бы боевая ничья. Большая часть ЧФ действительно легла бы на дно, но унеся с собой и вражеские корабли. После таких потерь англичанам было бы уже не до штурма Севастополя.

Но главное, сохранилась бы часть новейших кораблей русского ЧФ. Севастополь бы не знал осады и сдачи. И случилось бы недопустимое: русские «профаны» не сдались бы перед английскими «посвященными избранными».

Вот для недопущения подобного и отправился тайный враг России – масон Меншиков, спасать «братьев» от вероятного разгрома. Французам он помогал, как мог. В Евпатории по его приказу не уничтожили огромный запас пшеницы – французская армия была обеспечена хлебом на четыре месяца. Русские войска на суше постоянно ставил в самое неудобное положение.

Для полной гарантии он утопил весь флот России на Черном море. И с чувством исполненного долга перед «братством» вернулся в Петербург.

Оставленные на Балтике масоны не допустили боя русского флота с английским. Они не могли утопить его целиком, как в Черном море, но всю Балтику без сопротивления оставили англичанам. Уведя корабли в Кронштадт, доказывая подчиненным, что с британцами даже думать нельзя сражаться на море. И доказали!

И все же британский лев, пытавшийся задушить лапами русского медведя, не справился. Размах лап не позволил, не обхватить ему было махину Руси. Хотя и глубоко вонзил в ее плоть масонские когти.

Перед началом Восточной (Крымской) войны премьер-министр Великобритании лорд Пальмерстон сформулировал доктрину отношения Европы к России: разделить ее, как апельсин, на дольки… Английскому масону вторил масон российский – Герцен: «…Мы (кто это «мы», масоны?) твердо убеждены, что нелепость Империи, идущей от Швеции до Тихого океана, от Белого моря до Китая, не может принести блага народам, которых ведет на смычке Петербург!» (Из его статьи в журнале «Колокол» от 1 апреля 1861 года). Откровенней некуда. Масонство в России с середины XIX века открыто стало слугой внешних ее врагов, их «пятой колонной», агентами их идеологического влияния. Не прикрываясь плакатиками «сеяния гуманизма и света». Любопытный штрих: Санкт-Петербургский педагогический университет носит имя этого злейшего ненавистника российского государства. Случайно?

Но вот более 150 лет Великую Россию («нелепую Империю») иностранные мудрецы делят на дольки, более 150 лет в необходимости ее распада «твердо убеждены» «русские» либералы и демократы всех мастей…

* * *

В эпоху правления Императоров Александра II и Александра III жрецы масонских лож, если не утратили интереса к русскому флоту, то, во всяком случае, не проводили явной подрывной работы. В период с 1855 по 1894 гг. Россия почти полностью перешла на паровой флот, восстановила мощь Черноморского флота, разбила Турцию в войне 1877–1878 гг. Впервые в истории русского флота его боевые эскадры пересекли Тихий и Атлантический океаны. ВМФ вновь стал инструментом глобальной политики Империи, как при Екатерине II и Павле I. Даже лучше! Эскадры графа Орлова, адмиралов Ушакова и Сенявина в лучшем случае шли по кромке Атлантики вокруг Европы… Первооткрыватели: Лазарев, Беллинсгаузен, Крузенштерн, Лисянский, Коцебу, Моллер, Литке в лучшем случае имели под началом 2–3 корабля.

В 1862 году две боевые эскадры Балтийского флота под командованием русских адмиралов: Степана Степановича Лесовского (Атлантическая) и Андрея Александровича Попова (Тихоокеанская) с двух сторон прикрыли американский континент и удержали флот Англии от нападения на США. Оба флотоводца вряд ли были масонами, так как готовились всерьез воевать с английскими эскадрами, если бы те сунулись. Лондонские «братья», видимо, знали об этом и рассчитывать им на сдачу русских кораблей или самозатопление, как в Севастополе – не приходилось. Хотя с другой стороны – в 1862 году Морским министром России был назначен потомственный адмирал-масон С.А. Грейг. Мог ли он назначить командовать океанскими боевыми эскадрами, с вероятной возможностью боя с англичанами, не масонов?

