Современный военно-морской флот обладает сложной структурой входящих в него сил и средств. И всё-таки, наряду с агрессивной сущностью авианосцев, подводные лодки остаются ведущей силой ВМС в плане как наступательного, так и оборонительного, боевого средства на море.

Наступательную часть подводного флота составляют подводные лодки-носители стратегических ядерных средств, созданных в мире. В последнее время к числу подводных крейсеров с баллистическими ракетами прибавились и многоцелевые ПЛА, вооружённые крылатыми ракетами типа «Томагавк». Оборонительными остаются многоцелевые подводные лодки, способные эффективно бороться как с конвоями и десантными отрядами вероятного противника, так и авианосными ударными соединениями.

По оценкам, западных и наших специалистов – размещение стратегического ядерного оружия на подводных носителях, является выгодным не только в военно-политическом, но и целесообразным в экономическом отношении. Ясность этого положения подтверждается тем обстоятельством, что главная сверхдержава современности – США – не утилизирует свои ПЛАРБ, а модернизирует. А то, что американцы умеют считать, особенно деньги, известно во всём мире!

ОБЛАДАЯ ВЫСОКОЙ СКРЫТНОСТЬЮ (главное тактическое качество подводных лодок), скоростными и маневренными качествами в сочетании со всеми видами дальнобойного и высокоточного ударного и оборонительного оружия, различных вооружений и технических средств, современные подводные лодки могут с высокой эффективностью решать самый широкий круг задач. Это на практике подтвердили военные кампании против Югославии и Ирака (атаки со стороны моря ракетами «Томагавк» с подлодок США – В.К.).

К задачам, решаемым подводными лодками, можно отнести: – нанесение ударов по наземным объектам ракетным оружием; – уничтожение авианосно-ударных соединений (АУС), конвоев и десантных отрядов; – поиск и уничтожение подводных лодок противника; – нарушение морских и океанских коммуникаций; – осуществление скрытных минных постановок; – ведение разведки и наведение ударных сил на морские объекты с выдачей целевых указаний; – поражение нефтегазовых комплексов в морях и океанах; – высадка разведывательных и диверсионных отрядов; – охрана и оборона (обеспечение боевой устойчивости) стратегических подводных лодок; – оборона своего побережья; – осуществление перевозок личного состава и различных грузов (транспортное подводное направление – В.К.).

Одним словом, полное перечисление задач, которые могут решать подводные лодки в настоящее время, трудно переоценить.

ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК насчитывает уже несколько столетий. Как отмечает энциклопедия, первую подводную лодку построил в 1620 году голландский врач Корнелиус ван Дреббель. Она была построена для забавы королевских приближённых английского короля, и о ней имеются вполне достоверные сведения.

Но человечество ещё со времён Александра Македонского (356–323 год до н. э.) стремилось освоить водную среду, но об этом, к сожалению, мало достоверных сведений.

Лодка Корнелиуса была деревянной и несовершенной. Движителем была мускульная сила человека. И всё-таки эта лодка считалась чудом кораблестроительного искусства, и в течение 10 лет совершала рейсы между Гринвичем и Вестминстером, перевозя высокопоставленных лиц.

Но если первые подводные лодки в мире создавались для забавы, то все последующие изобретатели и строители создавали подводные суда уже для военных целей, полагая, что с помощью таких небольших подводных лодок можно скрытно приблизиться к кораблю противника и взорвать его. Именно из-за небольшого размера подводные суда и получили название «лодок», которым мы и именуем сегодня мощные, крупнотоннажные подводные корабли.

Даже первую подводную лодку в России, создаваемую для военных целей, создатель её Ефим Никонов в 1721 году именовал «потаенным судном». Смерть Императора Петра 1 в 1724 году не позволила довести проект до логического конца. Извечная рутина нашей правящей элиты и чиновничества сгноила боевую подводную лодку в заброшенном сарае. К слову, она тоже, как и лодка ван Дреббеля, была деревянной, а это не материал для подводного кораблестроения.

ЧЕРЕЗ ПОЛВЕКА (1776 год) в Америке Давид Бюшнель строит боевую подводную лодку, но уже металлическую Маленькая «Turtle» («ЧЕРЕПАХА») была построена из меди.

