Кстати совпали в моём повествовании спектакль «Кремлёвские куранты» с кремлёвскими курантами по поводу начала 1996 года со дня рождения первого коммуниста и врача на Земле Иисуса Иосифовича. Он, если был на самом деле, боролся за бедных, объявив войну богатым, бездельникам, фарисеям и мздоимцам, лечил и исцелял болящих. Как те пьянницы в кинофильме «С лёгким паром», традиционно встречают каждый новый год в беспамятстве и пьяном угаре, так же и мы встретили новый год традиционно застольями на работе, в кругу семьи, но без пьянства, а дома даже без алкоголя и с традиционными лыжами 1 января.

В те годы первый семестр ещё длился в январе месяце. Поэтому со 2 января учебно-методическая работа продолжалась без особенностей. В зимние каникулы для слушателей и курсантов, также традиционно, чтобы профессорско-преподавательский состав (ППС) не очень расслаблялся и служба ему «мёдом не казалась», проводились командно-штабные учения. На них, по топографическим картам, отражая нападение на нашу страну, мы заходили очень далеко, условно говоря, аж до Ла-Манша и далее. Конечно, в проведении КШУ было и много положительного. Прежде всего, это была хорошая тактическая подготовка офицерского состава к деятельности в военное время. Особенно, для тех специалистов медицинской службы, клиницистов прежде всего, которые не сталкивались с вопросами военного времени в ходе службы, работы, учебного процесса и научных исследований. Но, как всегда, это было плохо с другой стороны: ППС академии, в ходе учебно – воспитательной работы, «привязанный» к помещениям, в условиях гиподинамии, не получал на каникулы возможность переключиться на физическую подготовку и порезвиться на лыжах на заснеженных ландшафтах Красного села или Финского залива в Комарово. Такая возможность, в те времена, представлялась преподавательскому составу Морской, Артиллерийской и других академий.

О «примерном» отношении к делу тогдашнего руководства академии можно судить по следующему эпизоду академической жизни, произошедшему на занятиях по командирской подготовке с офицерским составом академии. Начальник академии представил офицерам вновь назначенного своего заместителя и ушёл с этого занятия. Действительно, не царское это дело присутствовать на данном занятии. Не зря он был потом продвинут и назначен министром здравоохранения Всея Руси. Зато новый зам сразу высказал не бесспорное суждение о том, что врач должен уметь работать фельдшером и даже санитарным инструктором, в ходе медицинского обеспечения боевых действий. С ним можно согласиться, если согласиться с тем, что микроскоп служит для того чтобы забивать гвозди. Дорогое это удовольствие. Это вроде теоретические «размышлизмы». Но вот реалии и практика. По рассказам участников медицинского обеспечения боевых действий, в ходе антитеррористических операций в Чечне, медицинское начальство использовало врачей не только в качестве фельдшеров, санинструкторов, но даже и санитаров. Это уже неоднозначные и опасные инновации

Как я уже говорил, в те годы наши должностные оклады не только резко упали в сравнении с ростом цен, но и задерживалась выплата зарплаты. В связи с чем один из начальников кафедр Ю. В. Лизунов сказал на межкафедральном совещании, что создаётся впечатление вроде наше руководство считает, что преподаватель становится всё лучше по мере того как у него становится всё меньше средств к существованию. К счастью это не затмевало нам глаза, и мы не бросались в ответную крайность. На этом же совещании, при обсуждении вопросов совершенствования методики обучения слушателей факультета руководящего медицинского состава, начальник факультета сказал: – Преподавательскому составу не следует забывать, что слушатель не чаша, которую надо наполнять (знаниями), а которую надо зажигать. Да, конечно с ним надо согласиться, что это является одним из составных элементов педагогического мастерства каждого преподавателя.

На кафедральном заседании меня назначили исполнителем 12 научно – исследовательских работ. Это был рекорд за все годы моей работы на кафедре.

Несмотря ни на что, удалось приобщиться к культурной жизни города. Во дворце Белозерских-Белосельских представилась возможность получить представление о музыке США. Впечатление близкое после посещения выставки американской живописи в Эрмитаже. Слабо, хило, посредствено. Даже не хочется сравнивать с музыкой европейской, российской, средне – азиатской и др. Потому что там есть своё лицо, стиль, характерные узнаваемые особенности. Есть свои гении, высочайшие достижения, признанные во всём мире.

В театре Комиссаржевской посмотрели «Самоубийство влюблённых …». Оригинальность спектакля не только в том, что зрители сидят на сцене, а артисты играют на подмостках, установленных на месте кресел в зрительном зале. Конечно, это непривычный ракурс. Главная оригинальность, мне представляется в том, как показан другой мир, другое мировоззрение, жизненные ценности и приоритеты. В то же время, проявляются и переплетаются общечеловеческие события, ситуации и переживания, общие с таковыми описанными классиками мировой литературы и драматургии Шекспиром, Достоевским и им подобным.