Единственным персонажем, о котором имелись сведения, что в юности он часто бывал в обществе «братьев», является генерал-адмирал русского флота, Великий князь и Морской министр с 1855 года – Константин Николаевич, брат царя Александра II. И вероятнее всего, был посвящен, во время своего визита, окруженный адъютантами-масонами, в Англии или Шотландии. По шотландскому обряду, как Петр I. Иначе, какого дъявола в скучную, холодную Шотландию потянуло родного брата Самодержца Всероссийского? Да еще в тесном кольце масонского окружения?

Не исключено, что мастера лож шотландской системы зондировали возможность повторения ситуации 1801 и 1825 года… Царствующий Император погибает или отрекается от престола, на его место коронуется царь-либерал, царь-масон и «братья» получают демократическую Россию (читай, распадающуюся на части). Именно так получилось в 1801 году с царем Александром I. Так могло бы получиться с Цесаревичем Константином Павловичем – братом почившего в бозе Александра I. Но в 1825 году наместник в Царстве Польском не захотел стать Императором Константином I! Возможно, что из-за категорического отказа Генерал-Адмирала стать «Константином II-м» в реальной истории преемником царя-реформатора стал Александр III.

Но вот не в виртуальной, а в реальной истории военно-морской стратегии России, Генерал-Адмирал ее флота – масон Великий Князь Константин Николаевич отличился, как никто другой. Его действия в течение 1860-х гг. XIX века сопоставимы разве, что с промедлением адмирала П.Чичагова в ноябре 1812 года на реке Березине…

В данной работе отмечено, что в разгар гражданской войны в США 1862–1864 гг. две русские эскадры боевых кораблей, с Атлантики и с Тихого океана, прикрыли берега Североамериканских Штатов от вероятного нападения английского флота. Случилось чудо, «солнце взошло на западе» русские адмиралы дерзнули в открытом океане бросить вызов «владычице морей». Но никакой мистики не было: шла очередная свара между невидимыми властителями невидимых масонских провинций планеты, за территории. Масоны США делили континент с масонами Англии. Поскольку у США собственный военно-морской флот находился в зачаточном состоянии, а французские масоны симпатизировали английским… то пришлось кликнуть «братьев» из России. Генерал-Адмирал русского флота и «брат» посвященный в Шотландии, сначала содействовал посылке двух эскадр. А несколько позже стал открытым, как сказали бы сейчас лоббистом… подарка США куска североамериканского континента, части земли Российской Империи, под названием – Аляска. Именно подарка, а не аренды и даже не продажи.

К 1866 году победители мятежных южных штатов решили закрепить успех в деле целостности страны. Но за русский финансовый и территориальный счет. Посредником России на переговорах с правительством США по вопросу о передаче Аляски, выступал посол Российской Империи в Вашингтоне. Хотелось бы написать – «русский посол», но представителем многомиллионной и талантливой русской нации в Америке был бельгиец Стокл. Плевать ему было на интересы народа, которого он представлял. Бельгиец Стокл не служил, он «делал бабки»: рубли и доллары. В Петербурге идею отказаться от Аляски вынашивал Генерал-Адмирал и масон Великий князь Константин Николаевич. Его признают администратором и покровителем научных и просветительских учреждений в России. Это заслуженно! Но в вопросах военно-морской стратегии этот Генерал-Адмирал не хотел разбираться совершенно. От русского континента до американских берегов Аляски всего 35 морских миль – чуть более 65 километров. Даже для морских судов того времени – чепуха. При строительстве базы русского ВМФ на Аляске (как позже – в Порт-Артуре) Россия получала бы возможность стратегического контроля над северной частью Тихого океана имея лишь одного серьезного конкурента – Японию. И не надо было бы гнать две эскадры из Петербурга в Цусимский пролив в 1905-м… Дивизионы русских легких крейсеров из Владивостока и Ново-Архангельска рвали бы морские коммуникации японцев… угрожали бы США. Сильная военно-морская база России в Ново-Архангельске на Аляске – это монополия русских на рыбные и морские промыслы в северной части Тихого океана, это практически полная монополия на побережье Северного Ледовитого океана, это прямой выход в Индийский океан… Генерал-Адмирал этого «не понимал»? Или ему приказали этого не понимать, а убеждать царя-брата отдать Аляску и еще платить деньги послу Стоклу для подкупа редакторов американских газет и членов Конгресса США. Мол, деньги от продажи Аляски пойдут на восстановление Черноморского флота…