В 1777 году по инициативе генерала Джорджа Вашингтона подводная лодка Бюшнеля была использована во время войны за независимость для атаки на корабли английского флота, блокировавшие Нью-Йорк. Атака на 64-пушечный фрегат «Игл» была неудачной. Это была первая попытка боевого применения подводной лодки. Бюшнель был разочарован, но не терял надежды на успех.

При новой попытке атаковать английские корабли на реке Гудзон, «Черепаха», которую на буксире подводили к месту атаки, была обнаружена. Англичане, заметив противника, открыли шквальный орудийный огонь и потопили лодку и буксирное судно.

Несмотря на неудачу, блин, хотя и комом, был испечён. «Черепаха» внесла в ряды надводного флота определённый испуг и осторожность. Начало было положено.

И как бы англичане не сопротивлялись развитию подводных лодок, даже через 122 года после атаки «Turtle» первый лорд английского адмиралтейства Гошен заявлял, что «Идея подводного плавания – идея бессмысленная. В морской войне не приходится считаться с подводными лодками», время доказало обратное. За это англичане очень дорого заплатили во второй мировой войне.

В 1801 году известный изобретатель Фултон создал свой подводный «Наутилус». Испытания прошли вполне успешно, но французы не оценили этого изобретения, а английское правительство, видя в новом судне угрозу своему морскому могуществу, предложило большую сумму за то, чтобы он забыл о своём изобретении. Фултон, обиженный обоими государствами, уехал в Америку, и вошёл в историю как изобретатель Парохода.

Вот как высказался об изобретении Фултона адмирал Сен – Винцент в 1804 году: «Не обращайте на это предложение внимания и не трогайте его. Если мы используем его, другие государства сделают то же; тогда нашему превосходству на море будет нанесён величайший удар, какой только можно себе представить». И он оказался прав. Уже во второй мировой войне лодки Денница поставили Англию на грань катастрофы.

В 19 веке появляется интерес к подводному кораблестроению. Не остаётся в стороне и Россия. Большой вклад в подводное судостроение вносят русские инженеры А.А. Шильдер, И.Ф. Александровский, С.К. Джевецкий, И.Г. Бубнов, американец Онлей (на долю созданной им лодки «Давид» выпал успех первой открыть боевой счёт против надводных кораблей. 17 февраля 1864 г. «Давид» атаковал и потопила шестовой миной корабль северян «Хаусатоник», правда, с кораблём погибла и сама подводная лодка), Д. Голланд, француз М. Лобеф и многие другие, известные и неизвестные изобретатели.

Характерно. Что побуждающим стимулом развития подводного судостроения в России были войны – Крымская (1853–1856 гг.), русско-турецкая (1877–1878 гг.), русско – японская (1904–1905 гг.), когда возникала угроза со стороны моря более сильного морского противника. Так самой крупной серией была построена подводная лодка С.К. Джевецкого (так называемая «Колесница») – в 1879–1881 гг. было построено 50 подводных лодок (для обороны Кронштадта – 34 ед. и Севастополя – 16 ед.). В русско-японской войне подводные лодки, переброшенные на Дальний Восток по железной дороге, сыграли серьёзную сдерживающую роль. Имели место и боевые столкновения с надводными кораблями. Но главное, здесь получило начало развитие тактики применения подводных лодок в войне на море.

К НАЧАЛУ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ у противоборствующих сторон было уже 265 подводных лодок. Они, казалось, только и ждали случая, чтобы подтвердить делом слова одного из зачинателей подводного кораблестроения середины 19 века: «Морские колоссы с каждым днём приближаются к своему концу… и будущий век (20-й – В.К.) закончит начинающуюся смертельную борьбу между этими чудовищами и скромными подводными судами». Понадобилось время, и это предсказание сбылось….

НЕДООЦЕНКА РОЛИ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК обернулось крупной трагедией для английского флота. Когда 17 сентября 1914 года немецкая подводная лодка «V-9» под командованием Отто Веддингена за одну атаку потопила три английских крейсера («Худ», «Кресси» и «Абукир»), погибло около 1,5 тысячи моряков, причём англичане предполагали их гибель от мин, а не от подводной лодки. Эта трагедия отдалась тяжёлым эхом во всех штабах воюющих стран и произвела потрясающий эффект.

