В Мелитополе февраль 1917 года прошёл, можно сказать, буднично. Отсутствие устойчивой связи приводило к большим задержкам новостей о революционных событиях в Петрограде, которые доходили до Мелитополя с большим опозданием. Поэтому телеграмма об отречении Николая II от престола оказалась для Городской думы громом среди ясного неба.

Первые митинги по инициативе социал-демократов на мелитопольских предприятиях состоялись лишь 4 марта. Были выбраны среди рабочих представители в местный Совет по одному депутату от пятидесяти рабочих. Председателем Совета стал меньшевик А. Бархатов, а его заместителем Николай Иванович Пахомов, до июня 1917 года состоявший в меньшевистском крыле РСДРП.

Затем на Базарной площади, перед Александро-Невским собором состоялся митинг в поддержку Временного правительства. После митинга депутаты Мелитопольского Совета посетили расквартированные в Мелитополе воинские части и провели переговоры о выборах в Совет делегатов от солдат. Был избран исполнительный комитет, которому были поставлены задачи по организации рабочих, солдат и крестьян, улаживание конфликтов между рабочими и предпринимателями, ослабление эксплуатации рабочих, создание продовольственных комитетов, обезоруживание полиции и замена её милицией из рабочих.

В Совете развернулась борьба за должности, указания Временного правительства не выполнялись, да они и не доходили до Мелитополя. Социалдемократы (большевики и меньшевики), эсеры, либералы и другие представители различных мелких партий и организаций были заняты дележом власти между собой. Так продолжалось до самой осени.

В конце октября выступил в Мелитополе профессиональный революционер Жан Миллер с лекциями: «Империализм, война и революция» и «Учредительное собрание и классовая борьба». Лекции прошли в зале городского Совета, в театрах «Модерн», «Лотос» и на общем собрании 42-го полка. В это же время произошло разделение большевиков и меньшевиков.

25 октября (7 ноября по старому стилю) 1917 года в Петрограде произошла Октябрьская революция, в результате которой Временное правительство было свергнуто и власть в столице захватили большевики.

В Мелитополе приход революции ознаменовался уличными беспорядками, поджогами и погромами. Подвыпившие группы с именем революции на устах громили магазины, лавки, били витрины.

– Михайло, вот это я понимаю – революция!

Красномордый «революционер» из блатных, подняв бутылку, глотал вино, стекавшее на подбородок и на одежду. Кадык, заросший щетиной, как и всё лицо, без устали ходил поршнем вверх-вниз.

– Петро, а шо мы тут сидим? Ты вон уткнулся в одну бутылку, и тебя прямо не сдвинуть!

– А куда бежать, всю округу уже расколотили, уже и бить нечего!

– Пока ты, Петро, это пойло лакаешь, «мужики» вон на винокуренный завод Хохловкина рванули!

– Ах ты ж мать твою… И вправду лоханулись! Михайло, так, а шо ж мы сидим. Вон смотри от завода уже дым в небо поднимается! Эти форшмаки всё сожгут, и нам ничего не останется!

Вся дорога к заводу алкогольной продукции напоминала побоище: везде лежали разбитые стёкла, витрины смотрели провалами окон, валялись какие-то тряпки, оторванные вывески от магазинов и бог знает, что ещё. Кто-то тащил ворованные коробки, распухшие, набитые барахлом мешки.

Михайло не мог успокоиться от «упущенной выгоды»…

– Ай, козлы, ай, петухи проклятые!

Петро вылез из огня с довольной улыбкой и тут же, сев на траву под деревом, стал дегустировать напитки. Через полчаса, они вповалку с Михайло лежали с распухшими лицами и ничего не выражающими глазами.

Это было 26 октября 1917 года.

Вечером в зимнем театре Стамболи (позже ставшим Дворцом культуры «Октябрь») собрался Совет рабочих и солдатских депутатов, чтобы услышать от большевиков о событиях в столице.

Константин Бронзос стоя возле окна, разговаривал с Николаем Пахомовым, к тому времени поменявшим свои политические взгляды, став на путь большевизма.

– Смотри, Николай Иванович, что творится!

Оба посмотрели в окно. Внизу на улице раскинулась грандиозная демонстрация рабочих-железнодорожников, солдат, бедноты. Зал театра не вмещал всех желающих. Но все хотели услышать о событиях в Петрограде, о том, куда пойдёт страна дальше. Над толпой развевались флаги, транспаранты.

