9 сентября, понедельник

Стоя на мостовой среди множества людей, вышедших пообедать и насладиться последними неделями по-летнему яркого солнца, Гленн Брэнсон сказал:

– Чего я не ожидал, так это узнать, что Иден состоит – или состояла – в отношениях со своей начальницей.

Из кармана пиджака он достал солнцезащитные очки и нацепил на нос.

– С нашей-то работой всегда жди самого неожиданного, – без тени удивления ответил Рой Грейс.

– Это точно.

– Помни об этом, и вряд ли будешь разочарован.

Брэнсон задумчиво поджал губы.

– Припоминаю, как твой старый приятель Ник Слоун однажды сказал: «Без разницы, что будет. Так или иначе, в конце месяца золотая гусыня нагадит тебе на банковский счет».

– Скучаю по его шуткам, – усмехнулся Грейс, но тут же посерьезнел. – Иден в отношениях с начальницей, а та в отношениях с мужем Иден. Тебе не кажется, что это в духе Джереми Кайла?[12]

Брэнсон глянул на свои пижонские часы.

– Без десяти час. Не хочешь перекусить перед возвращением в контору?

Детектив-суперинтендант тоже сверился с часами, пусть и не такими броскими.

– Что предпочтешь? Полезное для здоровья или что-нибудь углеводистое?

– Полезное, конечно! – оскорбился Брэнсон, похлопав себя по прессу.

– Но не слишком, – предположил Грейс.

Несколькими минутами позже они устроились на высоких табуретах в сэндвич-баре. Брэнсон жевал какой-то веганский завертон, запивая его водой из бутылки, а Грейс взял ролл с тунцом, пакетик чипсов и диетическую колу.

– Слишком страшно идти в полицию, – задумчиво произнес он.

– Угу, – подтвердил Брэнсон с набитым ртом. – Страшно рассердить мужа или жену, а те непременно рассердятся, если узнают. Или страшно действовать самостоятельно, в одиночку. Ведь именно в этом фишка сволочей-абьюзеров. Они снижают самооценку настолько, что жертва воспринимает себя ничтожеством и думает, что никто не захочет иметь с ней дела. Поэтому и не выходит из отношений. Предпочитает жить в отчаянии, нежели в одиночестве до конца своих дней. Что говорит статистика? В среднем человек, находящийся в подобных отношениях, переносит тридцать девять нападений и только потом обращается за помощью.

– И это очень печально. – Грейс надорвал пакетик с чипсами и протянул его Брэнсону, но тот помотал головой.

– Чипсы я не ем. И тебе не советую. Вредно для фигуры.

После чего запустил пятерню в пакетик, выудил примерно половину содержимого, сунул в рот и с усмешкой повел бровями.

Табурет справа от Грейса заняла женщина с голубыми наушниками. Она положила перед собой телефон. Покосившись на экран, Грейс увидел, что женщина слушает аудиокнигу «Род человеческий».

Не переставая жевать, он глубоко задумался, затем проглотил кусок и прошептал:

– Иден рассказывает о жестокости Найла Ребекке Уоткинс. А у той, как мы видели, разваливается брак. Они становятся любовницами. В какой-то момент Ребекка заводит отношения с мужем Иден. Что за чертовщина?!

– Иден Патерностер влюбляется в Ребекку Уоткинс, – тоже понизил голос до шепота Брэнсон. – Причем с такой самоотверженностью, что оставляет Ребекке все имущество. В то же время она переводит активы в заморскую компанию под управлением номинальных директоров. Эмили Денайер сейчас выясняет, кто на самом деле владеет и управляет этой компанией. Я делаю ставку на Иден Патерностер и Ребекку Уоткинс.

– Поддерживаю. То есть все происходит с подачи Ребекки Уоткинс? Она что, сговорилась с Найлом Патерностером?

– Не сказал бы, что это самый нелепый случай из тех, с которыми мы сталкивались, шеф.

– Да уж. – Грейс глотнул диетической колы. – Но одна деталь головоломки отсутствует.