Британия обладала 29 крупными кораблями, Германия 18. Британия недооценила вражеские подводные лодки, Германия, наоборот, придавала им особое значение в борьбе на море. Объявив неограниченную подводную войну. Англия, очень зависимая от заморских поставок продовольствия и сырья для своей промышленности понесла весьма ощутимый урон от немецких субмарин.

Обжегшись на молоке – дуют на воду! Поэтому в 1918–1919 годах переброска только 4-х старых подводных лодок с Балтики на Каспий заставила англичан очистить Каспийское море от своих военных и гражданских судов.

Недооценка подводных лодок чуть не обвернулась трагедией для англичан и во второй мировой войне. Но благодаря соревнованию со времён первой мировой строительства подводных лодок и средств борьбы с ними, победили последние. Но в битве за Атлантику это была борьба «не на жизнь, а на смерть»!

За годы первой мировой войны на всех морских театрах 600 подлодок потопили 237 боевых кораблей и около 19 млн. тонн торгового тоннажа.

Казалось бы, из этой статистики нужно было сделать соответствующие выводы, но этого не случилось. И история опять посмеялась над не желавшими трезво учитывать опыт прошлого. За годы второй мировой войны подводные лодки иностранных государств потопили 22,1 млн. тонн транспортного тоннажа и 395 надводных кораблей и подводных лодок. Погибло 1 123 подводные лодки, но при подсчёте вышло, что в среднем на одну погибшую подлодку приходится 5 кораблей в суммарном водоизмещении 20 000 тонн.

В предвоенные годы Советское правительство уделяло особое внимание подводному флоту. Но к началу войны программа строительства не была выполнена. Всего к 22 июня 1941 года в составе ВМФ было 213 подводных лодок, и 57 сдавались уже в период войны. И всё-таки главной проблемой в период войны был недостаток опытных кадров подводников. «Железо» сделать легче, чем воспитывать опытных специалистов. Эту ошибку в России повторяют и сегодня. В стране не осталось не одного училища подводного плавания.

В период Великой Отечественной войны советские подводники потопили 322 судна водоизмещением 938 000 тонн и 87 боевых и вспомогательных кораблей противника, выйдя на второе место после авиации.

ОПЫТ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ тщательно изучен, сделаны соответствующие выводы, которые сегодня всё чаще забываются. В послевоенные годы бурно развивается подводное кораблестроение во многих странах мира. В итоге подводные силы флота, являясь в ряде государств родом сил ВМФ (ВМС), включают в себя подводные лодки, имеющие различную энергетику и предназначение, ракетное вооружение и даже очень большое водоизмещение. Подводные лодки становятся не только орудием борьбы с морскими силами вероятного противника, но и нацеливаются на береговую, континентальную структуру противостоящих блоков. Одним словом, они становятся стратегическими носителями ядерного оружия, чуть ли не основной составляющей триады ядерных сил стран, обладающих ядерным потенциалом.

В зависимости от основного вооружения подводные лодки подразделяются на стратегические ракетоносцы, вооружённые межконтинентальными баллистическими ракетами (ПЛАРБ в США и РПКСН в России) и многоцелевые, вооружённые крылатыми ракетами и торпедами. Особо нужно выделить сверхмалые подводные лодки, выполняющие диверсионные задачи, а также защищающие свои морские объекты. Современные подводные лодки могут быть атомными (АПЛ), а также дизель-электрическими (ДПЛ).

В настоящее время подводные лодки входят в состав всех развитых стран мира, и даже, развивающихся. Число стран, имеющих подлодки, приближается к числу 50. Конечно, подводный флот дорогое удовольствие, но стоящее. Атомные подводные лодки проектируются и стоятся в США, Великобритании, Франции и КНР. К сожалению, Россия сдаёт свои позиции в этом вопросе. Индия, Бразилия, Аргентина и Пакистан планируют или уже имеют атомоходы в своих флотах.

В последние годы получает перспективу развитие подводных лодок с двигателями, именуемых сегодня – подводные лодки со вспомогательными воздухо независимыми энергетическими установками (ВНЭУ). Сторонники атомных подводных лодок уже окрестили субмарины с ВНЭУ «атомоходами бедных». Но ирония здесь неуместна, ведь ФРГ, Японию, Швецию и Италию нельзя отнести к разряду нищих государств.