– Ну что, пойдём в зал! – Пахомов посмотрел на Бронзоса.

– Пора, Николай, сейчас там решается история города, страны, всего пролетариата и крестьянства, всего нашего народа! Мы не можем подвести людей!

Дом Ильи Стамболи.

Через несколько мгновений Н. И. Пахомов открыл заседание. Ещё какие-то минуты, и его голос в полной тишине возвестил:

– Буржуазное Временное правительство пало, образовано Советское правительство во главе с Владимиром Ильичом Лениным!

– Ур-ра! Ура! Ур-ра! – сразу раздались крики в зале.

Полетели вверх шапки, все вскочили с мест, обнимая друг друга. Кто-то выскочил к народу, прокричав:

– Временное правительство пало! Ленин, Ленин во главе правительства! Ура, товарищи!

Море людей, иначе никак и не скажешь, зашумело штормом, что творилось на улице! Уже начались стихийные митинги, кто-то пустился в пляс, поэты выкрикивали сквозь поднявшийся гул свои стихи…

26 октября (8 ноября) 1917 года Совет единогласно одобрил резолюцию, по которой он принимал всю власть в городе в свои руки, а городская управа и земство распускались. Бронзоса большевики избрали председателем городского парткомитета. Меньшевики и эсеры не решились оказать новому режиму открытое сопротивление. 27 октября раздались призывы к погрому евреев и продолжению грабежей.

– Алло, алло! Это Мелитополь! – Председатель городской Думы А. Бархатов, он же Председатель Совета, в который раз крутил рукоятку телефона, пытаясь соединиться с Симферополем.

В конечном счёте ему это удалось:

– Алло! Это Бархатов! Да! Председатель мелитопольской Думы. Нам нужен срочно вооружённый отряд для подавления погромов! Да какой чёрт революционеров! Бандиты с шантрапой из бедноты уже весь город разграбили! Хорошо, ждём с нетерпением!

А в это время Жан Миллер на гарнизонном собрании Совета призывал к захвату государственной власти, неповиновению начальству и аресту офицеров.

В городе царило безвластие, вылившееся в беззаконие ещё недавно послушных с виду граждан.

Помощь прибыла только на следующий день. 42-й запасной полк, две роты 34-го запасного полка, прибывшие из Симферополя, отряд Красной Гвардии и солдаты мотоциклетной команды начали наводить в городе порядок: было задержано 95 зачинщиков беспорядков, в том числе 23 уголовных преступника и 13 солдат.

30 октября в город прибыл отряд из 376 военных моряков под командованием Н. Пожарова, но их помощь в установлении порядка уже оказалась не нужна. Уличные беспорядки в городе были прекращены.

Так наш город входил в революцию.

30 ноября 1917 года Пахомов проводит заседании Совета, в том числе и о текущем моменте, он предложил:

– Предлагаю городскому Совету признать Совет Народных Комиссаров в Петрограде!

На трибуну поднимается меньшевик Бархатов:

– Нам не по пути с большевиками, которые узурпировали власть в Петрограде. Мы не будем голосовать за признание СНК!

В результате за резолюцию большевиков проголосовало 53 депутата, а против – 59.

Меньшевики и эсеры бойкотировали все предложения Совета по признанию Совет Народных Комиссаров в Петрограде. Совет принял резолюцию о непризнании решений и декретов II Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов и отказался исполнять «Декрет о мире» и «Декрет о земле».

И только 20 декабря мелитопольский Совет полностью перешел под контроль большевиков, а Н. И. Пахомов стал его председателем.

В январе 1918 года в Мелитополе были созданы военно-революционный трибунал и военно-революционный штаб. Перед этим на несколько дней в Мелитополь вошли войска Центральной Рады, но 30 декабря власть в городе снова вернулась к большевикам С 21 по 23 января 1918 года в здании Земской Управы прошли съезды городского и уездного Советов.

В резолюции Мелитопольского уездного съезда Советов крестьянских депутатов было записано: «Приветствовать Советскую власть в лице Совета Народных Комиссаров… признать, что только в тесном слиянии с Мелитопольским Советом рабочих и солдатских депутатов и совместно все Советы крестьянских, рабочих и солдатских депутатов объявляются единственной законной властью в городе, волостях, селах». Совет назначил комиссаров на предприятиях для установления восьмичасового рабочего дня, был установлен рабочий контроль. Началась конфискация помещичьих земель, буржуазию обложили контрибуцией. Был создан отдел народного образования.