– Какая?

– Отсутствующая. – Он снова откусил от ролла.

– Ты говоришь загадками, – недоуменно заметил Брэнсон.

– Очаровательная Ребекка Уоткинс становится страстной любовницей Иден Патерностер и ее будущей спутницей жизни. Далее пробел, та самая деталь. Затем Ребекка Уоткинс сближается с мужем Иден Патерностер. Как это случилось? Зачем и почему? Кто за этим стоит? Ребекка Уоткинс или Найл Патерностер?

Зазвонил рабочий телефон. Грейс ответил.

– Сэр, объект снялся с места, – сообщил Марк Тейлор. – Выехал из Брайтона и направляется на север, в Кройдон. Похоже, в деловой район, где находится «Западная компания взаимного страхования».

– На полуденный перепихон?

– Не исключено, сэр.

– Спасибо за информацию.

– Буду держать в курсе. И еще… Очень жаль, сэр, что нас снова переводят на наркотики, на операцию «Забияка», но мы останемся с вами до шести вечера. Рады предоставить дополнительный день и надеемся, что позже на этой неделе вернемся к вам на полную ставку.

– Спасибо, Марк. Ценю.

Грейс завершил звонок. Брэнсон бросил на него хмурый взгляд.

– Полуденный перепихон?

– Прости. Я и забыл, что ты у нас целомудренный затворник.

– Ха-ха.

Грейс вкратце пересказал ему слова Тейлора и добавил:

– Этот термин означает внебрачную половую связь в обеденный перерыв.

– Вон оно что. – Брэнсон выгреб из пакетика остатки чипсов, сунул их в рот и пояснил: – Спасаю тебя от соблазна.

– Твой альтруизм внушает уважение.

– Да, такой уж я добряк. – Брэнсон снова сдвинул брови. – Ну ладно. Неудивительно, что они встречаются в обеденное время. У Ребекки есть муж, и он ожидает, что после работы жена вернется домой. Главный вопрос – какое место во всей этой потехе отведено Иден Патерностер?

– Или было отведено, – мрачно постулировал Грейс.

Когда они покончили с едой, в сэндвич-баре стало слишком людно.

– Поехали в контору. По дороге поговорим, – предложил Грейс, допив диетическую колу.

Несколько минут они молча шагали по Черч-стрит в сторону парковки, а затем Грейс сказал:

– В прошлом нам не раз доводилось иметь дело с роковыми женщинами. С ходу вспоминаются Эшли Харпер и Джоди Бентли.

– Да, доводилось. По-твоему, здесь та же история? – Брэнсон вставил билетик в паркомат, затем приложил к нему кредитную карточку. Вокруг не было ни души. – Любопытно, что на допросе в управлении Ребекка Уоткинс ни словом не обмолвилась об отношениях с Иден. Видать, та еще лисица.

– Так и есть. Хитрюга, каких поискать.

Брэнсон забрал билетик, и по каменным ступеням оба поднялись на третий уровень парковки. Грейс подождал, пока они не сядут в машину, и хотел было продолжить разговор, но тут снова позвонил Тейлор. Рой включил громкую связь.

– Новые вводные, сэр. Объект вышел из машины, идет по улице, держится за руки с Ребеккой Уоткинс.

– Как мило, – заметил Грейс.

– Орман припарковалась совсем рядом. Похоже, они идут обедать. Когда поймем, куда именно, Орман войдет в то же заведение.

– Отлично, Марк. – Грейс завершил звонок и повернулся к Брэнсону. – Скажи-ка, что появилось раньше, курица или яйцо?

– Не понял? – озадачился Гленн.

– Может, Ребекка Уоткинс сперва закрутила роман с мужем Иден, после чего они вдвоем набросали план. Дескать, пускай Ребекка соблазнит Иден, станет ее любовницей, уговорит изменить завещание, а затем Иден убьют – но так, чтобы казалось, будто она исчезла?

– У этой версии есть изъян, шеф. Откуда им было знать, что Ребекка сумеет соблазнить Иден?