Прогноз американской консалтинговой фирмы Forecast international о спаде развития подводного кораблестроения на ближайшее десятилетие не соответствует действительности. Начинают проектировать неатомные подводные лодки нового поколения в Южной Корее и в Японии, Китай не только покупает дизель-электрические лодки у России, но строит и сам, причём, крупными сериями…. В Вашингтоне, разумеется, осознают потенциальную угрозу малошумных подводных лодок, вооружённых крылатыми ракетами. Дабы хоть как-то сбить ажиотаж вокруг подводных лодок и появился этот заказной прогноз.

БЕЗУСЛОВНО, НАИБОЛЬШИХ МАСШТАБОВ подводное кораблестроение достигло в США. Уже в 70-е годы прошлого столетия в США начали осуществляться три программы строительства и развития атомных подводных лодок. (От дизельных американцы отказались уже в 60-е годы прошлого столетия). Причём, упор делается на совершенствование многоцелевых ПЛА. Так на смену большой серии лодок типа «Скипджек» и «Лос-Анджелес» приходят лодки типа «Си Вульф» (до 2005 года) – лодка этого типа, вероятно, и была убийцей нашей ПЛА «Курск». Сегодня реализуется третья программа – АST – ПЛА типа «Цинтурион» – ориентированная на «угрозу» отдалённой перспективы и нацеленная на поиск новых технологических решений в области подводного кораблестроения, энергетики, оружия, радиоэлектронных средств с целью определения облика следующего за «Си Вульф» поколения подводных лодок. Все эти программы взаимосвязаны и дополняют друг друга. Так часть оборудования, разработанного для «Си Вульф» опробовалась и внедрялась на последних модификациях лодок типа «Лос-Анджелес», а остальные результаты работ по программе АST будут внедряться по ходу строительства ПЛА типа «Си Вульф».

Стратегические ПЛАРБ типа «Огайо», вооружённые ракетным комплексом «Трайдент» D5, остаются в строю до 2042 года. Естественно, они модернизируются и совершенствуются, но не заменяются новыми лодками, что весьма дорого и пока не очень эффективно. Это подтверждается строительством в России разрекламированного типа лодок 5-го поколения типа «Владимир Мономах» и «Юрий Долгорукий». ПЛАРБ «Огайо» с комплексом «Трайдент – 2» ещё при проектировании рассчитывалась на модернизацию, чего не скажешь о нашем подводном кораблестроении. Американцам в этом вопросе, и не только, можно только позавидовать – у них на первом месте забота о безопасности страны, у нас больше забота о себе хорошем, вот почему наш подводный флот отличается многообразием различных проектов, что вызывает необоснованные затраты и прочие неудобства.

АТОМНАЯ ЭНЕРГЕТИКА снимает проблему ограничения дальности плавания. Для атомных подводных лодок дальность плавания и его длительность практически не ограничены. На длительность накладывают ограничения лишь физиологические особенности человеческого организма. И, тем не менее, автономность подводной лодки в несколько раз выше, чем надводного корабля. Важной особенностью является, и способность субмарины действовать в любых погодных условиях. Не ограничены и районы действий подводных лодок. Даже льды Арктики им не помеха.

В будущем действия подводных лодок будут ещё более эффективными в связи с их развитием в направлении получения дополнительных преимуществ.

Все вышеназванные качества подводных лодок учитываются во всех флотах мира и, соответственно, для этого готовятся кадры подводников. Советская подводная школа была на высоте и ни в чём не уступала американской, разве что была менее авантюрной. Большинство подводных столкновений, происходивших в период «холодной войны», и не только, лежит на совести американских подводников, хотя они упорно придерживаются того, что их техника наилучшая. Но ведь всё-таки главным во всём остаётся человеческий фактор, профессиональная подготовка, которая сегодня нами катастрофически теряется.

В период «холодной войны» именно подводные силы оказывали наибольшее сдерживающее влияние в противостоянии блоков на океанских просторах.

СКАЗАННОЕ ВЫШЕ СТАВИТ ВОПРОС – надо ли развивать подводный флот в настоящее время и в будущем? Для чего он нужен?