На спортивном празднике, посвящённом 100-летию отечественного фигурного катания на льду, приятно было погреть душу и возгордиться великими достижениями великой державы в этой области культуры человечества. Особо приятно было видеть вечно молодых представителей одного из этапов развития фигурного катания в нашей стране – Людмилы Белоусовой и Олега Протопопова. Хотя их и вытеснила всеми правдами, и особенно не правдами, московская «группа» великого тренера, но увы не человека Станислава Жука. Жаль, что ленинградская пара не сумела отстоять свой стиль и создать свою школу в Питере, а подалась искать правду в Швейцарию. Ну что же, в жизни всякое бывает. Но как показало время, им не удалось там то, что они могли бы сделать в Питере: создать свою школу. Мне представляется, за это стоило бороться и у них это получилось бы.

Посетили выставку друга нашей семьи Д. Городыских. Честь и хвала профессору, крупному учёному – химику, который имеет ещё и такой талант, увлечение и создаёт прекрасные, светлые картины, радующие глаза и сердца многих людей. Но нет ничего абсолютного в этом мире. Стиль художника, честно говоря, мне не по душе. Пейзажи схематичные, намёками. Очень много картин с изображением цветов. Но они как бы сняты фотоаппаратом с не наведённой резкостью, расплывчатые и аморфные.

Правда и в жизни не всё так уж четко и ясно, переплетается хорошее, «не очень» и «очень не». Периодически чередуются светлые и тёмные полосы в нашей жизни. По мере приближения к моему 55-летию, встал вопрос, как быть дальше со мною: увольнять или нет? Учеником и преемником Рябоконя был использован старый испытанный метод: уход от дела и переход на личности. По команде Щукхве «Фас» начались спланированные нападки со стороны известного Солода. Прежде всего, нападки на ту систему подготовки будущих врачей на кафедре как начальников медицинской службы воинской части (корабля), а не замкнутых и нацеленных только на аптеку. Понятное дело, ведь так провизорам проще. И что главное, по их мнению, и врачи на кафедре не нужны. Меня всё больше переключали на врачебные группы факультетов последипломного образования, всё больше на методическую работу для закрытия «белых пятен» в учебно-методическом фонде кафедры.

Бывший преподаватель кафедры Станислав Москалёв, работая в штабе Ленинградской военно-морской базы, устроил офицерам кафедры экскурсию на строящийся в Питере крейсер «Пётр Великий» с ядерной энергетической установкой. Бывшая могучая страна, в то время когда устои флота хирели и он даже разваливался, с огромными усилиями, достраивала суперсовременный флагман флота.

В это же время в Питере выбирали губернатора. Тогда народ уже разобрался в собчачих словоблудиях, направленных на развал страны и города и отдал большинство своих голосов В. Яковлеву, в то время заместителю мэра Санкт-Петербурга Собчака. Народ в своей массе считал, что главное для нашего города не развитие туризма за счёт развала промышленности и науки города, как считал Собчак. Главным – мы считали, – восстановление и развитие традиционно сильных экономического, культурного и интеллектуального потенциалов Ленинграда (или Санкт-Петербурга). Так же считал и В. Яковлев. Мы надеялись, что новый губернатор, как крепкий хозяйственник, будет заниматься городом, наведёт в нём порядок.

Племянницу моей жены, Аллу Черненко, выдали замуж. Мне доверили, по дороге во Дворец бракосочетания и из него, на своём автомобиле исполнять роль водителя. Слава богу, мне удалось оправдать доверие молодожёнов, родных и близких. По дороге из Дворца, на набережной Красного Флота, по просьбе молодых, я остановился у решётки Летнего сада для прогулки. Сделали несколько фотографий на память. Вдруг к нам подходит бригада телекомпании «Мир» с телекамерой и просит дать интервью. Когда после жениха и невесты очередь дошла до меня, я выразил надежду, что у нашей страны ещё есть будущее, если происходят ещё свадьбы. Вечером по 5-му каналу телевидения мы увидели это интервью на телеэкране.

Моей матери Ольге Савельевне исполнилось 80 лет. Отметили славный юбилей и поздравили дорогого нашего человека с вступлением в девятый десяток жизни.

В обстановке «разгула» демократии, у меня как заядлого путешественника, стали появляться мысли о расширении своих туристических маршрутов за пределы России и постсоветского пространства. И для этих целей, хотя я ещё был «в погонах», то есть кадровым офицером, задумал обзавестись заграничным паспортом. Но, как известно, от идеи до её реализации тернист и долог путь. На реализацию ушёл практически целый год.