– Тут не поспоришь. Допустим, вначале они подружились, а позже сблизились. Не знаю… Это лишь очередная гипотеза. Но мы видим двух людей – Найла Патерностера и Ребекку Уоткинс, – чья семейная жизнь катится под откос. Из рапорта Эмили Денайер нам известно, что Найл Патерностер гол как сокол, если не считать той мелочи, что он зарабатывает в такси. – Грейс сделал паузу. – Успеваешь?

– А куда я денусь? Мы с тобой в одной лодке.

Грейс улыбнулся.

– Ребекка и Найл любовники. Жена Найла владеет приличным состоянием. Неким образом, какой бы ни была ориентация Иден, Ребекка Уоткинс успешно соблазняет ее и развивает ситуацию до планов на совместную жизнь. По крайней мере, в воображении Иден. Убеждает ее вывести средства за пределы досягаемости Найла и – для страховки – переписать завещание на свое имя. Затем Ребекка подговаривает Найла убить Иден и сделать вид, что она попросту исчезла. Но Найл все запарывает, оставив множество улик.

– Однако им хватило ума избавиться от останков Иден, и теперь у нас на руках «убийство без трупа». Должно быть, эти двое знали, как трудно доказать такое преступление. Помнишь криминальные романы и фильмы тру-крайм дома у Патерностеров?

– Я считал, что у нас достаточно улик против мужа, пока не всплыло это завещание, – признался Грейс. – Конечно, если Найл знал о нем, у него появляется еще один мотив.

– Как думаешь, у нас хватит доказательств, чтобы прокуратура обвинила Патерностера и Уоткинс в заговоре с целью убийства?

– Пока нет, – покачал головой Грейс.

Снова зазвонил телефон. Опять Тейлор.

– Сэр, объект и Ребекка Уоткинс вошли в паб. Орман следует за ними. Будет в пабе через две минуты.

Завершив звонок, Грейс поцокал языком. Вот он, уровень профессиональной слежки, необходимый для расследования. Хорошо бы Орман сумела расположиться так, чтобы прочесть разговор этой пары по губам.

– Кассиан Пью, – сказал Грейс. – Какой же он идиот…

Конечно, он понимал, что Пью, как ответственный за работу отдела особо тяжких преступлений, вынужден распределять ограниченные активы. Но наркотики поступают из Ливерпуля постоянно, ведь ливерпульские доки – основная точка входа запрещенных веществ в страну. Если перекрыть один канал, его место немедленно займет другой. Но теперь, когда до раскрытия предполагаемого убийства остался один шаг, помощник главного констебля отнимает у Грейса ценнейший ресурс. По крайней мере, Рой одержал небольшую победу, сумев заручиться помощью Тейлора на сегодняшний день.

– Не знаю, как он дорос до своей должности. – Брэнсон с сочувствием посмотрел на друга. – С начала службы только и делал, что ошибался, но каким-то образом всегда шел в гору. Кем он станет в будущем, главным констеблем или комиссаром полиции Лондона?

«Хотелось бы верить, что арестантом», – подумал Грейс, но вслух ничего не сказал.

Об уликах против Пью знала только Клио. Быть может, сегодня последний день, когда начальник портит ему жизнь. Но Роя все сильнее волновало, что против Кассиана Пью пока что не приняли никаких мер, и его начинали терзать сомнения. Не ошибся ли он, поверив слову разжалованного полицейского, пусть в прошлом они и были друзьями? Не сглупил ли, отмахнувшись от предупреждения Клио, когда та говорила, что все это может ему откликнуться? Обычно, если на сотрудника ложилась тень подозрения, отдел профессиональной этики действовал почти сразу – но с тех пор, как Грейс передал информацию Элисон Воспер, прошло уже восемь дней. Хотя, разумеется, сперва надо проверить улики, а там уже браться за дело.

Что, если Грейс допустил самую большую ошибку в своей карьере?

– Эй, ты здесь? – спросил Брэнсон, прерывая ход его мыслей.

– Пока что да, – улыбнулся Грейс.