Ответ, прежде всего, надо искать в развитии флотов других стран, какие они ставят себе задачи на сегодня и на будущее. Например, Министерство обороны США определило семь областей, в которых США должны превосходить любого потенциального противника. Одной из таких областей является … «контроль океанских и морских театров военных действий и превосходство под водой». Об этом же говорят и программы развития подводных сил США. Программы дальнейшего развития подводных сил продолжают осуществлять Великобритания и Франция.

Стоимость программы строительства 4-х ПЛАРБ «Триумфатор» обойдётся Франции в 15 млрд. евро, а Великобритания идёт по пути модернизации 4-х ПЛАРБ класса «Авангард». Аргументы в пользу стратегических подводных лодок обосновывает британский премьер, которые совпадают с французскими. «Хотя «холодная война» миновала, мы не можем быть уверены в том, что не окажемся однажды перед лицом ядерной угрозы» – заявил Блэр в палате общин. Похвальная предусмотрительность в отличие от русского «авось». Китай же поставил в качестве приоритетной задачи создание одного из мощнейших военно-морских флотов мира. Наращивают свои подводные силы Индия, Малайзия, Бразилия …

КАКОВА ЖЕ СИТУАЦИЯ У НАС? Безусловно, России нужен первоклассный подводный флот.

Хватит делать ошибки, слушая указания наших недобросовестных «друзей». Известно, что США основной угрозой для себя со стороны СССР, считали его подводный флот. Почему? Здесь всё понятно без подробных объяснений.

Поэтому после развала Союза все усилия были направлены на развал Российского флота и основной его составляющей – подводных сил, мирными способами. Этому способствовала и продажная политика правительства Ельцина – Гайдара – Черномырдина. Наш подводный флот сокращается за счёт списания подводных лодок, разделку которых финансируют иностранные благодетели. Из-за недостатка средств в 90-е годы прошлого столетия прекращается строительство подводных лодок, теряются лучшие кадры, гибнет технологическая и конструкторская мысль. С 1990 года в России прекратили строительство РПКСН. Те, о которых я говорил выше, типа «Борей», строятся много лет, морально устаревают…. А что такое лодка без оружия? – надо оружие, превосходящее противника. О каком паритете ядерных сил тогда может идти речь? Если сегодня Россия устами нашего Президента говорит об адекватных ответах на заявления западных «ястребов», нам, несомненно, нужна морская подводная ядерная составляющая против 20 ПЛАРБ блока НАТО.

Во вторых, перед ВМФ стоит задача обеспечения безопасности России с морских направлений, в том числе охрана наших морских границ и морских экономических зон.

Лучшим средством для решения этих задач могут быть многоцелевые подводные лодки: в дальней зоне – атомные, в ближней – дизельэлектрические.

Как показывает опыт боевых действий в Персидском заливе, нанесение ударов крылатыми ракетами типа «Томагавк» возможно с удаления 1000–1500 км от побережья вероятного противника. По территории России эти ракеты могут быть пущены из районов Норвежского и Средиземного морей, Северного Ледовитого и Тихого океанов. В этих районах противостоять могут агрессору только атомные подводные лодки.

В соответствии с нашей оборонной доктриной нам необходимо удерживать господство в ближней морской зоне – Баренцевом, Карском, Охотском, Японском, Беринговом морях…. В первую очередь это крайне необходимо для обеспечения боевой устойчивости РПКСН, говоря простым языком, сохранить их от уничтожения.

Черноморский и Балтийский театры без подводных сил немыслимы. Ещё Нарком СССР Н.Г. Кузнецов, отвечая на вопрос И.В. Сталина: «Нужны ли нам подводные лодки в Чёрном море?» – сказал: «Если мы будем иметь на Чёрном море 15–20 подводных лодок, то завоюем на море господство!». Сегодня эта аксиома на стороне Турции.

Как это ни печально, приходится констатировать факт, что, призывая нас снижать напряжённость в военном и военно-морском противостоянии, США и страны НАТО продолжают деятельность своих флотов, в том числе подводных сил, у наших берегов с тем же напряжением, что и до периода разрядки и окончания «холодной войны».