Перед дачным сезоном удалось приобщиться к культурным возможностям Питера. В ВДК посмотрели «Игра в покер» с участием А. Джигархаряна. Меня никто никогда не убедит, что этот артист хуже, чем любой из возможно названных артистов так называемого Запада, Европы, США и т.п. Он из той славной плеяды советских артистов, который, с одной стороны, всегда узнаваем, имеет своё лицо и свой стиль. С другой стороны, он настолько изучает, врастает и живёт на сцене, в кино жизнью героя, что всегда воспринимаешь его персонажей как реально существующих людей. Давно хотелось и, наконец, удалось опять прослушать вечер скрипичной музыки в Филармонии. В БКЗ – концерт А. Буйнова. Трудно объяснимо, но чем-то он близок мне по духу и мировосприятию. А вот концерт М. Евдокимова в ДК Горького разочаровал. Он явно работал на первые ряды зрительного зала, на ребят с растопыренными пальцами. Особенно неприятно, что насквозь у него проходила тема «романтики» беспробудного пьянства. И тем более неприятно, что зал почти полностью взахлёб и с восторгом воспринимал такой «пьяный» юмор. В театре Комиссаржевской посмотрели «Горячее сердце», а в БДТ имени Горького – «Семейный портрет с посторонним». Итоговая художественная выставка за год в Манеже оказалась на наш взгляд безликой, как и наша жизнь в этот период.

Время настолько гадкое, когда всё прошедшее, настоящее и будущее оплёвано, самоуничижение и самонеуважение, сплошной стриптиз и проституция, что захотелось купить газету «Правду», чтобы найти что-то здоровое противостоящее этому. В какой-то степени это удалось.

Надумали мы с женой съездить в отпуск в Дом отдыха «Подмосковье». Главная задумка была в том, чтобы посмотреть музей Великой Отечественной войны на Поклонной горе, походить по старой Москве, сравнить со старым историческим центром Санкт-Петербурга.      Хотя этот музей создавался в период, когда в стране большинству людей, грубо говоря, «жрать было нечего». И всё же хочется сказать спасибо создателям музея. Это память, связь поколений. Впервые тогда удалось увидеть ряд творений З. Церетели. Возле музея скульптурная группа советских людей, в том числе и детей, застигнутых врасплох вероломным нападением фашистов и постепенно по мере продвижения вдоль памятника, как бы во времени в ходе войны, превращавшиеся в ничто, в бесформенный прах. Вокруг этого памятника в печати шли жаркие споры. Мне такой приём скульптора понравился. Сам же музей построен и оформлен настолько высокохудожественно, высокодуховно. Так продуманно размещены экспозиции, игра и роль света, отдельные мелкие предметы быта наряду с крупными предметами вооружения. Множество искусно выполненных панорам и диорам. Информация преподносится мультимедийно, то есть и экспозициями наглядно, и текстовая, и демонстрацией кинофильмов, и видеофильмов, и световая, и звуковая в виде песен и сообщений Совинформбюро тех лет. Всё это насквозь пропитывает на всю оставшуюся жизнь каждого из пришедших в музей посетителей сознанием и гордостью за то, что он принадлежит к Великому Советскому народу, одержавшему Великую Победу над сильным, по – зверинному жестоким врагом. Надо рекомендовать посетить этот музей своим детям и знакомым и, если будем живы и здоровы, надо будет привести сюда своих внуков.

Если бы здоровье супруги позволило, удалось бы больше увидеть старую Москву. Но и увиденного: сегменты Садового и Бульварного колец, Китай-город, Кусово – мне кажется достаточно, чтобы сделать некоторые выводы. Конечно, в Москве кое-что ещё сохранилось с прошлых веков. Но так бесцеремонно разрушались исторические памятники, прорубались проспекты, что оставшееся не выдерживает сравнения с тем, что сохранилось в историческом центре Санкт – Петербурга. Что же касается Кусова, как примера пригородов Москвы, то язык не поворачивается сравнивать с великолепными пригородами Питера: Петродворцом, Екатерининским дворцом в Царском селе, дворцом и парками Павловска.

Надо сказать, что отпуск нам украсил и насытил эмоциями просмотр летней Олимпиады по телевизору в нашем номере Дома отдыха. Действительно: О спорт – ты мир! Очередной раз в своей жизни я убедился, что Олимпиада воистину апофеоз и пиршество физической культуры и спорта, мира здоровых и прекрасных духом и телом людей.

А по утрам и днём мы старались жить, реализуя другой девиз: «Олимпийский год не только для олимпийцев!». Утро начиналось с пробежки босиком по зелёной травке на солнышке и зарядки, с использованием спортивных снарядов, на опушке леса. Бег через день по подмосковной лесистой «пересечёнке», купание 2-3 раза в день в бассейне, сообщающемся с Клязьменским водохранилищем. Прекрасный отдых.