И уговорил. В 1867 году Аляска стала территорией США. Посол Стокл за удачное (для кого только?) посредничество получил премию от царской казны в размере 25 тысяч долларов США (по меркам Америки того времени сумма просто астрономическая) и еще 100 тысяч долларов США были списаны «на дела, известные императору», то есть на взятки американским редакторам и конгрессменам. Сколько из этих долларов дошло до продажных демократов, а сколько осело в карманах того же Стокла не будет известно никогда. И это не первое загадочное исчезновение в масонской эпопее Аляски. Итак, из состава Российской Империи исчезли: ломоть территории и перспектива военно-морской гегемонии в Тихом океане. Из царской казны исчезла сумма в 125 тысяч долларов США золотом.

Затем исчез… сам посол-менеджер Стокл. Тела его не нашли, живого также больше никто нигде не видел. Ни в США, ни в Бельгии. Причин несколько: получив гигантский куш, решил плюнуть на все и начать новую жизнь… Но более вероятен вариант, что его попросту убрали по банальной причине – он слишком много знал.

В первую очередь тайну исчезновения американского корабля «Оркней», который вез в Петербург золота в слитках на сумму 7 миллионов 200 тысяч долларов. Это был расчет США с Россией за Аляску. Но и эти деньги до продавца не дошли. «Золотой корабль» утонул в Балтийском море. И вот что удивительно! Английский корабль «Черный принц», утонувший в 1854 году у Севастополя якобы с денежным содержанием английского экспедиционного корпуса, намного меньшим по богатству, искали более 80 лет. А американский «Оркней» с 7 миллионами долларов золота на борту, почему-то никого не интересовал никогда. Может потому, что серьезные люди отлично знали, что никакого золота на нем и не было? А если нет, то куда исчезло, на что и кому досталось? Возможно, что это и знал посол Стокл, да вот его и не нашли.

А Генералу-Адмиралу Константину Николаевичу Романову Император мог бы задать ряд вопросов, как к лицу, курирующему вопрос с Аляской. Первое, почему платеж осуществлялся таким примитивным феодальным способом, а не через европейские банки? Второе, почему перевозка такой крупной партии, юридически уже русского золота, осуществлялась на одном-единственном корабле, и этот корабль был американским? Почему войдя в Балтийское море американское судно «Оркейм» с русским золотом на борту не сопровождалось боевыми кораблями Балтийского флота? Так, что свидетелей его гибели не имеется, как и координат места катастрофы.

Складывается впечатление, что Россию в истории с Аляской провели, как деревенскую дурочку. Она же еще и заплатила свои кровные, что бы у нее территорию бесплатно отняли. Царь Александр II брата-адмирала простил.

Но русское общественное мнение бурлило, потому и выдумали сказку про аренду. Ведь скажи – продали, надо деньги показать – за какие? А показать нечего! Вот оправдывались – аренда, не продажа.

Великий князь Константин Николаевич идиотом не был. Значит, выполнял Генерал-Адмирал приказ, который не могла отменить даже присяга Отечеству! Князь-масон выполнил масонский приказ, стоивший России очень дорого.

В сравнении с этим, деятельность отставного флота капитан-лейтенанта Владимира Дмитриевича Скарятина на ниве масонства – было незаметной мелочью. С 1863 года редактировал либеральную газету «Весть». Вероятно, был посвящен, но его влияние на флот было минимальным.