Учитывая тяжёлое экономическое положение страны в недавнем прошлом, понятно, мы сокращали уровень военных расходов, соответственно, сокращая флот. Но надо было делать это не столь безрассудно. К сожалению, не была определена та грань, ниже которой нельзя было опускаться в подводном кораблестроении и, в частности, оружия для подводных лодок. Поэтому столь долго не можем вынырнуть из этой ямы.

К слову, в этом повествовании нельзя не отметить моральной составляющей на все другие формы морской деятельности государства, когда оно имеет сильный ВМФ. Мне припомнился один случай из личной практики, когда в 1978–1979 годах мне пришлось участвовать в разработке «Плана защиты гражданского судоходства» и встречаться с моряками гражданского флота. При беседе с командным составом одного из рыболовных объединений, мне сказали: «Знаете, мы ничего не боимся. Если кто-то будет препятствовать нам в работе, нас защитит наш военный флот! Всплывёт наша подводная лодка и не даст в обиду!». Я знал, что в том районе, о котором шла речь, наших подводных лодок нет, но не стал разочаровывать рыбаков в их уверенности. Это было тогда, а что мы видим сегодня? Наш подводный флот, если ещё и есть, то в основном стоит у стенки. А подводникам, как никому другим, нужен опыт плавания.

Из всего сказанного выше следует один вывод, который и определяет решение вопроса – Что делать?

Нельзя загубить подводный флот России, иначе без него она потеряет статус великой морской державы, какой она считалась со времён Петра Великого, но не будет даже просто морской.

Как показывает современность, напряжённость противостояния на морских театрах сохраняется, подводная угроза не уменьшается. Наблюдается наращивание подводных сил у других держав.

США, как и их верные союзники Франция и Великобритания, не сворачивают систему ядерного устрашения со стороны моря, наоборот, они её совершенствуют: «Морской компонент является сильнейшим, а по критерию «стоимость – эффективность» – самым выгодный компонент триады». Это подтверждают и расчёты контр-адмирала Александра Евдокименко, приводимые им статье «Силы ядерного сдерживания: «стоимость – эффективность» (альманах «Подводник России» № 6 – 2005 г.). Опираясь на условия договоров (СНВ), он приходит к выводу: «… нужно иметь 1000–1200 боезарядов, т. е. иметь или 10 РПЛ СН в ВМФ или 10 армий РВСН».

Американцы умеют считать и подчёркивают важность сохранения промышленной базы, как для строительства атомных подводных лодок, так и для производства баллистических ракет для них. В противном случае через 2–3 года после прекращения таких работ утрачивается интеллектуально-производственный потенциал. Нам бы поучиться у них и совершенствовать «Воеводу», а не размахивать «Булавой»! Для этого не надо было резко сокращать то, что имели.

Но надо выходить из положения и принимать меры к повышению эффективности подводного кораблестроения без резкого увеличения затрат, для чего уменьшить проектирование многочисленных типов как атомных, так и дизельных лодок; отказаться от гигантомании, подводная лодка должна быть лодкой, а не монстром; совершенствовать и типизировать радиоэлектронное оборудование подводных кораблей.

Подводное кораблестроение должно быть комплексным, состоящим из трёх основных направлений, дополняющих друг друга. Первое – атомные подводные лодки стратегического назначения. Второе – многоцелевые подводные лодки, как атомные, так и дизельные (перспективно развитие подводных лодок со вспомогательными воздухо независимыми установками – ВНЭУ). Третье – которое нельзя сегодня сбрасывать со счёта, сверхмалые подводные лодки и автономные аппараты (защита подводных трубопроводов, буровых платформ и других морских объектов).

Для этого целесообразно отдельно, в целях укрепления подводного судостроения в свете новой военной доктрины, пересмотреть программу развития ВМФ России, разработать мероприятия, не допускающие уменьшения боевого потенциала отечественного подводного флота. К сожалению, существующая программа кораблестроения не отражает потребностей подводных сил.

В газетной статье трудно раскрыть все аспекты обширной подводной темы. Да я и не ставил такой задачи, стараясь обратить только внимание читателя на важность подводного дела, а специалистов высказать своё мнение, чтобы народ понял важность этого вопроса для обороноспособности страны – ведь гибель ПЛА «Курск» до сих пор тревожит народные сердца!