Многие обвиняли нашу технику после минувшей войны. Снаряды были плохие, суда тихоходные и плохо защищенные, броненосцы перевертывались и т. д., и т. п. Но большинство этих обвинений не справедливо. Конечно, наши заводы не на высоте английских и германских. Они работают и медленнее, и дороже, и не так аккуратно. Но эти недостатки приводят лишь к тому, что у нас приходится тратить больше денег и времени для достижения тех же результатов как и за границей. В конце концов наши заводы дали нам приблизительно то, что от них требовалось. Если мы ближе присмотримся к главным недостаткам нашей технической части в эту войну, то мы убедимся, что они происходили не столько от неудовлетворительного исполнения, сколько от неверного замысла. Почему у нас снаряды были плохи? Не потому, что их не умели лучше изготовлять, а потому, что между артиллеристами установился взгляд, что такими именно снарядами следует стрелять. Их считали хорошими. Откуда у нас появились такие бесполезные суда, как «Паллада», «Диана», «Аврора», «Громобой», «Россия» [128]? Разве заводы их изобрели? А ход, бронирование, вооружение судов, состав эскадр, их расположение, снабжение и обучение, разве все это не было одобрено и утверждено самыми выдающимися представителями строевого состава? И все это было до крайности неудовлетворительно.